«Синдром Петрушки»: Кто же ты на самом деле, кукла или человек? ***
Премьера драмы «Синдром Петрушки» (Россия, 2015, режиссер Елена Хазанова, в ролях – Евгений Миронов, Чулпан Хаматова, Мераб Нинидзе) состоялась в кинотеатре «Октябрь» 30 октября 2015 года. В прокат картина выходит 4 ноября.
Пётр (Евгений Миронов) - кукольник от Бога. В его жизни только две страсти: куклы и огненноволосая Лиза (Чулпан Хаматова). Впервые увидев маленькую Лизу в детской коляске, мальчик Петя попытался её похитить. Тогда не удалось, но лет 15 спустя они вместе сбежали от её демонически порочного отца. Пётр стал известным кукольником, Лиза - его женой и партнёршей в танцевальном номере с оживающей куклой. У них родился мальчик, но вскоре умер - то ли от наследственного заболевания (синдром Петрушки), то ли из-за семейного проклятия (тоже связанного с куклой). Пока Лиза находится на реабилитации в центре душевного здоровья, Пётр мастерит Элис - её точную копию. Кукла заменяет Петру Лизу на сцене, а Лиза начинает думать, что и в жизни...
В изложении сюжет фильма выглядит странно, но на порядок «страньше» выглядела бы попытка пересказать первоисточник - роман Дины Рубиной «Синдром Петрушки». Родильные куклы и прОклятые рыжеволосые женщины, запутанные флэшбеки и повествования от разных лиц, сложные передвижения Петра по планете и неожиданные встречи в поиске разгадки тайны семьи Вильковских... Словом, любой читатель книги скажет, что её нельзя экранизировать, хотя Рубина к финалу мастерски сводит все завязки и узелки к общему знаменателю. Фильм Елены Хазановой начинается так, будто сценарист попытался в точности перенести сложнейшую композицию романа на экран: первые 10 минут полностью состоят из стремительных флэшбеков, в которых главных героев играют актёры трёх разных возрастов. Сложно сказать, поймут ли что-нибудь из беглого пересказа сотен страниц те, кто не читал книгу. «Читателям» же сразу станет понятно, что фабула сильно сокращена и упрощена, а после калейдоскопического начала повествование становится вполне линейным: при этом исчезает множество ключевых для романа героев, пропадают Прага и Львов, играющие в книге важнейшие роли - теперь практически всё действие происходит в Петербурге. От мистической составляющей и польской темы не остается ничего, кроме фамилии Лизы. Занятно, кстати, что и еврейского в оригинале психиатра, и польского в оригинале прокурора (отца Лизы) у Хазановой играют грузинские актёры.
При этом Миронов, совершенно не похожий на описание Дины Рубиной, быстро убеждает в том, что он Пётр, хоть и пользуется традиционными для себя актёрскими техниками, за исключением причёски и дурацкой шапочки. Очень бережно раскрыта кукольная тема - не с той степенью одержимости, как в книге, но оживление вполне удалось. А важнейшим бонусом фильма по сравнению с романом стала Чулпан Хаматова. Зрители знаменитого номера не понимали, с куклой или живой женщиной танцует Пётр. И кинозрители - тоже не понимают. Здесь нужно добавить, что читатели «Синдрома Петрушки» не могли разобраться в этом вопросе по ходу всей книги - Лиза почти всегда воспринимается там неотъемлемой частью Петра, воплощением его пигмалионских устремлений. Хаматова оживила не только куклу, но и своего персонажа Лизу: у неё появился характер, который или не подразумевался в первоисточнике, или был прописан слегка небрежно. А вот компенсирует ли талант Чулпан упрощение всей идеи романа? Боюсь, что читатели и зрители ответят на этот вопрос по-разному.
Алексей Мажаев, InterMedia
