Сергей Гармаш: «Артист всегда адвокат своей роли»
О ДОСТОЕВСКОМ
— Я очень люблю Достоевского. Я с ним поступал в «Современник». Мало того что он один из первой пятерки мировых классиков, так еще, по моему убеждению, для человека, изучающего актерское мастерство, один из самых необходимых авторов. Достоевский — как аспирин при температуре. Я не хочу сказать, что он жаропонижающий, Федор Михайлович — жароповышающий. Возможность не просто забраться внутрь себя, а взять и публично выложить, растерзать, истязать себя — для этого Достоевский наиболее пригоден. Имею в виду — применительно к актерской профессии.
О СПЕКТАКЛЕ «КРОТКАЯ»
— Мы разбили произведение на определенные куски. Дали им названия — «Конфетно-букетный период», какой-то назывался просто «Экшен» или «Свидание». Мы читали и потом очень много об этом разговаривали. В результате Крамер делал пометки у себя в компьютере и к концу лета сделал собственную инсценировку.
К Достоевскому ничего не добавлено — исключительно Федор Михайлович, может быть, чуть-чуть купированный. Минимально, процентов на пять.
О СВОЕМ ГЕРОЕ В СПЕКТАКЛЕ «КРОТКАЯ»
— Артист всегда адвокат своей роли — это аксиома Станиславского. Но тут дело не в том. Крамер любую свою идею проверял на мне, равно как я проверял на нем. У нас не было задачи показать героя успешным человеком из-за того, что он хотел скопить деньги, построить дом, а на самом деле был каким-то Гобсеком, кровожадным Франкенштейном. Вовсе нет. Нет, это история о человеке одиноком и о том, что бывает, когда таких людей посещают великие чувства. Справляться с этим, по гамбургскому счету, не всем удается. Понимаете, когда в какой-то момент с его глаз падает пелена, Ростовщик вдруг влюбляется в Кроткую. Происходит «перевертыш» — он целует место, где стояла ее нога. И это не театр, не притворство, а колоссальный катарсис человека.
Создавая свою систему координат, мы иногда не замечаем простых вещей. И у него вдруг появляется восторг, который ему непонятен, он его пугает. А это любовь. И вот он уже готов ради этой женщины на всё. Но до этого момента он сам высосал ее, как паук. И эта якобы дуэль между супругами заканчивается ее победой. Ее бросок с образом в руках из окна — это выстрел, который делает его полусумасшедшим. Герой хочет исчезнуть, мир кажется ему несовершенным. Поэтому Достоевский свое произведение назвал фантастическим рассказом.
Есть современное слово — «абъюзер». В литературе и театре мы больше пользуемся гоголевским термином «маленький человек». А почему мы мало пользуемся термином «одинокий человек»? Посмотрите на сегодняшний день. Гоголь написал о маленьком человеке, которому шинель перевернула жизнь, сознание и всю его судьбу. Сегодня такое огромное количество одиноких людей. Я совсем не против интернета, но многие от одиночества уходят в социальные сети. Потому что там у них общения гораздо больше, чем в реальной жизни.
О ПЕРСПЕКТИВАХ СТАТЬ ПЕДАГОГОМ
— Мне кажется, я бы смог быть педагогом. Это, может быть, звучит слишком смело. У меня достаточно хорошее образование — и на Украине в Днепропетровске, и в Москве в Школе-студии МХАТ. За 36 лет работы в «Современнике» мне приходилось вводить в спектакли молодежь, репетировать. Галина Борисовна Волчек очень часто доверяла мне это, и у меня получалось. Наверное, если бы я занялся педагогикой всерьез, у меня бы это получилось. Но, к сожалению, жизнь моя сложилась по-другому. Мой образ жизни, количество театра, кино не позволяют этого.
К сожалению, педагог 1980 года — Софья Пилявская или Евгений Евстигнеев, — и педагог сегодняшнего дня — это очень разные профессии. В силу экономики, в силу занятости. У меня большая семья. Галина Борисовна Волчек, став главным режиссером театра «Современник», отрезала себе кино. Хотя могла и не отрезать.
Набрать курс, выучить, а потом выпустить — еще не самое главное. Дать хотя бы половине курса настоящие путевки в жизнь — вот на это нужно положить четыре года жизни. Мне нужно будет бросить кино, театр, всю мою концертную деятельность с тем же Башметом. Я к этому не готов. Быть якобы педагогом, явиться раз в два месяца — стыдно. Тогда это сплошной обман.
О ДНЕ ПОБЕДЫ
— Для меня в XX веке, в котором я родился и прожил немало, есть два величайших события, которыми вся наша страна может абсолютно гордиться, — это победа в Великой Отечественной войне и полет в космос Юрия Гагарина. Все остальное — тоже наша гордость, но немного другая. 9 мая — не просто напоминание о Дне Победы, а дань памяти тем людям, которые отдали свои жизни. Ну о чем может быть разговор. О чем?
Если уж на то пошло, то при сегодняшнем образе жизни, образовании, менталитете молодежи гораздо легче и точнее знать нашу историю, глядя фильмы наших великих режиссеров о Великой Отечественной, читая Астафьева, Быкова, Васильева и слушая «Темная ночь, только пули свистят по степи». Поэтому — не обсуждается.
(Зоя Игумнова, «Известия», 04.05.22)
