Киану Ривз: «На первом месте в «Матрице», мне кажется, любовь»

О ЧЕМ ФИЛЬМ «МАТРИЦА»?

- Не знаю, но мне кажется, что это не может быть что-то одно. Можно порассуждать об этом. Тут целый ряд серьезных тем, и на первом месте, мне кажется, любовь. И… что же еще?

Давайте остановимся на том, что это про любовь и про исследование систем контроля! И о попытке бороться за лучшую реальность! Причем не только для людей, но и для программ и машин. Для всех!

О ПАРАЛЛЕЛЯХ МЕЖДУ «МАТРИЦЕЙ» И ФИЛОСОФИЕЙ БУДДИЗМА

- Вы хотите, чтобы я сравнил буддизм и «Матрицу»? (После долгого молчания.) Попробую сказать, что думаю я. «Матрица» воспевает позитивное стремление жить. В каком-то очень грубом, приблизительном смысле, в котором я понимаю буддизм, его фундаментальная идея состоит в том, чтобы вырваться из колеса сансары и осознать, что такое смерть. И после этого пронести сквозь всю свою жизнь сострадание ко всем живым существам. В каком-то смысле можно провести параллели между буддизмом и «Матрицей». Но есть одно очень существенное различие. В «Матрице» практически нет идеи смерти. Я думаю, это торжество жизни. В этом принципиальная разница.

О КУНГ-ФУ В НОВОЙ ЧАСТИ «МАТРИЦЫ»

- Да, тут опять самое настоящее кунг-фу, и если сравнивать его с боями в трилогии, то тут стиль более жесткий. Гораздо более жесткий.

О ТОМ, КТО ЕГО ТРЕНИРОВАЛ

- Тот же самый тренер, что и 20 лет назад для трилогии. Этого джентльмена зовут Тайгер Чен Ху, может быть, вы слышали о нем. Как ни странно — вы этого в фильме не увидите, — в этот раз мы гораздо большее внимание на тренировках уделили ударам ногами. Но у меня они вышли не очень. Так что их в итоге в фильме просто нет, всё вырезали (смеется). Но вообще тренировка происходила примерно так же, как и всегда. У нас всех было додзё, место для тренировок. Там мы делали разминку, растяжку, практиковали ушу с акцентом на удары ногами. А потом мы переходили к индивидуальной программе тренировок для каждого и уже дальше отрабатывали хореографию боев.

(Сергей Сычев, «Известия», 16.12.21)