Алексей Воробьев: «Юмор - это лучшее средство от того, чтобы забронзоветь»

О СЪЕМКАХ В ИТАЛИИ

— Я познакомился с режиссером Лоренцо Стефани в Америке, когда он представлял там свою очередную работу. Попал на кастинг и прошел его, чему очень рад, поскольку здесь удалось сыграть со многими известными артистами — было чему поучиться. К тому же приятно было вспомнить свое юношеское увлечение боксом — по фильму эти навыки здорово пригодились. Ну и вообще прожить полгода в Италии — тоже совсем неплохо.

О ФРИВОЛЬНЫХ СЦЕНАХ В КИНО

— Чувства здесь ни при чем. Это кино, на площадке люди и аппаратура, трудно рассчитывать на что-то глубоко романтическое. А потом, любой кадр, в том числе и фривольный, должен быть оправдан сценарием. По сюжету мы влюблены друг в друга. При этом на съемках я не понимал итальянского, а она — английского, и мы разговаривали как инопланетяне. Хотя в реальной жизни это не так уж важно: для любви преград нет.

О ЮМОРЕ

— Еще как! Это лучшее средство от того, чтобы забронзоветь. Вот сейчас перед просмотром фильма я сказал одной журналистке, что сыграл в картине этакого Шварценеггера... Конечно, это преувеличение, но надеюсь, те, кто увидит фильм, поймут, что я имел в виду.

О ПОЛИТИКЕ

— Чтобы стать политиком, надо получить специальное образование. Тем более я слышал, что думцы собираются принять закон, запрещающий работать не по профессии. Впрочем, вряд ли они это сделают, потому что тогда от самих депутатов в Думе останется процентов десять, а то и меньше. Может, в этом законопроекте их чувство юмора проявилось?

(Андрей Князев, «Труд», 14.08.15)