Андрей Петров: «Когда мне пришел срок идти на пенсию в Большом театре, то я вздохнул с облегчением»

ОБ УЧАСТНИКАХ ФЕСТИВАЛЯ БАЛЕТА В КРЕМЛЕ

— На днях Александр Джонс из Цюрихского балета сообщил, что не сможет прилететь. Он нас подводит второй год подряд, но просит, чтобы мы пригласили его еще раз. Боюсь, что так рисковать в следующем году мы не сможем. Договорились с Дмитрием Семионовым, премьером балета Дрезденской государственной оперы и Дортмунд-балета, — он станцует «Корсар».

<...> Понятно, что высокие результаты покажут ведущие коллективы Лондона, Парижа, Берлина, Вены. Мы ориентируемся на личные достижения солистов. Тем более что многие из них переходят из одной балетной труппы в другую. Так исторически сложилось, что балет — это большая международная семья, в которой чрезвычайно важно творческое общение.

ОБ УЧАСТИ ПОСТАНОВЩИКА

— Кажется, что легче смотреть на спектакль со стороны. Артистам нужно ежедневно ходить в класс и постоянно совершенствоваться, работать над своими недостатками.

Когда мне пришел срок идти на пенсию в Большом театре, то я вздохнул с облегчением. Знаю, что некоторые по этому поводу чуть ли не кончают с собой. А я был рад, что могу посвятить себя тому главному, что хотелось. Смотреть свой новый спектакль иногда гораздо труднее, чем танцевать, — настолько сильно волнение за артистов.

ОБ ОТНОШЕНИЯХ С БОЛЬШИМ ТЕАТРОМ

— Поскольку большинство репетиторов вышло из Большого театра, для нас это символ и святое место — храм национальной культуры, место, откуда мы все вышли, где получили высшие профессиональные знания. Другой вопрос, что в последнее время Большой не очень соответствует этой роли.

ОБ УХОДЕ АНДРИСА ЛИЕПЫ ИЗ «КРЕМЛЕВСКОГО БАЛЕТА»

— Такое решение приняло руководство. Я к этому не причастен. Балетная труппа как ходила ко мне советоваться и подписывать все бумажки, так и ходит. Андрис с кем-то что-то репетировал, конечно. Но педагогов и репетиторов вместе не собрал ни разу. Видимо, он хотел всех уволить и набрать новый театр.

О БЕЗВРЕДНЫХ ИННОВАЦИЯХ

— Сочетание современной хореографии с классикой. Нам ведь изначально хотелось заняться постановкой экспериментальных спектаклей, но руководство сдерживало. Считали, что зритель не пойдет на такой балет. У нас даже сняли ряд спектаклей, например «Коппелию». Причины всегда можно найти — от личных до общественных. Когда ты создаешь новый спектакль, то никогда не знаешь, какая его ждет судьба со временем.

О БЛИЗОСТИ К ПРЕЗИДЕНТУ

— Она заставляет нас быть собранными. Владимир Владимирович может прийти на спектакль в любой момент. Если кто не знает, он великолепно разбирается в искусстве и балете. Он родился в Санкт-Петербурге — городе искусства и культуры. Лично я отношусь к Владимиру Владимировичу с большим уважением.

О РАЗВИТИИ «КРЕМЛЕВСКОГО БАЛЕТА»

— «Кремлевский балет» в развитии, в творческих поисках, и это нормальный процесс для здорового творческого коллектива. На Западе нас всегда восторженно принимает и профессиональное сообщество, и зритель. Российская критика часто унижает, но сейчас она малопрофессиональна и не стоит принимать ее близко к сердцу.

В дальнейшем наше направление может быть самым разным. Главное — сохранить стиль, заключающийся в сочетании классической и современной хореографии. Вне зависимости от того, есть или нет сюжет, спектакли должны содержать смысл, иметь высокие идеи и мысли. К нам в труппу приходит молодежь без творческого и человеческого опыта. Артистам должно быть интересно работать, чтобы продолжать общее дело.

(Анна Ефанова, «Известия», 04.09.15)