(ЛЕГКО ЛИ ПЕРЕЖИВАЕТ ПРОСТОИ В РАБОТЕ)

«Я отказалась от многого, поскольку хочу делать только то, что не знаю, как сделать. Недавно мы с Лешей Никишиным – талантливым фотографом, с которым я давно дружу, – придумали новый проект, который стал результатом нашего разговора о многоликости женской природы. Леша предложил сделать из моих фотографий подборку – некую женскую множественность. Мы хотим ассоциативно связать это с образами из живописи, например с Модильяни, поймать какое-то ощущение от его женских образов, возможно, увидеть связь с женщиной вообще, вне времени. Там нет ни грима, ни костюмов, ни цветочков искусственных. Хочется, чтобы у нас получился образ женской сущности – от Тулуз-Лотрека, Пикассо, Дейнеки и даже от Кандинского. Вообще, я, к сожалению, не так часто работаю над чем-то новым. И иногда приходят мысли, что Наполеон в моем возрасте уже проиграл свое Ватерлоо, Лермонтова уже убили, Пушкина убьют через два года, а я сижу и ничего из себя не представляю. У меня сейчас какой-то внутренний кризис, но это не связано с тем, что я ничего не репетирую. Просто экзистенциальный кризис». 

(О СВОЕЙ ПРИВИЛЕГИИ НЕ УЧАСТВОВАТЬ В ТОМ, ЧТО НЕ НРАВИТСЯ)

«Надо признать, что такая привилегия есть у всех. Хотя это сложно. Но твой театр – это тот театр, который ты имеешь внутри себя и хочешь воплотить, а не тот, в котором ты служишь или работаешь по совместительству. Я очень благодарна Петру Наумовичу Фоменко за то, что он дал нам возможность поставить «Пять вечеров» на сцене его мастерской». 

(О КРИТИКЕ)

«Я помню первую в моей жизни критическую статью, в которой написали об Аликс – моей первой работе, в которой я много придумала, много актерских задач перед собой поставила. И роль была характерная – мне близкое трагифарсовое существование. И когда я прочла статью, которую написала критик Венгерова, меня поразило, что она увидела все, что я вложила в эту роль! Мне повезло, что первая же статья про мою работу оказалась такой умной. У меня после этого выросли крылья: я всегда боялась, что то, что я хочу сказать, окажется непонятым. Приятно, конечно, когда тебе говорят: «Вы очень обаятельная, живая». Но это – минимум того, что ты хочешь сделать. А когда видят заложенную тобой мысль – это большой подарок. Прошло много лет, но такие рецензии я могу пересчитать по пальцам. Еще помню статью Джона Фридмана, который, сам того не осознавая, предложил мне по-новому сыграть какую-то сцену. Он так ее увидел, что я подумала: «О, а я так не играю! Надо бы попробовать».

(ВИДИТ ЛИ ПРЕЕМНИКОВ СРЕДИ СТУДЕНТОВ)

«Я еще не в том статусе, чтобы иметь преемников. Понимаете, студенты, конечно, очень талантливые люди. Но для меня важно, что человек несет этим талантом. Например, глядя на Антона Шагина, играющего на сцене, я вижу, что это не просто роль, а его человеческое высказывание. У него есть содержание и боль. А без этого скучно смотреть на актера». 

(ПОЧЕМУ ТАК МНОГО СНИМАЛАСЬ У СЕРГЕЯ УРСУЛЯКА)

«Я не знаю, почему он пригласил меня в первый наш совместный фильм «Долгое прощание». Он достаточно поругал меня, пока работали. Но вот мы уже знакомы с Сергеем Владимировичем десять лет. Я давно считаю его близким человеком. Могу, например, позвонить и посоветоваться – сниматься мне в таком-то фильме или нет». 

(НРАВЯТСЯ ЛИ ЕЙ САМОЙ ФИЛЬМЫ УРСУЛЯКА)

«У меня на любой предмет критический взгляд. И на саму себя, и на близких друзей, и на режиссеров. Я знаю, что Сергей Владимирович – человек абсолютно искренний и подлинный. Помню, как ходила на пробы романтической, наивной до приторности комедии и думала: кто же это снимает? И увидела абсолютно циничного человека, который точно не верит ни в какую романтическую ситуацию, но готов снимать такое кино. Сергей Владимирович снимает только то, что чувствует и как чувствует. Мне кажется, это должно быть нормой. Сейчас время – полуобразованщины, которое меня очень раздражает. Люди, нахватавшиеся чего-то поверхностно, делают фильмы, спектакли, пишут книжки, и все это какое-то «полу»: полумысли, получувства. А Сергей Владимирович все делает по-настоящему. Мне кажется, это одно из самых важных условий в нашей профессии».

(«Новые известия», 10.04.12)

Актерская игра Хоакина Феникса в «Мастере» Пола Томаса Андерсона в любом случае будет оценена премией  «Оскар», считает Vulture, впрочем, сам актер пренебрежительно отзывается о призе Американской киноакадемии.

Так, он сообщил в интервью изданию Interview: «Думаю, что это полная чушь. Я не хочу быть частью этого. Я в это просто не верю. Это морковка, но худшая на вкус из всех, что я пробовал. Это полностью субъективная награда… И самая глупая вещь во всем мире».

Брэд Питт признался, что упустил возможность поработать с актрисой Айшварией Рай в картине «Троя», но заявил, что всегда хотел записать танцевальный номер в стиле Болливуда.

Таким образом, популярный голливудский актер присоединился к Тому Крузу и Хью Джексону, звездам, которые в свое время выражали желание работать в Болливуде.

— Индийский кинематограф, кажется, неплохо развивается. Я бы с радостью поработал в Болливуде, в этих картинах много драмы и цвета. Пока неизвестно, когда я решу отправиться в Болливуд и сняться в этом танцевальном номере со всеми актерами на заднем плане, — сообщил в интервью Брэд Питт.

Исполнитель роли доктора Ватсона в обеих картинах Гая Ричи о знаменитом сыщике Джуд Лоу сообщил в интервью Collider, что он и Роберт Дауни-младший были бы не прочь сняться в третьей части «Шерлока Холмса». 

Напомним, что вторая серия собрала в мировом прокате более $540 млн, а студия Warner Bros. уже наняла сценариста Дрю Пирса («Железный человек») для работы над третьей серией.

— О третьей части уже идут разговоры, я знаю, что обсуждается сценарий, но Дауни и я, мы очень занятые парни. Впрочем, мы бы хотели сняться в третьей серии. Мы очень счастливы работать вместе, — сообщил Джуд Лоу.

(Totalfilm.com, 18.09.12)