Иосиф Кобзон: «Я люблю смелых людей, выражающих мысли вслух, но не прячущихся за спины других»
О НОВЫХ ПЕСНЯХ, НАПИСАННЫХ НА ТЕКСТЫ МИХАИЛА ГУЦЕРИЕВА
— У меня очень большая библиотека. Я много читаю. Когда Гуцериев принес мне подборку своих стихов, я обнаружил в них много корявости и предложил: давай встретимся с Андреем Дементьевым, он что-нибудь подскажет. Михаил Сафарбекович отказался: «Нет-нет, я ничего особенного не хочу. Просто так вам показал, чтобы вы посмотрели на сюжеты этих стихов, на то, что меня волнует». А меня как раз сюжеты некоторых его стихов и взволновали. Вот, Пугачева одну из своих песен заканчивала словами «устала Алла». Но это шутка. А у меня не шутка — душа устала…
ОТЧЕГО ЕМУ СТАНОВИТСЯ ГРУСТНО?
— Например, совсем недавно стало очень грустно, когда мы провожали в последний путь Колю Кару (продюсер Валерия Леонтьева. — «Известия»). Или вот другой сюжет: на сегодняшний день я самый титулованный российский артист, кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» всех степеней, академик, профессор, депутат Госдумы. Но выясняется, что я «рожей не вышел», дабы быть приглашенным на кремлевский прием в честь Дня России. На следующий после праздника день встретился с президентом страны на мероприятии в Еврейском центре толерантности и сказал ему: «Очень сожалею, Владимир Владимирович, что не смог вас поздравить вчера в Кремле с Днем России». Он спросил: «Почему?». Я ответил: «Потому что не пригласили». Это тоже наводит на грусть. Там было очень много, мягко выражаясь, случайных людей. И у меня возникает вопрос: почему они в праздничный день по статусу своему достойны прийти в Кремль, а я, который отдал 75 лет стране, не достоин? Для нас, старых артистов, такой престиж значим. Хотя теперь нас и называют «кремлевскими соловьями», но это всегда было престижно. На таких приемах выступали и Плисецкая, и Нестеренко, и Лисициан. Из эстрадников вообще мало кого приглашали. И я ведь не пел на таких мероприятиях о партии и вождях. О комсомоле пел и сейчас пою. Так что нельзя сказать, что Кобзона звали только потому, что он пел о Хрущеве, Брежневе… Нет, никогда себе этого не позволял.
О КСЕНИИ СОБЧАК
— Я ее люблю, но ей нельзя лезть в политику. Она очень несведущий человек в этой сфере. Ее партнеры, Яшин и другие, не делали и не делают ей чести. Вообще, у меня отрицательное отношение к митингующим на Болотной площади, на проспекте Сахарова. Я люблю смелых людей, выражающих мысли вслух, но не прячущихся за спины других. Ксюша же уподобилась толпе. Использовали ее авторитет и популярность. Я удивлялся, слушая ее выступления.
О ВЫСТУПЛЕНИЯХ НА МИТИНГАХ
— Я не сказал, что они врут. Они заблуждаются. Наверное, они думают так, как говорят, и пытаются навязать толпе свою точку зрения. Но у них нет своей оппозиционной идеологии, у них нет лидеров. Вот у КПРФ есть лидер Зюганов, и когда он говорит с трибуны, понятно, к чему он призывает. В ЛДПР есть лидер Жириновский, и когда он выступает, тоже всё понятно.
РАССТРОИЛСЯ ЛИ ИЗ-ЗА ОЧЕРЕДНОГО ОТКАЗА В АМЕРИКАНСКОЙ ВИЗЕ?
— Как сказать… Я много раз был в Америке. Объездил все штаты, пел американский гимн. Инициативу дать мне американскую визу поддержали наш МИД и лично Сергей Лавров. Для меня такой отклик дороже поездки в Америку. Но, к сожалению, американские чиновники в очередной раз показали свой бюрократизм. Это, мол, для вас Кобзон — профессор, академик, заслуженный-награжденный, а для нас он — мафия. Ну так докажите это тогда. Но американцы ничего изучать и доказывать не собираются. Просто запрещают и всё. Пришло им когда-то письмо, грязь. И будет эта грязь лежать у них до конца моих дней. И ладно бы это касалось только меня, но это касается и моей любимой жены, и детей. Они бросили тень на весь мой род. И как пробить эту стену? Как? А вы спрашиваете: откуда грусть?
(«Известия», 27.06.2013)
