Артдокфест-2022: 5 лучших фильмов фестиваля

Кинофестиваль документального кино «Артдокфест» был запланирован в России с 31 марта по 7 апреля 2022 года, однако планам было снова не суждено сбыться. В прошлый раз смотр всё же устоял под колоссальным давлением и, несмотря на отменённые показы и неожиданный визит полиции во время открытия в Петербурге, смог пройти вживую. В 2022 открытие фестиваля опять не состоялось по причине саботажа и нападения на президента «Артдокфеста» Виталия Манского прямо перед входом в кинотеатр «Октябрь». В результате было сделано заявление, что фестиваль на какое-то время приостанавливает свою деятельность на территории Российской Федерации.

Организаторы предвидели нечто подобное заранее, поэтому предупредили зрителей, что в случае отмены физической версии фестиваля он перейдёт в онлайн, на платформу artdoc.media, где можно будет увидеть тот фильм, на который вы купили билет. Правда, не все фильмы оказались доступны онлайн (правообладатели самых громких наименований побоялись слива своей продукции в сеть), тем не менее с большинством картин из нынешней селекции всё же запросто можно было ознакомиться. Включая победителей основного конкурса: швейцарский «Остров», увёзший гран-при из Риги, и отмеченный за лучшую режиссуру «Бабий край».

Редакция InterMedia даже в таких сковывающих условиях смогла ознакомиться с отбором 2022 года и выбрала из него пятёрку самых интересных картин, достойных вашего внимания. О них вы можете почитать далее в нашей подборке:

«Жизнь Иванны Яптунэ»

Режиссёр – Ренато Боррайо Серрано

Основной конкурс

Фильмом открытия должна была стать «Жизнь Иванны Яптунэ» Ренато Боррайо Серрано, документалиста из Гватемалы, проживающего в России. Он учился во ВГИКе и у Марины Разбежкиной, что сразу выдаёт его режиссёрский стиль: невидимая камера, проникающая в саму суть объективной человеческой жизни. Жизнь здесь, собственно, Иванны Яптунэ – героической матери пятерых детей, живущей в какой-то лачужке ненки и владелице стада северных оленей. Однако олени начинают умирать, что подводит нашу героиню к непростой дилемме – продолжать всеми силами держаться за свои корни и традиции или же бросить всё и попробовать начать новую жизнь с детьми где-то ещё.

Кино снималось на протяжении четырёх лет, и за это время камера Серрано редко отворачивалась от семьи Иванны. Мы наблюдаем в первую очередь за их бытом, в котором перемешиваются народные традиции людей с Севера и вполне универсальные сцены из отношений матерей и детей, только в которых мать, вместо телефона, даёт ребёнку поиграть с выловленной рыбой, чтобы тот хоть чем-то занялся и не мешал. Глядя на всё это, сразу вспоминается «Нанук с Севера» Роберта Флаэрти, фильма, с которого подобная иммерсивная документалистика и началась. Но у Ренато Боррайо Серрано такая аутентичность ещё наслаивается и на сегодняшние реалии жизни в российской глубинке, что само по себе картина всегда угнетающая и безрадостная. Тем не менее режиссёр даже в столь беспросветной тьме отыскивает солнечные кадры. И пока у наших документалистов (пусть и рождённых в других странах) всё ещё есть такая способность, вера в светлое будущее никогда не умрёт.

«Дальний план»

Режиссёр – Владимир Головнев

Программа «Среда»

В 2015 году в России стартовала общенациональная программа кинофикации, по которой в удалённые населённые пункты было указано «провести кинематограф», то есть оборудовать или переоборудовать местные кинотеатры, дома культуры в современные удобные киноцентры. Документалист Владимир Головнев в рамках создания своего фильма «Дальний план» объезжает вместе с государственным ревизором три глубоко провинциальных посёлка.

В Омской области мы оказываемся в скромном переоборудованном доме культуры, где сейчас один зал на 102 места и нарисованные от руки афиши с «Джоном Уиком» и «Годзиллой» (вы, вероятно, видели эти постеры в сети). Держится «Современник» практически на энтузиазме двух людей – кассирши и киномеханика. Оба – страстно любят своё дело и верят в его сокровенность, хотя понимают, что особой прибыли оно не принесёт.

Второй посёлок расположен в Тульской области, там мы наблюдаем за киномехаником, который живёт с бабушкой, так как его родители давно спились и умерли, да и сам он чуть не пошёл тем же путём. Но потом в его жизни, прямо как у Торнаторе, появился кинематограф… и музыка – он не только запускает фильмы, но ещё и сочиняет рэп, мечтая о гастролях по всей стране. Третий населённый пункт находится в республике Коми, где вот-вот откроется суперсовременный развлекательный центр.

Три небольшие новеллы о жизни в нашей необъятной, три истории о целительной силе кинематографа, который спасает жителей глубинки от одиночества и алкоголизма, заставляет мечтать и радоваться даже там, где ни мечтам, ни радости уже давно места нет. Владимир Головнев смог уловить и передать это наше русское естество, такое загадочное и непробиваемое, как это получалось у нашего величайшего документалиста Александра Расторгуева.

«Куда мы едем?»

Режиссёр – Руслан Федотов

Основной конкурс

Режиссёрский метод Расторгуева узнаётся и в глубоко атмосферном дебюте Руслана Федотова «Куда мы едем?», уже получившем приз на самом престижном фестивале документального кино в мире, на амстердамском IDFA. Белорусский документалист снял фильм-наблюдение, фильм-медитацию о московском метро, представленном здесь своеобразным метафизическим пространством, где сталкиваются души и судьбы, а не физические оболочки человека. Как на космической станции в «Солярисе» Андрея Тарковского, так же застывшей где-то между реальностью и сном.

