Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

22.01.2019
21.01.2019

Сергей Светлаков: «Нет ничего кайфовее, чем сидеть в купе вчетвером с Ургантом, Мартиросяном и Сашей Цекало»

19.10.18 13:57 Раздел: Звезды Рубрика: Дайджест
Сергей Светлаков: «Нет ничего кайфовее, чем сидеть в купе вчетвером с Ургантом, Мартиросяном и Сашей Цекало»

О ШОУ «СЛАВА БОГУ, ТЫ ПРИШЕЛ»

— Это не так выглядело. Мне предложили: приходи на СТС и делай, что хочется, а мы тебе создадим условия. В числе обсуждавшихся вещей было ведение какого-нибудь шоу. Понятно, что его надо как-то связать с юмором и импровизацией. Вячеслав Муругов сказал: «У нас выходила прекрасная программа «Слава Богу, ты пришел!». Вы можете на ее базе сделать что-то свое?» — «Можем». Нам, правда, очень нравился этот формат, когда в каждом выпуске приходят четыре гостя и попадают в заранее не известные ситуации. Но мы его осовременили.

Под конкретный скетч теперь можем пригласить известного артиста, если это его тема. Иначе подошли к выбору гостей — они у нас разноплановые. В одном выпуске будут и известные в интернете рэперы, например, LOne и Feduk, и популярные юмористы — Ургант, Галыгин, и тут же депутаты типа Милонова, спортсмены, такие как Татьяна Навка и Светлана Кузнецова, блогеры, которые тем, кто смотрит телевизор, не очень известны… И мы не станем загонять гостя в угол, как это часто случалось в шоу раньше, а будем ему помогать, будем делать из него героя.

О ЗВЕЗДНЫХ ГОСТЯХ ШОУ

— Вот именно! К нам будут приходить люди типа Гарика Сукачева или Александра Розенбаума, которые никогда в жизни подобным не занимались. У нас будет полегче — без агрессии и нажима. Будем создавать ситуации, когда человек сможет расслабиться и пошутить, а не думать в панике: «Зачем вы это со мной делаете?!» Розенбаум умолял меня: «Сережа, отстань, я боюсь. Я же там ничего изобразить не смогу!» Я говорил: «Яковлевич, тебе будет комфортно. Еще и кайф поймаешь».

О СЦЕНАРИИ

— Абсолютно все идет через меня и Сашу Незлобина. Обе наши задницы подвешены, и что с ними будет происходить, мы узнаем только после выхода нескольких программ.

О ТАНДЕМЕ С НЕЗЛОБИНЫМ

— Сразу пришел заказ на четыре батона в нашу булочную. Как на одну творческую единицу, потому что мы с Сашей вместе создали несколько фильмов — сами вдвоем написали сценарий, вдвоем продюсировали, а потом вдвоем создали студию «Свердловск». И первым детищем, которое произведет на свет эта студия, станет как раз «Слава Богу, ты пришел!» И у меня, и у Саши открыто по 20 чатов — параллельно занимаемся декорациями, кастингом, сценариями, конферансом, гостями… Кстати, получилось в духе современных мировых тенденций — у этого ребенка два папы.

О РАБОТЕ С ДРУЗЬЯМИ

— Я через это прошел, и есть много вещей, которые я бы исправил, если бы можно было перемотать пленку назад. Не могу сказать, что это серьезные предательства, но все-таки я в итоге не общаюсь с несколькими товарищами из ближнего круга (к счастью, не с друзьями, друзей я так не терял). Так что вроде и правильное наблюдение, но, с другой стороны, а кому ты можешь доверить что-то важное, кроме друзей? Ты же душу открываешь, заполняешь свое пространство партнером. Поэтому я все равно рискую. Мы с Незлобиным старательно разграничиваем зоны ответственности — делаем выводы из прежних ошибок. У нас могут быть расхождения, но ничего суперкритичного пока не было и, надеюсь, не будет.

