Гай Ричи работает над новым сериалом для Amazon. Как сообщает Deadline, это криминальная драма под названием «Capital», действие которой разворачивается в Лондоне. Британское подразделение Amazon MGM Studios запустило проект в разработку, и Ричи выступает соавтором сценария вместе с Робом Уильямсом («Жертва», «Под подозрением»), а также режиссёром и продюсером вместе со своим постоянным партнером Айваном Аткинсоном, Даной Риверой Гилберт («Удивительная миссис Мейзел», «Этуаль») и Марком Рестигини. Разработка находится на ранней стадии, и на данный момент кастинг еще не объявлен.

«ИнтерМедиа» напоминает, что это второй проект Гая Ричи для Amazon после сериала «Молодой Шерлок» с Хиро Файнсом Тиффином в главной роли. Премьера первого сезона состоялась на Prime Video в марте, после чего проект был продлен на второй. В сентябре на Netflix состоится премьера второго сезона сериала «Джентльмены» (где Ричи является режиссёром), а на Paramount+ - второго сезона «Гангстерленда» (где он выступает в качестве продюсера).

Интервью с Gia Skova — актрисой, режиссёром и создательницей Lucinda Universe.

— Мы знакомы уже достаточно давно. За это время ты успела побывать моделью, актрисой, режиссёром, продюсером и теперь создаёшь собственную вселенную комиксов. Когда ты смотришь назад, тебе кажется, что это были разные жизни или одна?

— Одна. Просто в каждой новой главе я понимала себя немного лучше. Люди часто думают, что я всё время меняла профессию. А мне кажется, я всё время занималась одним и тем же — рассказывала истории. Сначала это происходило через фотографии, потом через кино, а сейчас через целую вселенную, которую можно читать, смотреть и однажды, надеюсь, проживать.

— Ты часто говоришь, что никогда не строила карьеру по классическим правилам. Это было осознанное решение или просто так складывалась жизнь?

— Скорее второе. Я никогда не садилась с блокнотом и не писала план на десять лет. Просто каждый раз, когда появлялось ощущение, что я перестаю расти, понимала: пора идти дальше. Это всегда было страшно, но ещё страшнее было остаться там, где уже перестала чувствовать жизнь.

— В какой момент ты перестала воспринимать себя только как актрису и поняла, что хочешь создавать собственные истории?

— Наверное, тогда, когда поняла, что мне всё чаще хочется задавать вопросы, на которые никто не снимает фильмы. Не потому, что они неинтересны. Просто у каждого автора свой взгляд. И однажды я поняла, что если хочу увидеть именно эту историю на экране, мне придётся написать её самой.

— Многие мечтают однажды попасть в большое кино. Ты, наоборот, начала писать собственный мир. Почему?

— Потому что фильм заканчивается титрами. А мир — нет. Мне хотелось создать пространство, в которое человек сможет возвращаться снова и снова. Где каждая новая история будет открывать что-то ещё.

— Если убрать все титулы — модель, актриса, режиссёр, — кем ты ощущаешь себя сегодня?

— Человеком, который наблюдает. Мне кажется, именно наблюдение рождает всё остальное.

— Были ли моменты, когда тебе казалось, что проще отказаться от своей идеи, чем продолжать идти вперёд?

— Конечно. Особенно когда понимаешь, сколько времени занимает создание чего-то настоящего. Но потом приходит очень простая мысль: если не сделаю я, этого не сделает никто.

— Что оказалось сложнее: добиться успеха в профессии или сохранить собственное представление о том, зачем ты всё это делаешь?

— Второе. Успех всегда приходит извне. А смысл приходится постоянно искать внутри.

— Ты работала в разных странах. Где ты впервые почувствовала, что действительно принадлежишь мировому кино?

— Не на красной дорожке. Не на премьере. А в обычный рабочий день, когда поняла, что все вокруг говорят на разных языках, но язык кино у нас один. Тогда исчезло ощущение, что я “откуда-то приехала”. Я просто была частью команды.

