Борис Гребенщиков назвал протоиерея Всеволода Чаплина «сволочью» (Видео)
Лидер группы «Аквариум» Борис Гребенщиков, выступая 5 июля 2015 года в Санкт-Петербурге на фестивале Stereoleto, жестко раскритиковал высказывания протоиерея Всеволода Чаплина. Поводом для гневной реакции музыканта стали слова протоирея, сказанные в передаче «Клинч» радиостанции «Эхо Москвы», в которых он пожелал россиянам войны.
- Мир долгим не бывает, мир сейчас долгим, слава богу, не будет. Почему я говорю "слава богу" - общество, в котором слишком много сытой и спокойной, беспроблемной, комфортной жизни, это общество, оставленное Богом, это общество долго не живет, - заявил служитель РПЦ.
Борис Гребенщиков отметил, что "мы живем в изумительное время", сообщает арт-журнал "Около".
- Читаю в газетах, что сама православная церковь в лице своего великого секретаря говорит, что России нужна война, - заявил музыкант. - Какая же сволочь! Слава Богу, что есть много священников из России, которые говорят: "Спасибо, что вы сказали, что мы так не думаем". Сразу вспоминаешь, что много лет тому назад мой близкий друг написал песню, которая удивительно подходит к сегодняшнему дню.
После этого лидер «Аквариума» исполнил песню "Безъядерная зона" Виктора Цоя, которая в 1984 году на втором фестивале Ленинградского рок-клуба была признана лучшей антивоенной песней.
- За последние пару десятков лет сменилось так много всего. Мы - поколение, которому чудовищно повезло. Такого бардака еще не видел никто и нигде, - рассказал Борис Гребенщиков. - Такое время, что народные песни начинают переписывать сами себя.
Лидер «Аквариума» уже не первый раз критикует упомянутое высказывание протоиерея Чаплина. На концерте в московском парке "Красная Пресня" 25 июня он под аплодисменты заявил, что церковь "взбесилась":
- Много денег плохо действуют на мозг, - заявил БГ. - Они считают, что имеют право говорить и решать за народ. Они считают, что имеют право решать от вашего имени. Они считают, что имеют право делать вас пушечным мясом. Я не думаю, что они имеют такое право. Такое право им никто не давал. И я молюсь, чтобы ночь в их головах все-таки сменилась рассветом.
