(О ФЕНОМЕНЕ СВОЙ ПОПУЛЯРНОСТИ)

«Я не анализировала никогда свою жизнь и популярность. Но последнее время я подумала тоже, я задавала себе вопрос, думаю: "Боже мой, вроде бы и ничего особенного, как я считала. Что же произошло в моей жизни?" Вы говорите "Высоцкий". Он – мужчина-мужчина. А я – женщина-женщина. Никогда себя певицей-то не называла, а именно женщиной, которая поет. И все женские темы были в моих песнях, скорее всего, выражены более доступно, более незавуалированно, а по-человечески простым, женским языком. И это как-то откликалось в душе именно женщин. Мне кажется. И поэтому такой отклик был. А многие вообще думали, что у меня какие-то подтексты. "Все могут короли" вспомните. То есть пытались все время что-то приписать. И поэтому популярность все время подпитывалась не мной, а какими-то выдумками, предположениями. Вы поверите, что я ничего, лично я ничего для этого не делала? Только пела, пела и пела».

(О СВОЕМ ЖАНРЕ)

«Когда вы мне говорите, что я одна такая, мне настолько неловко... Потому что, в принципе, все разные. И про каждую певицу на нашей эстраде можно сказать "Она одна такая". У меня был выбор: я могла уйти в джаз, я могла в русские народные песни уйти (мне это безумно нравилось), в рок уйти. Но я выбрала, такой выпал мне билет, трехминутный песенный спектакль. И у меня это получилось. Потому что, видно, все-таки, актриса во мне преобладала. Потому что голос не сразу формировался. И это умение подать песню – оно мне дало такой толчок. Может быть, в этом, действительно, я пока одна такая. А во всех остальных случаях - все разные. Ой, что это я оправдываюсь?»

(ОБ УХОДЕ СО СЦЕНЫ)

«Жалко, когда пропадает интерес к труду. Жить без интереса к тому, что ты делаешь, невозможно. Значит, у Пола Маккартни есть интерес к этому, он чувствует, что он нужен, его музыка нужна. Мадонна... Я уже увидела усталость на ее лице, несмотря на то, что шикарные все номера. Меня трудно обмануть, я увидела усталость и легкое безразличие к тому, что она делает. Это уже признак того, что пора валить, несмотря на то, что... Я думаю, что ей есть, на что жить. У нас действительно, пытаются звезды как-то жить, понимаете? А жить и заработать можно только на гастролях. Откуда все эти фанеры пошли? От того, чтобы заработать и голос не потерять. Вот весь кошмар-то».

(О ПЕНИИ ПОД ФОНОГРАММУ)

«Мне это не нравится, но я знаю две причины, по которым никуда не денешься. Даже три. Первая - что зарабатывать нужно, жить надо. Иногда никаких условий нет, голос сел, отменить концерт невозможно, включается фонограмма. Вторая причина - продюсер хочет быстро отработать деньги, которые он вложил в группу. Неужели он будет им оркестр, аппаратуру покупать? Он их гоняет по клубам под фанеру и быстренько эти деньги возвращает себе. И третья - это, конечно, телевидение. Потому что очень тяжело сделать шоу живое. У меня был такой случай, концерт рокеров (они песни мои пели) "Ты молчи, а мы споем". Вместо двух часов концерт продолжался около четырех часов, потому что каждый хотел свою аппаратуру, они выносили инструменты. И каждый раз между номерами появлялась огромнейшая пауза. Это очень тяжело, понимаете, и зрителям... А мне? Я между этими номерами как клоун, как коверный! Что я только не делала, чтобы как-то заполнить эту паузу. И поэтому на телевидении стараются все сделать под фонограмму, чтобы легче было монтировать. И шоу должно продолжаться. Вот так. Для меня это отвратительно, я потому что терпеть не могу фонограмму постольку, поскольку я не умею под нее петь. Это катастрофа. Все знали, весь зал понимал, что я пою под фонограмму, все смеялись, потому что я не попадала в нее никогда».