— Ты много лет сама выполняешь трюки. Это желание доказать что-то или способ быть максимально честной перед зрителем?

— Никогда никому ничего не хотела доказывать. Просто мне всегда хотелось, чтобы эмоция была настоящей. Иногда тело рассказывает историю лучше слов.

— Когда появилась Люсинда, ты сразу понимала, что это будет не просто персонаж?

— Нет. Сначала это была женщина, которая не боялась задавать вопросы. Потом я поняла, что она задаёт вопросы и мне самой.

— Кто раньше появился — Люсинда или ты сегодняшняя?

— Думаю, мы росли одновременно. Пока я писала её, она в каком-то смысле писала меня.

— Иногда создаётся впечатление, что ты не столько пишешь историю Люсинды, сколько постепенно открываешь её для себя. Это ощущение тебе близко?

— Очень. Иногда персонажи знают о себе больше, чем автор в самом начале работы. Нужно просто успеть их услышать.

— В твоих проектах постоянно появляются темы времени, памяти и выбора. Почему именно они?

— Потому что именно выбор определяет человека. Не обстоятельства. Не прошлое. А то, что он делает в следующий момент.

— Если бы тебе пришлось описать Люсинду одной фразой, что бы ты сказала?

— Она напоминает человеку, что свобода начинается не с обстоятельств, а с сознания.

— Ты довольно часто начинаешь всё практически с нуля. Откуда появляется смелость снова рисковать?

— Не думаю, что это смелость. Просто однажды понимаешь: страх исчезает не тогда, когда становится безопасно, а когда появляется что-то важнее страха.

— Насколько тяжело женщине создавать собственную интеллектуальную франшизу?

— Иногда тяжело. Но мне кажется, дело даже не в том, что ты женщина. Просто любая новая вселенная требует очень длинной дистанции. Нужно продолжать работать, когда ещё почти никто не понимает, что именно ты строишь.

— Что изменилось в твоём отношении к успеху?

— Раньше мне казалось, что успех — это когда тебя узнают. Сегодня мне кажется, что успех — это когда созданный тобой мир начинает жить собственной жизнью.

— Был ли момент, когда ты вдруг поняла: теперь люди приходят не только за тобой как за актрисой, но и за тем миром, который ты создала?

— Да. Когда люди начали обсуждать Люсинду так, будто она существует независимо от меня. Тогда я поняла, что история действительно начала жить.

— Насколько важны для тебя признание и коммерческий успех?

— Они важны. Потому что позволяют создавать следующие проекты. Но они никогда не были причиной, по которой я начала этот путь.

— Ты производишь впечатление человека, который постоянно находится в движении. Ты вообще умеешь останавливаться?

— Учусь. Раньше мне казалось, что остановка — это потеря времени. Сейчас понимаю, что именно в тишине иногда рождаются самые важные идеи.

— Что оказалось самым неожиданным уроком, который тебе преподнесла профессия?

— Что терпение — это тоже талант.

— Есть ли решение, которое в момент принятия казалось безумным, а сегодня ты понимаешь, что именно оно изменило всю твою жизнь?

— Создать собственную историю вместо того, чтобы ждать роли в чужой.

— Если бы сегодня к тебе подошла двадцатилетняя Джиа и спросила: «Стоит ли продолжать?», что бы ты ей ответила?

— Я бы сказала: не бойся идти медленнее, чем другие. Большие миры редко строятся быстро.

— Когда ты думаешь о будущем, ты больше представляешь следующий фильм, следующую книгу или уже что-то гораздо большее?

— Уже не отдельный проект. Я думаю об экосистеме историй, которые смогут жить десятилетиями и находить своих людей в разных странах и поколениях.

— И последний вопрос. После нескольких часов разговора у меня остаётся ощущение, что для тебя самое главное — не профессия и даже не успех. Тогда что?

