«Безвкусная, но очаровательная»: Dead Blonde - о том, как выбрала сценический образ

Певица Dead Blonde (Арина Мурашева) дала интервью в новом выпуске подкаста «Ниче святого» от HiFi-стриминга «Звук». Артистка рассказала ведущему Марку Андерсону, что завидует Zivert, обиделась на Gayazovs Brothers, а также мечтает записать совместный трек с Татьяной Булановой и группой «Тату». Певица также поделилась, как выбрала свой сценический образ и как относится к излишнему вниманию от коллег.

– Мой псевдоним – Арина Буланова – конечно же, в честь Татьяны Булановой. Мне очень в нём комфортно, и очень часто у меня спрашивают, не дочь ли я той самой? И если мы с ней встретимся, мне очень хотелось бы сделать с ней что-то совместное. Моя любимая песня у Булановой – та, которая вдохновила на написание «Мальчика на девятке». Это песня «Где ты?». И про старшую сестру еще, конечно же. А еще моя большая мечта, если говорить про артистов ближе к нашему времени – это сделать фит с группой «t.A.T.u.». Еще хотелось бы посотрудничать с группой «Руки вверх!», но мне не нравятся фиты, которые они делают сейчас. С Шурой тоже было бы интересно поработать. Еще с группой «Мираж», «Комбинацией», но их сейчас будет сложно собрать.

Арина рассказала ведущему о том, как ее песня попала в сериал «Убивая Еву». По словам певицы, для нее это было шоком.

– Я очень сильно удивилась. Вдруг меня начали отмечать в запрещенной сети, и писать мне, что мой трек — в последнем сезоне «Убивая Еву». Вначале я испытала шок, а потом узнала, что за это мне еще и хорошо заплатили. Но, если честно, я думаю, что моя песня не заслуживала таких денег. Мне было бы достаточно, если бы она появилась там бесплатно. Да что говорить — я бы сама им приплатила, чтобы там засветиться. Я предполагаю, что кто-то из звукорежиссеров сериала — русскоязычный. И им нужно было связать сюжетную линию с русской музыкой. Почему-то они выбрали мою песню и сделали предложение нашему лейблу. Он его принял и выставил гонорар.

Артистка призналась, что однажды обиделась на братьев Гаязовых, по-доброму завидует Zivert и часто сталкивается с непрошенным вниманием от фанатов и коллег.

– Однажды я чуть-чуть обиделась на братьев Гаязовых, когда у них вышла «Малиновая лада». Я подумала, это очень похоже на «Мальчика на девятке». Потом, когда мы с ними познакомились лично, они сказали, что «да, мы вдохновлялись». У меня камень с души упал, и теперь мы с ними дружим. Но тогда я обижалась. В плохом смысле я никому не завидовала. Но по-хорошему могу завидовать масштабу человека. Мне вот, например, очень сильно нравится Zivert, у нее тоже музыка с ретро-отсылками. И я просто завидую тому, как у неё получается делать настолько популярную музыку.

После концерта фанаты часто зовут меня в номера. И не только фанаты. И организаторы, и всякие звукорежиссеры, и продюсеры. Но я всегда очень строго отвечаю. Не флиртую даже ради приличия. Я такое не люблю.

Dead Blonde рассказала о том, как пришла к своему музыкальному стилю.

– Я сразу выбрала ретро-стиль. Не могу вспомнить время, когда не слушала такую музыку – как будто это было всегда. Я была ранним ребенком у родителей, и с детства меня часто брали с собой на свадьбы их друзей, юбилеи бабушек и дедушек. И я всегда тащилась от музыки, которую там включали. Мне казалось, что эта заводная и легкомысленная музыка помогает «все отпустить». И чем старше я становилась, тем больше она мне нравилась. С возрастом я уходила всё глубже в прошлое. В 13 лет я влюбилась в советскую послевоенную музыку, а еще мне очень нравилась американская музыка 60-х. Моя самая любимая певица, которую я слушаю уже полжизни – Лана Дель Рей. Она зацепила меня тем, что была одной большой отсылкой к Голливуду 60-х.

Артистка призналась, что ее постоянно тянет в прошлое, и в современности обитать ей тяжело.

– Больше всего мне нравятся две эпохи – 60-е и 80-е. Это были великие времена для культуры и музыки. И я считаю, что потенциал этого времени еще не исчерпан — и поэтому 80-е постоянно возвращаются в поп-культуру. Есть ощущение, что 80-х было слишком мало, чтобы мы успели прочувствовать все разнообразие музыки и стилей того времени. Поэтому в этот период всё время хочется возвращаться. Честно, мне очень тяжело обитать в современном стиле. Я все время одеваюсь в стиле ретро, слушаю такую музыку и смотрю такое же кино. Мне тяжеловато быть современной девчонкой. В душе мне сейчас должно было быть лет 60.

Также Арина рассказала, почему выбрала нарочито сексуальный имидж для сцены.

– Можно свалить это на моего продюсера и мужа, который сказал: «Раздеваемся, нам нужны поющие трусы» (смеется). Но на самом деле это моё решение. Оно сделано лично мной как продюсером своего проекта, потому что «звенящая пошлость» – один из маркеров типичного girls band из 80-х-90-х. И это сочетается с тем музыкальным образом, который у меня сложился. Так и должно быть – на грани с пошлостью, немного безвкусная, но именно из-за этого очаровательная артистка. То есть я как продюсер решила, что у меня, как артистки, должен быть такой образ.

При этом в обычной жизни певица старается не привлекать к себе внимание, одевается в мешковатую одежду и не любит яркий макияж.

– В обычной жизни я не то чтобы скромная, но не люблю привлекать к себе внимание. Мне не нравится быть в центре тусовки, я больше люблю в сторонке посидеть. Иногда какой-то вихрь все равно меня затягивает в центр событий. Но в целом я очень скромно одеваюсь, ношу мешковатую одежду, не люблю яркий маникюр или яркий макияж. Поэтому в обычной жизни я, наверное, супер-«нормис».

Арина призналась, что не может написать хит в современном стиле.

- Единственное, что у меня не получится – это современная актуальная музыка. Я слушаю чарты, анализирую, слушаю эти тексты, и хотя я ничего против них не имею, мой мозг просто не сможет написать так, как сейчас пишут сейчас бэнгеры.