Тарья Турунен: «Мне стоило научиться быть жестче»

О ЗВУЧАНИИ СВОЕГО НОВОГО ПРОЕКТА OUTLANDERS

— Скорее это музыка в стиле электронного прогрессива. Да, c Майком Олдфилдом мы вместе написали одну из песен. Правда, до этого у Майка выходил альбом ремиксов, и эта песня — Never Too Far — была в нем. С Майком мы контактировали через Торстена Стензеля, моего друга-продюсера. А теперь мы сделали версию этой песни для Outlanders — совершенно другую. В Outlanders целый ряд замечательных гитаристов. Это и Эл Ди Меола, и Стив Ротери из Marillion, и виртуозы — Марти Фридман, Бамбелфут и Джо Сатриани. Прекрасные музыканты.

Некоторые из них записали небольшие партии, другие — больше. Например, Эл Ди Меола сделал бесподобные акустические гитарные партии. И треки сделаны не так, что в них по одному гитарному соло, гитары — всюду, их полно. Всю работу с Торстеном мы вели на карибском острове Антигуа. Но весь этот процесс занял много времени — то меня нет на острове, то у него проблемы с компьютером, а, например, для сингла Cruellest Goodbye с участием Эла Ди Меолы мне пришлось записывать вокал аж четыре раза.

О БУЛЛИНГЕ В ШКОЛЕ

— Это было в первые пять лет начальной школы. И этим занимались девочки, что были на год меня старше. С ребятами мне всегда было как-то комфортнее. У меня двое братьев, мы с ними довольно близко общались, даже играли в футбол. А девочки… Я ведь начала заниматься музыкой, когда мне было шесть лет. Директор школы был музыкантом, именно он разглядел во мне талант и стал во всем поддерживать. Включал меня во всевозможные музыкальные и прочие творческие проекты, и девочки считали меня его любимицей, ревновали.

Мы жили в крохотном городке, почти деревне. Дело дошло до того, что родители ревновавших меня к учителям одноклассниц, стали точно так же относиться и к моим родителям. А ведь мы никогда не были богатыми. Мои родители — трудяги, старались жить достойно, путешествовали, чтобы познавать мир. С другой стороны, то, что случилось, вполне обычная штука. Сплетни, разговоры о других, зависть и ревность обычны для таких городков.

Я очень страдала от всего этого, и мне часто просто не хотелось ходить в школу. И вы знаете, подобные вещи, буллинг в частности, периодически повторялись в течение моей карьеры и жизни — я довольно ранимый и чувствительный человек. Да, мне стоило бы научиться быть жестче, учитывая мою работу в шоу-бизнесе. В этой сфере женщинам часто приходится сталкиваться с абьюзом. Я не имею в виду сексуальные домогательства. Речь о стремлении окружающих выказывать свое превосходство над тобой и другими.

Та непростая детская пора запала мне в память, оставив шрамы в душе. Именно поэтому я не раз говорила об этом. Всё это действительно существует и до сих пор актуально. Теперь я сама мать, у меня растет дочка. Мы с ней постоянно разговариваем на разные темы: как себя вести в обществе, как разговаривать с людьми. Всё это очень важно.

О СВОЕМ МУЗЫКАЛЬНОМ АМПЛУА

— Я не оперная певица. Я лирическая солистка, сопрано. Профессия оперной певицы — это совсем другое. Я ведь получала образование как вокалистка в стиле Lied, это такая форма песни, камерная музыка. Мой голос наилучшим образом звучит в таких произведениях, как «Аве Мария», кантаты Баха. У меня нет такой мощи, как у оперных исполнителей. Да, мой голос в меру сильный, однажды я им даже разбила лампочку на потолке (смеется). Она немного вибрировала: «Дззз». А я пела в это время. И вот в какой-то момент, когда я стала забирать выше, лампочка лопнула. Но… Я не оперная певица, нет!

О СТАНОВЛЕНИИ МУЗЫКАЛЬНОГО СТИЛЯ

— Во мне всегда шла некоторая внутренняя борьба. Живые выступления с Nightwish всегда давались мне с большим трудом. Мой голос не был сформирован и тренирован, чтобы петь хэви-метал. Техника моего пения — классика. Мне нужно было найти свою собственную технику исполнения песен Nightwish, чтобы не быть слишком классической, но и не погубить голос. Я продолжила брать уроки пения и стала как бы стравливать давление между моим голосом и исполнением рока, метала.

В итоге я поняла, что если продолжу профессиональное обучение пению, смогу проще справляться с задачами и как рок-певица. Я знаю свой инструмент лучше всех, и уроки помогут мне чувствовать себя свободнее. Это и стало решением всех проблем. Лирическое пение для меня — это как… ну, например, корни у деревьев. Дереву нужны корни и вода для жизни. Ствол дерева — мой голос. А листья и крона — вибрации голоса.

О РОССИИ

- Россия вообще прекрасна. Она как-то целиком и полностью меня приняла. Ваша публика действительно очень страстная в плане музыки и реально воспринимает меня такой, какая я есть. Как-то раз я пела вместе с [Валерием] Кипеловым в Самаре, на фестивале «Волга Фест». И мы даже записали с ним совместную песню. Я получаю много лучей любви из вашей страны.

О СВОЕЙ КНИГЕ

— «Singing In My Blood» вышла на финском языке в Финляндии, на португальском — в Бразилии и на английском — по всему миру. Мои счастливые поклонники присылали мне селфи с ней. Работа над книгой — весьма подходящее занятие во время пандемии, когда я не имела возможности давать концерты и ездить в туры. А еще это было очень полезно, своего рода терапия для ума. Кстати, «Singing In My Blood» вышла и в формате аудиокниги. Я записала ее на финском и английском языках. Думала, это будет несложно, но оказалось потруднее, чем записывать вокал для альбома, причем ощутимо.

О ПАНДЕМИИ

— Не хотела бы обсуждать эту тему публично. Все мы живем с этим. Весь мир страдает. Моя сфера деятельности, индустрия шоу-бизнеса, пожалуй, больше всего. У меня было буквально несколько концертов в прошлом году, но я рада и этому. Не стоит забывать, что в нашей индустрии пострадало огромное число людей, работающих с артистами, — техники и другие специалисты. Многим пришлось сменить профессию просто для того, чтобы выживать.

О ПЛАНАХ

— 28 января выходит новый сингл «Cruellest Goodbye» проекта Outlanders. С февраля у меня начинаются гастроли. Но посмотрим, как всё будет развиваться дальше. Особенно в Европе. Здесь уже всё довольно напряженно. Пока планов полно. Это и классические концерты в Финляндии этой весной с певцом-тенором, и летние рок-фестивали. Кроме этого, планирую рок-тур по Южной Америке и даже по России. Конечно, если всё сложится. Последние два года постоянно приходилось переносить концерты.

Пишу сейчас новый рок-альбом дома, собираюсь в ближайшее время начать его предпродакшн. Хочется думать о хорошем, верить, что всё получится. Я должна двигаться вперед, оставаясь при этом креативной, сосредоточенной на музыке.

(Дмитрий Сараев, «Известия», 26.01.22)