— Думаю, самое ценное — оставить после себя не просто фильмы или книги, а историю, которая однажды поможет кому-то стать смелее. Если хотя бы один человек после встречи с моими работами поверит, что он способен изменить свою жизнь, значит, всё это было не зря. Мне кажется, именно ради этого и стоит создавать истории.

Беседовал Григорий Погосян

Показ сериала "Паша" начинается 10 июля 2026 года в онлайн-кинотеатре "Амедиатека". Сыгравший Пашу Аскар Ильясов получил приз за лучшую мужскую роль на фестивале "Пилот". Актёр рассказал gazetametro.ru, чем он отличается от своего инфантильного героя и почему не охотится на своих.

Главный герой – 32-летний Паша – учился в Гнесинке, но работает настройщиком пианино и из-за своей доброты и инфантильности постоянно попадает в нелепые ситуации. Кроме того, есть и этнический аспект – папа Паши был узбеком, из-за чего герою часто приходится испытывать на себе недобрые взгляды коренных москвичей.

Я вас поздравляю с победой на "Пилоте". Это что правда ваш первый фестиваль, как объявили на представлении сериала в Иванове?

– Спасибо. Да, первый в России. Правда, в России я ни разу не был до этого на фестивалях.

А как такое могло получиться?

– Дело в том, что ни один из сериалов, в которых я снимался, не был на фестивалях, а так просто потусоваться я не езжу, потому что это мне не очень прикольно.

Ну тогда ещё и с дебютом вас. А какое у вас вообще отношение к фестивалям?

– Странное. То есть я был в Мумбае, где получил приз за главную мужскую роль на кинофестивале стран ШОС. Мы туда ездили с "Паралимпийцем", но тогда мне сказали: "Аскар, ты побеждаешь. Прилетай послезавтра в Мумбай на награждение". Вот такое было. Я подумал: "Классно. Приятно". А здесь я был чуть-чуть взволнован, потому что я ехал без больших ожиданий. Мне казалось, что "Паша" – это такое нишевое инди-кино, как я его себе представлял, а на следующий день после показа в Иваново столько отзывов положительных оказалось, и так это всё приятно, ощущение было, что мы как будто ворвались в гонку.

Ну а вообще к наградам какое у вас отношение?

– Я очень соревновательный человек, поэтому я стараюсь об этом не думать. Я, если начну об этом думать, попадаю в ловушку, где если выигрываю, то не радуюсь, потому что думаю: "Ну, так и должно быть". А если проигрываю, то сильно расстраиваюсь. Но я с этим работаю.

Вы как-то признавались, что перекрыли поток этнических ролей. Получается он снова открыт?

– Ну, это давно было, в 2018 году. Я уехал из Москвы, вернулся домой и начал сниматься у себя, так что дело не совсем в этнических ролях было. Ну, это я так сформулировал, потому что так было просто легче объяснить. Дело было в том, что там не было ролей, там были просто типажи. То есть для этого можно было любого парня из театра взять. Зачем я учился в "Щуке" и работал в театре? Чтобы просто у вас тут в комбинезоне на заднем фоне ходить?

Кстати, о Москве. В сериале "Паша" она показана как город, где никому ни до кого нет дела. Вы согласны с этим? Какие у вас отношения с Москвой?

– Москва настолько большая, это действительно город контрастов. И из моей практики, как ты в целом внутри себя к этому городу настроен, так он тебе и отзеркалит. Если с таким фокусом подходить, что все злые, всем друг на друга наплевать, то ты встретишь миллион таких людей за день, а если ты открыт и в целом доброжелателен, то ты встретишь столько же людей. И в этом его (города) магия.

Но тем не менее вы сами предпочитаете жить у себя на родине?

