Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

19.06.2019
18.06.2019

Рецензия на фильм «Боль и слава» Педро Альмодовара: Апология автора

20.05.19 17:15 Раздел: Кино Рубрика: Рецензии и обзоры
Рецензия на фильм «Боль и слава» Педро Альмодовара: Апология автора

Оценка: 8 из 10

Фильм Педро Альмодовара «Боль и слава» показали 18 мая 2019 года в рамках конкурсной программы Каннского кинофестиваля. В главных ролях - Антонио Бандерас и Пенелопа Крус.

Новый фильм Педро Альмодовара – это своеобразная апология, но не наполненная оправданиями и самоуничижением, не сокрушительная, а меланхоличная, медитативная и, в конечном счете, жизнеутверждающая. «Боль и Слава» во многом автобиографична, но, как всегда, точно не понять, где у Альмодовара правда, а где художественная составляющая. Да это и не важно, ведь то, что персонажи – абсолютно живые люди - не вызывает сомнений.

В фильме переплетаются два временных измерения. В настоящем – режиссёр Сальвадор Мальо (Антонио Бандерас) переживает экзистенциальный кризис. Он безуспешно работает над сценарием, и его личная жизнь тоже оставляет желать лучшего; ипохондрия, благодаря которой он когда-то выучил анатомию, перерастает в реальные проблемы со здоровьем. Прошлое же (и в особенности, детство) – как потерянный рай, возникает только в моменты наркотического опьянения. Героин, ранее разрушивший счастье, служит теперь к нему проводником. В то же время, фильм не имеет ничего общего с остросоциальными высказываниями о деструктивной природе веществ. Наркотики тут показаны просто как одно из следствий всепоглощающего одиночества и страданий.

Боль и слава в фильме – далеко не противоположности, но верные союзники. Они идут рука об руку, оставляя после себя пеструю, яркую и пленительную, но все-таки пустоту. Её могли бы заполнить люди: ведь именно они когда-то позволили герою стать тем, кем он является. Но почти все друзья и родные либо затерялись в прошлом, либо ушли.

Мать режиссёра, которая была для него целым миром (ее играют Пенелопа Крус, Хульета Серрано и Сесилия Рот), прожив долгую жизнь, скончалась. Однако мысли о ней не покидают ни на минуту: Сальвадор не может забыть о не исполненном из-за внезапности смерти обещании – поездке в деревню, где проходило их самое счастливое (хотя и нищее) время.

С первой любовью, Фредерико, режиссера разлучил героин. И нет, возлюбленный не умер, а перестал употреблять. Фредерико уехал из Мадрида в Аргентину, чтобы начать новую жизнь, а когда вернулся через много лет, поведал о своей новой семье и сыне-синефиле (тот даже был бы рад узнать о совместном прошлом отца и такой выдающейся личности, как Сальвадор).

Возможно, былое вернёт поцелуй? Нет, и тут ловушка: на губах бывшего любовника чувствуется горький привкус времени и непреодолимого расстояния, так что никакое «продолжение» уже не имеет смысла.

Цель жизни Сальвадора придаёт лишь работа, а все пережитое внезапно оказывается ключом к необходимому вдохновению. Только в такой модифицированной художественной форме прошлое ещё может существовать, так как после встречи с Фредерико становится ясно, что насильно вернуть былое уже не получится. Поэтому, в ответ на предложение друга найти еще одного старого знакомого – безграмотного художника из той самой деревни, которого Сальвадор когда-то учил писать и читать - он отвечает, что об этом стоило бы создать произведение, но не отправляться в реальной жизни на безумные поиски чего-то, что уже исчезло.

В этом фильме Альмодовар не лишает зрителя своего авторского подхода, но в то же время изменяется. Он открывает самое тонкое и сокровенное, и от этого будто бы ещё больше становится самим собой. Мы видим характерный для режиссера водопад красок, киноцитат (от классиков кинематографа до своих собственных картин), юмора и экспрессии. Фильтры для кинообъектива и звук передают полярный окрас внутреннего состояния тогда и сейчас.

В детстве – свет теплый и мягкий, охристо-желтая цветовая гамма, нежное и мелодичное музыкальное сопровождение; в зрелости – пульсирующая, как биение воспалённого сердца, напряжённая музыка и холодная, яркая палитра. Контраст «взрослой жизни» подчеркивает обилие красного (цвет боли и славы одновременно), белого (цвет катарсиса, очищения, выздоровления) и синего (цвет вечности и покоя). Желаемый покой Сальвадор и находит, в конечном счете, тоже благодаря исповеди через искусство: он снимает фильм о своем детстве и раннем эротическом переживании, связанном с тем самым соседом-художником (своим телосложением напоминающим греческую статую, разумеется). Этот фильм в фильме с ещё большей определенностью удваивает реальность, ветви которой сплетаются в удивительном по своей эстетике финале. В нем актеры и реальные люди, наконец, сходятся воедино. И моментально становится понятно, что иначе – не может быть.

Анна Стрельчук, InterMedia

Loading...