(ПОЧЕМУ ЕЕ НЕ ЗАПРЕЩАЛИ В СОВЕТСКИЕ ГОДЫ)

«Я это объясняю только одним – безумной любовью народа. Это была моя защита, это были мои ангелы-хранители. То есть до такой степени я как-то слилась с этими людьми. Я стала частью, понимаете. Я и сейчас чувствую себя частью, даже если я не пою. И все прекрасно понимали, что лучше не трогать, лучше не надо».

(О ДОЧЕРИ, МНОГО ВРЕМЕНИ ПРОВОДЯЩЕЙ ЗА ГРАНИЦЕЙ)

«Они – другие люди, понимаете? Совершенно другие, более коммуникабельные. Я, по сути своей, интроверт. Поэтому я удивляюсь, как при таком характере я всю жизнь вращаюсь и должна выходить на публику, и общаться, выходить в какие-то компании, туры. Дома тихо, приготовить что-нибудь вкусненькое - это, представляете, я. Но теперь я могу уже это рассказывать. Теперь я могу сказать, что я такая, понимаете? Я, наверное, все-таки и устала от того, что мне приходилось быть другой, которая мне не присуща. И плюс ответственность. Потому что каждый раз надо выходить, и все время от тебя что-то ждут. Нельзя разочаровать никого».

(О МИХАИЛЕ ПРОХОРОВЕ)

«Я хорошо его знаю. И я знаю его порядочность, его организационность, его хозяйственность. И главное - его патриотизм. Просто патриотизм, понимаете? Настолько он любит и болеет душой за людей. Он хочет им помочь. Для того, чтобы он мог помочь... Второй у нас Путин, понимаете? Путин должен (я думала так), он должен себя окружить такими людьми как Прохоров для того, чтобы стать президентом, а не... Как бы помягче-то сейчас? Брякну что-нибудь... А не таким паханом при криминальном обществе, понимаете? А приходится ему, Путину, понимаете? Получается, что окружают его люди, с которыми трудно дышать, что-то делать».

(О РАБОТЕ В ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЕ)

«Я так радостно туда побежала. Я просто думала, что я хоть как-то смогу чем-то помочь. Единственное, что я успела сделать за эти годы, - это по поводу пенсий мы ходили все время с Очировой. Чего-то добились. Но все равно. Это настолько не мое, я так устала... Не то, что устала. Я была в такой депрессии там. Во-первых, эти совещания – это не мое. Эти все симпозиумы – это не мое. И мне мешками отдавали письма с просьбами людей, которые просили у меня денег. Просто приносили мне мешок, как будто я Мать Тереза, которая должна. У меня-то они знают, что были. И я сначала как-то даже пыталась. Но на меня это давило ужасно. Я так пережила все это. Каждое письмо – это такая боль. Это чудовищная жизненная ситуация. Читаешь и думаешь: "Как это люди живут?" Кому телевизор пошлю, кому денежек немножко… Но это же невозможно все время делать. Это катастрофа. И я уже просилась-просилась, говорю: "Уже уберите меня из этой палаты". Потому что я до Палаты это делала (отвечала на какие-то письма) и после Палаты этим буду заниматься».

(ПОЙДЕТ ЛИ В ПАРТИЮ ПРОХОРОВА)

«Нет. В партию – нет. Я буду рядом с ним. Это тоже не мое. Даже по имиджу не мое, понимаете? Я и так рядом с Прохоровым, я всегда ему помогу, я всегда, если что-то надо, сделаю. Я – дитя советского времени, понимаете? Для меня слово "партия" - меня уже трясет».

(О РОКИРОВКЕ ТАНДЕМА)

«Конечно, задело. Здесь, конечно, большая ошибка – нельзя было так. Это некрасиво. Это унижает вообще людей, которые если еще во что-то верили, теперь уж совсем не верят».

