Рецензия: Вадим Демидов - «2028, или Одиссея Чёрной дыры» ***
2016, «Хроноп Рекордз»
Многие из нас, просматривая поток новостей, нервно задаются вопросом: когда же всё это кончится? Новый роман лидера нижегородской группы «Хроноп» Вадима Демидова «2028, или Одиссея Чёрной дыры» отвечает на этот вопрос уже в заголовке: в 2028-м. Но заодно он отвечает и на вопросы, которые мы стараемся себе не задавать: чем это кончится? и что ещё произойдёт перед тем, когда всё кончится? и действительно ли кончится всё плохое, а не остатки хорошего? Ответы Демидова - вполне беспощадные.
Главный герой «Одиссеи» - музыкант Виктор Дорофеев, лидер группы с претенциозным названием «Фолкнер и его хемингуэи», чья песня «Я хотя бы попытался» однажды поднялась до пятого места в «Чартовой дюжине». К моменту начала основных событий романа (а это 2016 год) рок-музыка не то чтобы запрещена, но не особо востребована, группа распущена, Виктор пробивается литературными подработками, анонимно пописывая сатирические рассказы, которые государство, вычислив автора, оценивает в три года колонии-поселения. В тексте обильно разбросаны приметы времени, выведенные под прозрачными псевдонимами персонажи легко узнаваемы, но публицистического запала здесь меньше, чем в предыдущем романе Вадими Демидова «Яднаш». Автора больше интересуют болезненные антиутопические фантазии на тему ближайшего будущего и то, как ведёт себя обычный человек, поставленный в нечеловеческие условия.
В большинстве отзывов «2028» сравнивают с «Днём опричника» Владимира Сорокина, и рецензентов можно понять. Антиутопия Демидова выглядит пострашнее антиутопии Сорокина, поскольку тот фантазировал, а лидер «Хронопа» отталкивается от реальных инфоповодов (в явной надежде, что самые мрачные прогнозы не сбудутся). Кроме того, в «Одиссее» можно найти батальные сцены, тюремную прозу, вдохновлённую «Колымскими рассказами» Варлама Шаламова, полевых командиров с прозвищами в честь рок-звёзд и многое другое. Ещё мне невольно пришло в голову сравнение с первым томом «Хождения по мукам» Алексея Толстого. Обе эти книги сейчас лучше не цитировать вслух. Произнесёшь что-нибудь вроде «в столице кончился хлеб» или «на Урале взорвались радиоактивные отходы», а люди в ответ уточняют: «Это у тебя в книге или в новостях уже?» Грань между реальностью и литературой здесь местами невероятно тонка.
В целом книга получилась очень неровной: в авторе всё время борется публицист с романистом, сатирик с трагиком, а мистик - со всеми остальными. Демидов смешивает стили и формы, причём не всегда оправданно. Если дневниковые записи помешавшегося на борьбе с «америкосовской икеей» лидера «национального освободительного фронта» дико смешны, а фельетонные описания сгущающегося абсурда точны, то художественная часть заметно проседает. Любовные линии выглядят необязательными, диалоги - чересчур стилизованными под «русскую устную» речь, а обилие фантастических существ, появляющихся на фоне беспросветных зверств Чёрной дыры, где все воюют против всех, вызывает скорее недоумение. Тем не менее при всех недостатках роман читается очень быстро, на одном дыхании. Рецептов не выписывает, но диагнозы ставит довольно лихо, а в открытом финале запросто сваливает ответственность за будущее на самого читателя.
Алексей Мажаев, InterMedia
