Рецензия на фильм «Зоя»: И вместе с нами на Голгофе будет Сталин

Оценка: 8 из 10

Историческая военная драма «Зоя» выйдет в российский прокат 28 января 2020 года. Режиссер: Леонид Пляскин, Максим Бриус. В ролях: Анастасия Мишина, Вольфганг Черни, Дарья Юргенс, Карина Разумовская и другие.

Осень 1941 года. Немцы приближаются вплотную к Москве, захватывая окрестные деревни одну за другой. Чтобы остановить наступление, советское правительство принимает непопулярное решение сжигать деревянные дома в районе 50-60 километрах от дорог. Ради этой цели спешно готовятся диверсионные группы, в которых ускоренными темпами идет обучение подрывным действиям в тылу врага.

Вчерашняя выпускница московской школы Зоя Космодемьянская с нетерпением ждет весточек от ушедшего добровольцем на войну своего друга — Жени Васильева. Когда его убивают, девушка сама рвется на фронт. В военкомате ей предлагают вступить в диверсионную группу, подготовка которой проходит на учебной базе в Кунцево. Порядки в учебке суровые: будущие подрывники спят по 2 часа, а любая оплошность для них рискует стать смертельной.

Фильм «Зоя» был задуман Российским военно-историческим обществом пять лет назад. Во многом лента является ответом тем, кто пытается поставить под сомнение подвиг Зои Космодемьянской, ссылаясь на ее неподтвержденное психическое заболевание и на «недопустимость» лишать крова мирных сельских жителей. Такие полемисты исходят из позиций ложного гуманизма, когда критикуемое событие принципиально не рассматривается с точки зрения стратегической необходимости и исторической перспективы.

Но даже вне контекста этой дискуссии необходимость объективно осветить подвиг Зои Космодемьянской назрела давно. Первой героине Советского Союза посвящено немало книг и даже музыкальных произведений, чего нельзя сказать о кино. Фильм «Зоя» 1944 года сейчас кажется слишком бесхитростным, а в «Битве за Москву» 1985 года драматические события в деревне Петрищево освещены довольно бегло.

Не стоит удивляться, что Леонид Пляскин и Максим Бриус ходят как по минному полю, ведя повествование деловито, лаконично и без излишних затей. В этом смысле «Зоя» схожа с недавними «Двадцатью восемью панфиловцами», которым тоже отсутствие форсированной патетики только пошло на пользу. Оба фильма роднит и то, что часть денег на их производство собирали путем народного акционирования.

Не отвлекает в «Зое» от главного и отсутствие раскрученных актеров в ключевых ролях. Большой удачей создателей фильма стал выбор Анастасии Мишиной на заглавную роль. Девушка в кадре смотрится очень естественно и органично, но есть подозрение, что эта непринужденность далась ей примерно так же трудно, как невозмутимость ее героини на допросе. Известные актрисы задействованы в «Зое» на второстепенных позициях, но обе пребывают в несвойственных им амплуа. Это Дарья Юргенс, обычно играющая бой-баб, а теперь представшая в образе сердечной мамы Зои и Шуры, и женщина-кремень Карина Разумовская, примерившая на себя роль хозяйки последнего пристанища Зои Прасковьи Кулик.

Немногословная Прасковья представлена в фильме чуть ли не Марией Магдалиной, сопровождающей Христа на Голгофу. Неслучайно в первом варианте фильм имел евангельское заглавие «Страсти по Зое», а на финальных титрах звучит песня Дмитрия Донского в исполнении Ильяса Аутова, где речь прямо идет о «Русской Голгофе». Параллель не вышла натянутой, но некоторые вопросы вызывает появление Сталина, лично благословляющего Зою на крестную жертву.

В самом этом эпизоде нет ничего дурного, поскольку он в контексте личности Зои имеет житийно-сновидческий оттенок. Но дальше вождь вновь появится еще несколько раз — в сценах отказа от эвакуации и посещения могилы Космодемьянской. Как тут не вспомнить почти пророческую песню минской группы «Красные Звезды» «Баррикадная» со словами: «И вместе с нами на Голгофе будет Сталин и невостребованной девственницы тень». Несмотря на все перенесенные надругательства, Зоя Космодемьянская действительно осталась не опороченной. А вот Сталину, самому отправившему к праотцам тысячи православных новомучеников, вряд ли зрители ленты обрадуются единодушно.

Денис Ступников, InterMedia