– Ну, конечно, да. К тому же мне в принципе не подходит большой город. Это слишком большая энергетическая плата за то, что ты живёшь. Это эгрегор такой – Москва, Москва... И мне тяжело здесь даётся особенно осень, зима. Мне тяжело, когда мало солнечных дней. Я понял, что на физиологическом уровне страдаю от этого.

Скажите, был ли какой-то кастинг или создатели проекта сразу увидели в вас Пашу?

– Ну, были пробы, я почитал сценарий и подумал: "Что мне нужно сделать, чтобы это сыграть?" Это как будто написано под меня, даже географически. У него мама русская, папа узбек, то есть узбека-актёра вам брать странно, потому что должен быть метис. Русский тоже это не сыграет. А даже географически Казахстан находится между Россией и Узбекистаном. И понял, что это должен играть стопроцентный казах. Я пришёл, мы попробовались, и ребята тоже сразу: "Всё, закрываем".

А по характеру насколько Паша на вас похож?

– Вообще-то не очень. У меня есть такая сторона, но она слабо проявлена в жизни. То есть это такая инфантильность, такая где-то обломовщина, когда просто плывёшь по течению. Но я себя часто дёргаю. Паша себя не дёргает вообще.

Если взять ваши последние роли, например, Джамала в "Циниках" или Ильяса в "Лихих", то в основном вы воплощаете достаточно уверенных в себе, а зачастую и самовлюблённых мужчин с нарциссическими проявлениями...

– Вот это ко мне ближе. (Смеётся.)

Вы такой?

— Ну, отчасти, в том числе.

Вы как-то признавались, что на съёмках "Лихих" чувствовали некий трепет перед сценой с Филиппом Янковским. В "Паше" вашей партнёршей была Татьяна Догилева. Что-то подобное вы тоже здесь испытывали?

– Испытывал, да. Но у Татьяны Анатольевны совсем другая энергия. И это просто два полярных трепета, потому что в "Лихих" с Филиппом Олеговичем мы играли в "Крестах", в реальной тюрьме, в этом реальном закутке, где гуляют пожизненно заключённые. И сам Филипп Олегович был очень в образе, ну и фамилия, имя, значимость его. Поэтому было волнительно, а мне нужно было очень дерзко с ним разговаривать. И это был такой трепет – вывезу ли я? Не будет ли это враньём? Не съест ли он меня в этой сцене? Не съел, как мне кажется. Было здорово. А с Татьяной Анатольевной – ну, я просто очень люблю своих бабушек. Знаете, когда вы любите, допустим, свою бабушку, вам со всеми бабушками проще. Вот и моя любовь к бабушке передаётся ко всем бабушкам, которых я встречаю. В обращении, может, в тоне или в чём-то ещё. И вот на этой энергии мы сразу с ней сошлись, она меня взяла под своё крыло. (Улыбается.)

То, что у проекта "Паша" два режиссёра, причём мужчина и женщина, можно сказать, два разных космоса, как-то в процессе проявлялось? Как вам работалось с ними?


– У меня уже был такой опыт: в "Нулевом пациенте" я работал с двумя режиссёрами, но там было немного по-другому, потому Женя Стычкин был как бы режиссёром актёров, а Сергей Трофимов – режиссёром постановочной части, операторов. А в этом случае у нас были Женя Тамахина и Антон Коломеец. Мы с Антоном, бывало, зарывались куда-то, и Женя своей нежной женской рукой как-то нас так поглаживала, что разряжала во многом обстановку. Они мне приятны просто как люди, там было здорово, классно, не было никаких сложностей.

Локации какие были?

– Мы снимали почти всё в Москве, и у нас было, по-моему, семь дней, в Ташкенте. И ещё снимали в Подмосковье на Пироговском водохранилище. Там очень красиво. Мы там снимали тоже семь дней, и когда у меня было два выходных, я не поехал в Москву, а остался там пожить в своём вагончике. Потому что я обожаю природу, мне сильно не хватает моего дома, деревьев, озёр... Там было классно. Мы снимали что-то на каяках, на байдарке плавали, лодки в воде переворачивались – классно! Я вообще люблю воду.