ОБ ИВАНЕ УРГАНТЕ

— Я же с ним начал работать на проекте «Весна с Иваном Ургантом», мы с Сеней Слепаковым писали ему сценарии. Все, что мы предлагали, Ваня считал очень достойным, и мы друг к другу потянулись творчески. Хотя мы со Слепаковым были просто авторами, которые раньше играли в КВН, а Ваня уже был звездой, которой пытались сделать собственное шоу на Первом канале. Я мог ему сказать: «А поехали в «Камеди»!» Comedy Club тогда не показывали по телевизору, но было кафе «Манеръ», где проходили вечеринки. Сначала выступали несколько человек, которые являлись как бы обязательной программой, а после просто те, кто хотел. Мы с Ургантом вдвоем что-то писали и выступали там — разумеется, не один раз совершенно облажались…

О ВЗЛЕТАХ И ПАДЕНИЯХ

— Это естественный процесс, такое с каждым может случиться. Наш альтернативный юмор ценили немногие. А нам было интересно вместе придумывать. Когда возник «Прожекторперисхилтон», мы уже стали дружить семьями, становиться крестными родителями детям друг друга…

Для меня огромное счастье — наши совместные поездки. Нет ничего кайфовее, чем сидеть в купе вчетвером с Ургантом, Мартиросяном и Сашей Цекало. Сейчас концерты «Прожектора» случаются два-три раза в год: в Москве, в Питере или в Риге. Мы едем ночь, и в нашем купе царит взаимопонимание на самом стопроцентном уровне из всех стопроцентных. Нет никакой цензуры, доля цинизма, которая в нас живет, тоже выплескивается наружу, и то, что мы там говорим и делаем… Ну, по большей части говорим, а то люди напридумывают еще всякое. Цинизм и острота зашкаливают, и неподготовленным людям не стоит такое слышать и знать, но нас самих просто разрывает от смеха, мы выползаем из купе на карачках!

О САМОМ ТЯЖЕЛОМ ПРОЕКТЕ

— «Наша Russia» оставила во-о-от такой рубец. У нас был подход, как в кино, с многомесячной подготовкой, долгими репетициями, большим количеством образов, грима. Каждый год снимали пул из 20 серий — нагрузка, как если бы мы снимали параллельно несколько разных фильмов. Технологически невозможно прерваться, давит ответственность. К концу пятого сезона я уже был неадекватен, не понимал, что происходит в моей жизни, в мире. Однажды (кажется, когда снимали полицейский участок и я играл девушку-полицейского) я потерял сознание, меня увезли домой. Я перед этим чувствовал себя ужасно, говорил: «Ребята, давайте прервемся, сил никаких не осталось». — «Серега, ну как же? Павильон оплачен, люди наняты, надо монтировать и на канал сдавать, уже анонсы идут».

Сейчас стал циничнее и стараюсь ограждать себя от таких перегрузок. А тогда мы не могли отказать, если по-человечески просят, постоянно перерабатывали — смены длились не 12 часов, как положено, а больше. Накопившееся переутомление и нервное истощение аукаются до сих пор.

Мы были ужасными максималистами, и планка у нас была очень высокой: бесконечно переснимали, если все равно не получалось, как нам хочется, не ставили в эфир.

О ВАЖНЫХ ЖИЗНЕННЫХ РЕШЕНИЯХ

— Я и сейчас все пропускаю через себя, ночами не сплю, думаю, взвешиваю… Но могу с гордостью сказать, что ни за одно решение у меня совесть не болит, что я кого-то предал. Я обо всех серьезных поступках могу так сказать: о переезде в Москву, разводе с первой женой, переходе на СТС… Я считаю, лучше все взвесить и попробовать новое, чем не попробовать и потом очень сильно жалеть. Ну, рискни, облажайся и пойми, что это не твое — может, из неудачной истории вырастет удачная.

О СПОСОБНОСТИ К МГНОВЕННОЙ ИМПРОВИЗАЦИИ

— Оно всегда было, но я не знал, что это так называется. Я в школе всегда старался быстрее всех ответить. Я не то чтобы был выскочкой, хотя меня и так называли. Учитель в классе мог дать задание, а я, не поднимая руки, что-то выкрикивал — и оно было вроде и по теме, и смешно одновременно. Зал, то есть класс, смеялся, педагогическая атмосфера уходила. Это просто часть темперамента, часть меня, она всегда была, и кнопки «вкл./выкл.» у меня нет.

(«Теленеделя», Елена Фомина, 19.10.2018)