Зарисовки о московском метро начинаются с предновогоднего предчувствия праздника – вот-вот наступит 2021-й, поэтому среди первых эпизодов полицейские, укрощающие ёлку на одной из станций, пьяный Дед Мороз, рассказывающий о боге и Достоевском незнакомой армянской женщине, парочка нетрезвых мужчин, во всё горло напевающих Наташу Королёву. Коллективный портрет русского человека у Федотова получается далеко не радужный: контингент его метро состоит преимущественно из пьяниц, борзых торгашей, ксенофобов и быдла. Так, например, два ярких эпизода фильма – это то, как мужчину кавказкой наружности парочка бугаёв славянской внешности придавливает к гранитному полу, а также компания ВДВ-шников, приставших к двум американцам, направляющимся в посольство.

Во всей этой безысходности, которая лишь укрепляется постоянным и нагнетающим мотивом подавленного народного восстания, ощущаются глотками свежего воздуха эпизоды, которые уже кажутся не достоянием нашей с вами подземной повседневности, а фильмов Линча или Киры Муратовой, где абсурд, ирония и романтизм вступают в непредсказуемую реакцию. Например, мужчина, прогуливающийся по метро с котом на голове. Или наблюдение за новогодним салютом через запотевшее стекло вагона. Или безмолвная сцена ближе к финалу, в которой уже не молодые мужчина и женщина, оба некинематографичной внешности, куда-то себе едут и буквально излучают любовь. Он ей дарит шарик и щекочет за ушком, при этом не сводя с неё глаз, а она таинственно улыбается, прямо улыбкой Моны Лизы, убирая его пальцы со своих ушей, но не отпуская их, словно боится потерять последнюю искреннюю любовь в своей жизни. В этом эпизоде дух и магия работ Александра Расторгуева чувствуется сильнее всего.

У Руслана Федотова кино получилось удивительно красивое и одновременно философское, политическое и поэтическое, отчего у каждого зрителя будет свой собственный ответ на вопрос, вынесенный автором в названии фильма.

«Мамонт»

Режиссёр – Лисбет Де Солер

Программа «Среда»

Бельгийский «Мамонт» из программы «Среда» удачно взывает к мифам и легендам степных народов России и через их призму, задумчиво и поэтично, размышляет о самой природе бытия. Режиссёр Лисбет Де Солер по рождению, казалось бы, чужак для наших сибирских краёв, но её картина ничуть не уступает недавним триумфам якутского кинематографа, и по части художественной свежести даже порой и превосходит.

Фильм рассказывает о трёх людях: о деревенском жителе и городском мальчике, которые стараются выследить редкого северного оленя, и об учёном, пытающемся отыскать останки мамонта для клонирования (как в документалке «Генезис 2.0»). Мы следим за героями как будто за персонами позапрошлогоднего «Китобоя» (хоть там и не Сибирь) или «Царь-птицы» Новикова: вокруг пустынные холодные пейзажи, одинокие люди и метафизическое присутствие природы в каждом кадре.

«Мамонт» постепенно отходит от локальной истории о том, как мальчик проходит ритуальный обряд посвящения во взрослую жизнь, учась стрелять, охотиться, быть мужчиной, к глобальному выводу о скоротечности жизни. Вот мы советуемся с духами и добываем оленину на ужин, а вот уже в лаборатории извлекаем геном мамонта из найденной кости. Где же этот переход от неумолимо разрастающегося прошлого к неопределённому будущему?

«Это Эдик»

Режиссёры – Роман Супер и Иван Проскуряков

Программа «АртдокСеть»

Если предыдущие четыре упомянутых фильма являются вариациями стиля «синема верите», то «Это Эдик» Романа Супера и Ивана Проскурякова это классическая журналистская документальная работа, в которой, тем не менее, информативность не полностью доминирует над художественной формой. Фильм посвящён Эдуарду Успенскому, человеку, без которого не было бы нашего детства. Он придумал таких каноничных персонажей, как крокодил Гена и Чебурашка, пёс Шарик и кот Матроскин, дядя Фёдор и почтальон Печкин, братья Колобки и Пластилиновая ворона. Он был советским писателем, но с западной жилкой к предпринимательству. Он был гением, но до конца дней остававшийся одиночкой в кругу друзей, семьи и своих придуманных героев.

Фильм «Это Эдик» со всех сторон рассматривает Эдуарда Успенского: как личность, как автора, как друга и как семьянина. Далеко не везде главный герой предстаёт в хорошем свете – журналист Роман Супер рассказывает о выдающемся писателе без грамма благоговения, но с уважением. Его коллега Иван Проскуряков добавляет в этот рассказ артистичности – сам Успенский предстаёт в фильме в виде куклы, из уст которой льются вырезки из различных интервью с Успенским при жизни. Проскуряков – мастер стоп-моушен анимации, поэтому его навыки запросто превращают даже самые сухие биографические высказывания в изобретательно визуализированные эпизоды. Их дуэт с Супером достигает эффекта дуэта Чарри Кауфмана и Дьюка Джонса в работе над «Аномализой»: грамотный и продуманный текст сочетается с концептуальной повествовательной формулой, отчего в итоге получается фильм, столь многогранный и яркий, каким, собственно, и был субъект его рассказа. Золотой стандарт биографического документального кино.

Вадим Богданов, InterMedia