Большой фестиваль мультфильмов: «Как дети. Почему нужно на время отложить камеру и начать снимать мультики»
«Большой фестиваль мультфильмов» прошел с 25 октября по 4 ноября 2019 года в Москве.
У среднестатистического российского зрителя, какого возраста бы он ни был и каким бы родом деятельности ни занимался, все ещё очень живы бинарные оппозиции касательно того, что считать «интеллектуальным» направлением в кинематографе. Возвышенный и зачастую пугающий «жанр» артхауса (к слову, оксюморичное выражение) противопоставляется «низкому» и примитивному взгляду «китча». И даже в нем анимация предстаёт как направление маргинальное. Вплоть до начала 1990-х даже в среде профессионалов мультфильмы считали «детской» разновидностью кинематографа, подразумевая под этим определением основную целевую аудиторию. Так, максимальный статус, которым нарисованные картинки в движении располагают до сих пор – это сугубо техническое ремесло, поверхностное развлечение невзрослой аудитории. О том же, чтобы причислять анимацию к виду самостоятельного визуального искусства, не может идти и речи.
Между тем, именно современная анимация представляет собой наиболее свободную площадку для реализации новаторских идей и, в частности, осуществляет развитие в русле постмодернистской парадигмы, успешно перемалывая все стили и до предела размывая грани между высокой и низкой культурой. В современных анимационных произведениях содержатся разветвленные цепочки цитирований, пласты смыслов, зачастую весьма неоднозначные. И дело тут не только в софистической интеллектуальной игре. Современная мультипликация предоставляет ни на что не похожее «удовольствие от текста» посредством разрушения старой парадигмы и рождения нового мифа. Примерами таких работ могут служить картины Юрия Норштейна или Хаяо Миядзаки, а с недавних пор – гонконгского режиссера Юньфаня, совершенно невыносимая, но именно поэтому гениальная работа которого «Вишневый переулок, 7» получила приз за сценарий в рамках прошедшего Венецианского фестиваля.
Большой фестиваль мультфильмов текущего года свидетельствует о широком присутствии в современном анимационном искусстве не только новаторства как художественной политики, но и непосредственно инноваций: при поддержке Французского института в Москве на Технофабрике прошёл фестиваль французских фильмов виртуальной реальности; была организована специальная секция, посвящённая гендерной тематике «Только для женщин!», где фигурировали такие примечательные работы, как «Клитор» Лори Малепар-Траверси и «Любовь между мечтой и реальностью» Хисон Цой. Отдельный показ был посвящён потрясающей картине французских художниц Забу Брейтман и Элеа Гоббе-Мевлек «Ласточки Кабула», которая была представлена в программе «Особый взгляд» Каннского фестиваля 2019 года. Не обошли стороной и классиков. В рамках фестиваля прошла «Ночь Миядзаки», где показали три главных картины мультипликатора, а также состоялась лекция Юрия Норштейна «Цвет и свет в анимации».
Современная анимация – искусство синтетическое. Здесь сплетаются воедино живопись и графика, фотографии и музыка, документальное и художественное кино, театр и кинетическое искусство, поп-арт и энвайронмент, голография и лазерная инсталляция, компьютерная графика и видеоигры. Открытая система гетерогенной образности, свойственная анимации (куклы, фотографии, рисованные персонажи, бумажные/пластилиновые фигуры) уничтожает все жесткие рамки и структурные ограничения. В кадре могут сосуществовать объекты, совершенно разной природы, что вызывает эффект всякий раз уникального визуального пространства, которое само по себе есть лоскутное одеяло иерархически неупорядоченных, децентрированных элементов, поддающиеся лишь поэтическому/мифологическому осмыслению.
Следствием такого релятивизма в отношении художественной формы является отход от абсолютных истин и недоверие к легитимизирующей силе метанарративов, отказ от поисков первопричин и восприятие действительности как текстуализированной реальности, дискретной и фрагментарной. Деконструкция, цитация и ироническое пародирование выступают здесь приемами создания дискурса, что растворяет границы индивидуального текста, делая его фрагментом единой интертекстуальности. В искусстве анимации широко представлен принцип иронии с целью игры с тяжеловесными темами. Ироничная биполярность мира, опирающаяся на гиперреальный симулякр, обуславливает общую абсурдность анимационной среды, где жестокость травестийна и курьёзна. В рамках фестиваля этот принцип был воплощён в чешской картине «Кровавые сказочки» Терезы Ковандовой.
Программа «Премьеры. Избранное» показала последние русские анимационные картины. Здесь центральными темами стали обожаемые русскими творцами сюжеты о семье (работы «Дочь», «Узы», «Здравствуйте родные») и вечности. Так, например, одной из самых заметных для прессы стала новая работа Константина Бронзита «Он не может жить без космоса». При всем скепсисе, касающемся означенного тематического поля, стоит отметить, что иронично-абстрактная форма изложения, выбранная режиссёром (и в целом характерная для анимации), позволяет новаторски работать даже с такими обычно отяжелёнными патетикой сюжетами.
Справедливо отметить, что было бы не лишним российским авторам на время отложить камеры и взять вместо этого в руки краски, карандаши и прочие подручные средства. Ведь анимация не только предоставляет большую свободу в отношении материала и формальных экспериментов, но и объективно в меньшей степени подвержена цензуре, так как обладает ярко выраженной степенью условности. В этом смысле анимация является деятельным продолжением концепции постмодерна и авангарда XX века, в частности, в качестве напрашивающегося примера можно привести дадаистов, которые в своих творческих изысканиях также апеллировали к «детскому», «непосредственному» мировосприятию, выбрав в качестве самоназвания термин, имитирующий младенческий лепет.
В традиционной программе фестиваля «Ночь победителей» на протяжении 6 часов были показаны зарубежные лауреаты международных конкурсов. Второй по счёту картиной стала сюрреалистическая история датского режиссера Тью Сангарда «Животные», снятая в духе «Ангела-истребителя» Луиса Бунюэля. В ней рассказывается о том, как люди, оказавшись в замкнутом пространстве вагона поезда метрополитена, в течение небольшого временного периода отказываются от этических ценностей и фактически деградируют до первобытного состояния.
Французский режиссёр Бруно Колле представил в программе картину, наполненную рукотворными образами и фантасмагорической, шизоидной в хорошем смысле этого слова эстетикой, рассказывающую о человеке, больном Альцгеймером.
Другая анимация – «Томас в лощине диких Волков» Чинтис Лундгрен – вариант остроумного, гротескного осмысления gender studies. В нем вполне себе не одинокий волк под давлением внешней среды капиталистического рынка труда по воле случая переходит к весьма нетривиальной профессии жиголо, а его беременная жена тем временем посещает храм феминизма, заводит ручного раба, попутно осваивая тонкости садомазохистского наслаждения.
Размышления о природе времени в духе концепции длительности Анри Бергсона и работы Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» представлены чешской картиной «Прятки» (реж. Барбора Галиржова). Она представляет собой поэтическое высказывание о пространственной метафоре времени, буквализирующейся на фоне детской игры, где за несколько мгновений маленький мальчик с целью победить становится стариком, в результате чего его существование превращается в номадическое перемещение в череде замысловатых лабиринтов памяти.
Все вышеизложенное лишний раз доказывает тезис о том, что мультики - это будущее кинематографа. Не в смысле футурологических деклараций, а в том отношении, в каком современная анимация есть будущее уже сейчас, на самом острие настоящего. Именно поэтому мультики следует активно смотреть всем (и в первую очередь взрослым), а «Большой фестиваль мультфильмов» - одно из важнейших кинособытий осени.
Анна Стрельчук, InterMedia
