Валерий Сюткин: «Рок-музыка – это просто красивая лампочка, но ее свет делал тебя необыкновенно сексуально привлекательным»

О ПЕСНЯХ ПРОТЕСТА

– Протестное движение – это рок. А я представляю классическое развлекательное направление – рок-н-ролл. Как у гражданина, у меня имеется гражданская позиция, а как музыкант, я должен развлекать людей. Поэтому я четко разграничиваю свою позицию: со сцены я развлекаю, а в частной жизни – хожу на выборы.

ПОЧЕМУ В 80-90-Е МУЗЫКА БЫЛА ЧЕМ-ТО БОЛЬШИМ ДЛЯ МОЛОДОГО ПОКОЛЕНИЯ, ЧЕМ СЕЙЧАС?

– Событийность была другая. Не так много было развлечений. И, конечно, они запомнились. В 1980-х, когда случились первые концерты западных рок-музыкантов, я видел, как взрослые дядьки, которым было за пятьдесят, просто плакали. Они плакали от осознания невозможности происходящего. Понимаете, в 1960-е годы скорее можно было на Луну полететь в составе полуправительственной делегации, чем организовать в СССР рок-концерт. И всплеск рока, рок-н-ролла в 1980-е был обусловлен именно тем, что это были абсолютно закрытые направления в течение нескольких десятилетий. В 1974-м я прорывался на концерт группы Blackout, двое суток ходил отмечаться, чтобы послушать гитариста Тадеуша Налепу из Польши, отца польского блюза. Можете представить себе, что бы я в те годы отдал ради того, чтобы услышать вживую Стинга, Джонса или Эрика Клэптона? Между тем в этом году мне довелось выступить на одной сцене со Стингом. А на прошлой неделе я пел вместе с Томом Джонсом. И, настоящая рок-легенда, Том обнял меня и сказал: «Спасибо, сынок!» Если бы тридцать лет назад кто-нибудь сказал мне, что я услышу эти слова от своего абсолютного кумира Джонса, я бы просто не смог в это поверить. Вот так, в двух словах, за 15 секунд я рассказал о рок-музыке и ее кумирах. Рок-музыка – это просто красивая лампочка. Но свет этой лампочки делал тебя необыкновенно сексуально привлекательным. Тогда, в 1980-х, это казалось таким важным – в те времена я еще ухаживал за девушками…

КАКОЙ ОН НА ЗАНЯТИЯХ В МГГУ ИМЕНИ ШОЛОХОВА?

– В институте я даю мастер-классы, и я несерьезный преподаватель. Знаете, в чем заключается главная задача женщины? Возбуждать и успокаивать. Так вот, когда я встречаюсь со студентами, моя главная задача – это гипертрофировать их достоинства и прятать недостатки. И делаю я это сразу в режиме реального мастер-класса. Например, ребята исполняют песню, и я сразу при студентах устраиваю «разбор полетов». Объясняю, как надо двигаться, комментирую звучание. Просто объясняю: это у вас хорошо, а вот это – плохо. Коллектив в институте, в основном, женский, и встречаются очень прилично подготовленные эрудированные студентки. Одна девушка участвовала в шоу «Голос», другая стала лауреаткой Юрмалы, около пятнадцати студенток и двое юношей у нас участвуют в театре Стаса Намина, то есть профессионально работают на большой сцене.

ОБ УЧАСТИИ В ТЕЛЕПРОЕКТАХ

– Очень дозирую свое участие. Сейчас меня затащить на ТВ гораздо сложнее, чем раньше. Каждое занятие должно быть в радость. И я избегаю пиарить себя путем ныряния, катания на коньках или поднятия штанги. Я уже понял, что не испытываю при этом ничего веселого. Будучи в дружеских отношениях с Ильей Авербухом, принял его предложение «поддержать один проектик». И сдержал обещание. А дальше зрителям, наверное, весело было смотреть, как я спотыкаюсь на коньках и падаю. После ледового шоу у меня все тело до сих пор болит. Ну да ладно, не будем о грустном (смеется).

ПОМОГАЕТ ЛИ ИНТЕРНЕТ СОСТОЯТЬСЯ АРТИСТУ?

– Это повышает конкуренцию и накладывает обязательства... А знаете, в чем главная сложность? Песня – это то, что ты хотел сказать. Петь научились многие, ремесло рвануло вперед – это можно видеть по многим проектам. Многие поют в караоке плюс еще немало ребят получают специальное образование. А вот что им петь? Где выпускники «Голоса», «Фабрик»? Их один-два остается, и то большинству из них песни пишут продюсеры. А музыкантов уровня Земфиры, Лагутенко – я имею в виду молодое, по сравнению со мной, поколение – за последние десять лет появилось крайне мало. То есть среди авторов в основном это ветераны 1990-х, а то и 1980-х годов. Очень мало людей, которые умеют сами писать песни.

КАКАЯ ИЗ ЕГО ПЕСЕН ПОВЛИЯЛА НА ПОКОЛЕНИЕ?

– Это у поколения надо спросить. На мое благосостояние повлияло штук пять, но я здесь не главный фаворит.

КАК ОТНОСИТСЯ К ТОМУ, ЧТО ЕГО ПЕСНИ ПОЮТ В КАРАОКЕ?

– Замечательно! Но я стараюсь не петь в караоке, только если очень попросят. А если люди развлекаются, это здорово.

ДЛЯ ЧЕГО СЛЕДУЮЩИЙ ГОД ОБЪЯВИЛИ ГОДОМ КУЛЬТУРЫ?

– Это полезно для того, чтобы обратили внимание – любое позитивное национальное движение без внимания к культуре не имеет никакого будущего. Все всегда начинается с поднятия духовности. Поэтому, если этому будет уделено повышенное внимание на государственном уровне, я это только приветствую.

НАПИШЕТ ЛИ В СЛЕДУЮЩЕМ ГОДУ ХИТ?

– Хит планировать нельзя. Хит – это то, что я хочу сказать. Я хочу сказать многое. Но поскольку я уже написал песен тридцать, которые стали известны, 31-я должна быть еще талантливее. Поэтому пока заряжаю батарейки, ищу, о чем хочу сказать и как.

(«Новые известия», 29.11.13)