Александр Кутиков: «Андрей Макаревич очень жесткий соавтор, и работа с ним – постоянный поиск компромиссов»

О РАБОТЕ В «МАШИНЕ ВРЕМЕНИ» И СОЛЬНОМ ПРОЕКТЕ

- Все очень просто: группа «Нюанс» - это моя отдушина от «творческих боев» в «Машине времени».

Дело в том, что там сейчас два основных автора: я и Андрюша Макаревич. При этом мы во многом разные люди. Если Андрей, скорее, лирик, поэт, и для него важны прежде всего слова, то для меня - сначала музыка, а потом - слова.

Но это отнюдь не значит, что я преспокойно приношу заготовку песни, а Андрей на нее пишет текст и – фьюить! – хит готов. Нет, Андрей очень жесткий соавтор, и работа с ним – постоянный поиск компромиссов.

Кроме того, в «Машине времени» я - басист. А игра на бас-гитаре, как известно, вообще отнимает много сил и внимания. Приходится быть сосредоточенным на игре, и тут особо не распоёшься. В «Нюансе» же мне гораздо легче, здесь я играю на легкой «акустике» и потому могу уделить больше внимания пению.

О СОЛЬНОМ АЛЬБОМЕ «БЕСКОНЕЧНОМГНОВЕННО»

- «Бесконечномгновенно» - это наша жизнь. И не только наша! Всё относительно всего - бесконечномгновенно Да, обратите внимание, пишется название слитно, в одно слово.

Я – перфекционист. И потому альбом я готовил не спеша – меня же никто не подгоняет. Когда ко мне приходит песня, я ее записываю. И вот так, одна за другой, не спеша, - набрался целый альбом. Но речь идет только о музыке – стихи я писать не умею (смеется).

ПОЧЕМУ НЕ ПИШЕТ ТЕКСТЫ?

- Наверное, это как-то связано с детством. Конечно, когда-то в юности и сочинял вирши, но понял, что писать стихи, тексты к песням (а это, заметьте, не одно и то же) – явно не мое. И потому, тексты мне помогали писать мои друзья: Владимир Ткаченко (вокалист и автор группы «Ундервуд»), Ромарио (он же Роман Луговых), Вадим Демидов («Хроноп»). Работа над текстом для меня - дело коллективное, всегда вместе с его автором, зачастую меняя всю исходную концепцию, пока не найдем конечный вариант. Иногда после этого в черновиках остаются 5-6 не использованных текстов.

О ДЕТСТВЕ

- Я свои 14-16 лет провел в компаниях, где все пацаны «орали» полублатные песни под гитару. Кстати, мое детство прошло именно тут, во дворах между Садовым кольцом, Маяковкой и Арбатом.

Тогда, в 60-е, здесь обитали несколько молодежных группировок. А на Малой Бронной сходились сферы влияния двух дружественных хулиганских «банд». Многих из этих подростков объединяли секции бокса и борьбы спортивной школы «Спартак». Как сами понимаете - не до стихов было, присутствовала иная «лирика» .

Я родился и жил в Малом Пионерском переулке (сейчас ему вернули историческое название Малый Патриарший переулок), а потом - на Малой Бронной. И, знаете, раньше я иногда заходил во двор своего детства, поднимался в подъезд. Я видел на стенах знакомые тени… Никто кроме меня их не видит, а я – вижу! Сейчас, к сожалению, двор закрыт для посторонних, вроде меня (усмехается).

Помните - тут, на «Прудах» хотели было поставить огромный примус? Тогда мы -старожилы – не позволили этого делать. В этих местах есть какая-то особая атмосфера, какая-то мистическая, что ли, энергетика. И мы не хотели бы, чтоб ее разрушили…

О СОВРЕМЕННОЙ МУЗЫКЕ

- Слушая много разной, в том числе и современной, музыки, замечаю всё для себя интересное - независимо от стиля и направления. По-настоящему талантливой, самостоятельной музыки и исполнителей мало. Это касается, в основном, нашего российского музыкального пространства.

Да и там - в мировом музыкальном пространстве, в последние годы удивляют мало. Такие герои, как в 60-х - 80-х годах, почти не появляются. Исполнительски, музыканты во всём мире выросли, а криэйтерски, создательски, - упали.

(Илья Гамов, «Комсомольская правда», 11.01.16)