А рыбачить любите?

– А вот это нет. Я по гороскопу Рыбы, на своих не охочусь.

На "Пилоте" нам показали только одну серию "Паши". Можете без спойлеров приоткрыть немного завесу — что с вашим героем будет дальше? В какую сторону завернёт сюжет? Как-то Паша поменяется?

– (Смеётся.) Я не могу вам ничего сказать. Это будет плоско – сказать, что он или поменяется, или не поменяется, потому что всё не так однозначно, и он неоднозначный человек. Это он сейчас всех так обаял, что он какой-то добрейший, светлейший. Вы увидите – он и малодушничает, и трусит.

В синопсисе сказано, что Паша, который в начале ничего не знает про свою "узбекскую сторону", постепенно заинтересуется своими корнями. У него произойдёт какой-то сдвиг в плане самоидентификации?

– Тоже не так однозначно. То есть нам кажется, что вот я сейчас куплю машину и моя жизнь изменится. И вот ты сидишь в этой машине, и тебе опять грустно. То есть эта самоидентификация переоценена. В том смысле, что как будто бы он встретит своего отца, и у него сразу стержень появится, и он вырастет. Это жизнь, его отец – это чужой человек, всю жизнь он жил другой жизнью, они чужие, то есть не так всё романтично, как могло бы быть.

На фестивале "Пилот" есть деловая программа, которая называется "Точка взлёта". Что вы считаете своей "точкой взлёта" в карьере?

– У меня были две "точки взлёта". Первая – это фильм "Бизнесмены". Это был мой дебют в Казахстане. Акан Сатаев, наш культовый режиссёр, снял "Рэкетира", снял фильм "Районы" и, в общем, закрывал эту трилогию про девяностые. Фильм "Бизнесмены" – это про трёх друзей, которые делали дела в девяностые, и я сыграл там главную роль, и это была моя "точка взлёта". Это было новое ощущение, когда меня начали узнавать на улице. Ну а вторая "точка" – это "Нулевой пациент".

А как же "Химера"?

– В "Химере" у меня совсем небольшая роль была. Но мы думали, что будет вторая часть. И как-то разговаривали о том, что линия моего Линя будет продлена. Но, увы, не сложилось.

Вы недавно снялись в 4-м сезоне фэнтези-сериала "Сергий против нечисти. Зов предков", в котором присутствует татарская мифология. Сейчас, как мне кажется, мода в кино на этнический эпос. Как вы к этому относитесь?


– Здорово. Я бы хотел, чтобы что-то мы в Казахстане сняли такое. Причём я видел где-то три сценария, всё как-то подбираются к этой теме, но почему-то никто пока ещё это не сделал. Но это здорово – познакомиться с культурой через кино, через дорелигиозную мифологию, что-то языческое, то, что олицетворяет, наверное, землю.

А вы хорошо знакомы с вашей казахской мифологией? Может быть, какого-то героя там для себя уже приметили?

– Я бы не сказал, что хорошо, знаю какие-то базовые вещи. А что касается героев, то в нашей мифологии, кстати, в основном почему-то женские персонажи. Видимо, потому что природа больше с женщиной ассоциируется.

На открытии "Пилота" одна актриса, которая играет в "Следе Чикатило", мне призналась, что в таких проектах очень весело и интересно сниматься, но смотреть она любит всё-таки добрые фильмы, комедии. А вы какие любите смотреть, а в каких сниматься?

