Екатеринбургский балет задал на «Маске» высокую планку

Екатеринбургский театр оперы и балета, продолжая гастроли в Москве, представил на сцене Музыкального театра им. К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко балет «Ромео и Джульетта» С.Прокофьева 17 февраля 2017 года. Постановка претендует на звание лучшего спектакля в балете, в частных номинациях значатся Павел Клиничев («лучшая работа дирижера»), Вячеслав Самодуров («лучшая работа хореографа»), Екатерина Сапогова – Джульетта («лучшая женская роль»), Александр Меркушев – Ромео («лучшая мужская роль»), Игорь Булыцын – Меркуцио («лучшая мужская роль»), Энтони Макилуэйн («лучшая работа художника в музыкальном театре») и Ирэна Белоусова («работа художника по костюмам в музыкальном театре»). В рамках проекта «Золотая маска в кино» была организована прямая трансляция спектакля для зрителей 60 городов России.

Нынешнюю сценическую версию балета Прокофьева подготовили в Екатеринбурге к 125-летию со дня рождения Сергея Прокофьева и 400-летию со дня смерти Уильяма Шекспира. Сценограф Энтони Макилуэйн выстроил на сцене трехъярусную конструкцию, напоминающую лондонский театр «Глобус», в котором пьеса Шекспира была сыграна впервые. Художник Ирэна Белоусова объединила в костюмах элементы из разных эпох, но самой оригинальной идеей стали принты картин художников эпохи Возрождения. Вячеслав Самодуров же, сочиняя танцы, поставил перед артистами серьезные актерские задачи: «Понимание актерской игры в балете пришло ко мне, когда я танцевал в английском театре Ковент-Гарден. Мне нравятся ценности, которые исповедуют в балетах Кеннета Макмиллана. В них удается избежать старомодной условности, каждое движение артистов осмысленно и подчинено драматургии». Оно подчинено, добавим, прежде всего музыке Прокофьева, которую хореограф чувствует очень тонко.

В этом спектакле есть все, чтобы понравиться современному зрителю: красивые молодые харизматичные артисты, вечный сюжет, яркие костюмы и хорошо считываемые визуальные аллюзии, но главное – та самая достигнутая режиссером психологическая достоверность, свойственная не балету, а скорее драме или даже кинематографу. Тщательно прорабатывая каждую роль, хореограф находит оригинальные решения и для массовых сцен, добиваясь жизненного правдоподобия, а неизбежные условности уводит в сферу «театра в театре». Еще в самом начале спектакля молодые люди разминаются и примеряют костюмы, давая понять, что «весь мир – театр», и в эпилоге зрителю, поверившему в гибель прекрасной пары, хладнокровно напоминают о том, что все было лишь талантливой игрой. Однако именно игра потрясает своей убедительностью. Кураж, динамика, техническое совершенство, эстетика и мастерство принесли этому спектаклю восемь номинаций на «Маску» и дают серьезные основания претендовать на звание лучшего, и конкурентам должно быть очень непросто.

Екатеринбургский оркестр, ведомый дирижером Большого театра и большим специалистом в области балета Павлом Клиничевым, лишний раз проявил свои лучшие качества: деликатность, стройность, европейскую собранность и внимание к деталям.

Татьяна Давыдова, InterMedia

Фото: Елена Лехова