– Хорроры, кино про маньяков – это вообще "до свидания". Триллеры – и то очень редко. У меня подвижная психика, меня это пугает по-настоящему. То есть я возбуждаюсь от этого. Я не понимаю, как люди могут ходить в кино и смотреть ужастики, не знаю, зачем они это делают. Мало, наверное, им каких-то ощущений в жизни. А мне, видимо, из-за моего психотипа хочется тоже что-то спокойное смотреть. А вот сниматься интересно во всём, нет такого жанра, где бы я не хотел сниматься. У меня была большая любовь к спортивным драмам. Я очень сильно хотел в них сниматься, и в итоге у меня три спортивные работы. Это круто, это классно. А так хочется в мелодраме сняться, в романтической комедии. Я считаю, что таких ролей мне недодали вообще – ни в театре, ни в институте. В театре были характерные роли, а в кино больше брутальные какие-то истории. Вот сейчас какой-то юмор начал появляться у меня в фильмографии, либо героические образы, как в "Нулевом пациенте". Там есть этот оттенок героизма, но хочется ещё и быть трогательным. И в "Паше", кстати, этого много. Никогда я так не приближался к чему-то трогательному по-настоящему.

Расскажите, где сейчас снимаетесь? Где мы вас увидим в ближайшее время, кроме "Паши"?

– Будет "Хоттабыч", который выйдет 1 января 2027 года. Я думаю, это самая большая работа. Это Никита Власов с Фёдором Сергеевичем [Бондарчуком] затеяли такую заварушку. Мы снимали месяц в Марокко и в Москве. Мы снимали в Сахаре, в настоящей пустыне! Прекрасный союз опыта Фёдора Сергеевича и молодости, драйва Никиты – вот это я жду очень. Больше, к сожалению, ни про что рассказывать не имею права.

А театр сейчас присутствует как-то в вашей жизни?

– Мы играли спектакль "Солнечная линия" по пьесе Ивана Вырыпаева, покатали его по Казахстану, скатали в Мюнхен, но потом закрыли. Сейчас у меня закончатся съёмки осенью, я думаю. Так что зимой выйду из театрального отпуска, потому что театра мне сильно не хватает. Надо сниматься или в авторском кино, или играть в театре, потому что иначе всё: это стоячая вода, всё начинает тухнуть. Либо что-то в жизни новое пробовать. Вот я начал сёрфить – вот это абсолютно свежий глоток воздуха. Как-то надо себя дёргать, развиваться. Главное – ни в коем случае нельзя застаиваться.

К съёмкам нового 16-серийного комедийного сериала «Село Степанчиково» приступила в июле 2026 года компания Russian Code. Главные роли исполнят Максим Лагашкин, Александр Робак, Наташа Бардо, Артур Бесчастный, Маргарита Дьяченкова, Алексей Лукин, Ольга Лапшина, Светлана Колпакова, Всеволод Володин, Валерий Степанов, Александр Голубков, Илья Варанкин и другие. Режиссёром выступит Фёдор Стуков («Восьмидесятые», «Ивановы-Ивановы»), шоуранеры и авторы сценария — Олег Гольдфайн и Илья Петрухин («Вика-Ураган», «Ольга»).

Название отсылает к знаменитой повести Ф.М.Достоевского «Село Степанчиково и его обитатели», однако сериал представляет собой полностью самостоятельную современную историю с новыми героями и актуальными семейными конфликтами. По сюжету успешный городской предприниматель Борис (Лагашкин) после краха бизнеса решает вместе с семьёй начать новую жизнь за границей. Но все планы рушатся после встречи с двоюродным братом Федей (Робак), неисправимым мечтателем и генератором грандиозных идей. После бурных проводов Борис просыпается в родной деревне Степанчиково и узнаёт, что деньги, отложенные на переезд, уже вложены в новый семейный проект — экодеревню, которая должна вдохнуть жизнь в умирающее село. Теперь двум братьям предстоит не только достроить бесконечную стройку Феди, но и научиться заново понимать друг друга. А вместе с ними — столкнуться двум мирам: городской семье, привыкшей к комфорту, и деревенским родственникам, живущим по своим правилам.

Премьера проекта состоится на телеканале ТНТ и в онлайн-кинотеатре «Кинопоиск».