(ПОЧЕМУ НАРОД НЕ ДОВЕРЯЕТ ПРАВИТЕЛЯМ)

«Большая потеря произошла. Потеря совести. Совести нет больше, понимаете? Бессовестно плохо подготовлены учителя. Порой и врачи. Совести нет у тех, кто им платит гроши, если они, например, хорошие врачи и хорошие учителя. Все как-то бессовестно неправильно. И поэтому это какое-то унизительное положение... Причем, материально народ терпит, все время выкручивается. Но он чувствует себя униженным. Недоволен, потому что они не чувствуют себя людьми, которых уважают. И, наверное, все-таки, это идет от образованности. Может быть, я ошибаюсь».

(«Познер», 09.04.12)

НЕ ПОЖАЛЕЛ ЛИ, ЧТО СТАЛ УЧАСТВОВАТЬ В ПРОЕКТЕ «ГОЛОС»

- Нет! Но в эмоциональном плане здесь, конечно, очень тяжело. От привязанности к людям, от того, что нужно брать на себя ответственность и принимать решение, которое обсуждает потом вся страна. Это ад! Я думаю, что если участник мудрый и умный, то, уходя, он сделает для себя правильный вывод. И будет стараться сделать себя лучше, пытаться исправить ошибки, но не будет обвинять наставника. Признаюсь, у меня даже сон нарушился от переживаний. Порой мне снится, что кто-то из наставников придумал какую-то сумасшедшую вещь. Я просыпаюсь от страха, что ничего не придумал или что у меня что-то не получилось.

ПО КАКИМ КРИТЕРИЯМ ОЦЕНИВАЕТ СВОИХ УЧЕНИКОВ?

- Стараюсь оценивать не только по голосу, но также по энергетике и по тому, что из себя представляет человек. Артист не сможет стать популярным, если он внутри пустой.

СПОРИТ ЛИ С УЧЕНИКАМИ?

- Бывает, что я уговариваю спеть их какую-то определенную песню. А так я им всегда говорю: меня имеют в Интернете, а я имею вас! Но все равно общение происходит на дружеской ноте...

РУГАЕТСЯ ЛИ С НАСТАВНИКАМИ?

- Многое остается за кадром, например, споры с Градским. Недавно он не очень хорошо высказался обо мне. Если бы это случилось лет шесть назад, я бы, наверное, сильно переживал. Но сейчас... Думаю, мы как-нибудь вырулим эту ситуацию.

ПОЧЕМУ ГРАДСКИЙ СКАЗАЛ, ЧТО ОН ПОЕТ СЛАБЕЕ СВОИХ УЧЕНИКОВ?

- Александр Борисович старше, ему кажется, что он мог себе такое позволить. Я считаю это неправильным. Но я не стал вступать с ним в полемику, а оставил это все на его совести. Я его, безусловно, уважаю, но подобные вещи не должны происходить!

НЕ БОИТСЯ ЛИ ВЫРАСТИТЬ КОНКУРЕНТОВ?

- Любой мудрый артист понимает, что ничего в жизни не дается просто так. И со временем любая самая новая звезда все равно станет бывалой, так скажем...

ЧТО ЖДЕТ ПОБЕДИТЕЛЕЙ ШОУ?

- В Британии благодаря подобному проекту два человека стали поп-идолами. Поэтому и у нас большую звезду ждать нужно.

(Life Showbiz, 19.12.12)

О КАРАОКЕ-КЛУБАХ

- Был у меня горький опыт. Как-то на гастролях хозяева караоке-клуба пригласили меня поужинать. Конечно, я не смог удержаться и попытался спеть одну из своих песен. Уже не помню, то ли это была «Ярмарка», то ли «Куда уехал цирк». В результате я забыл слова, и караоке поставило мне «тройку». Больше я таких попыток не повторял.

ОБ ИТОГАХ 2012 ГОДА

- Это был так называемый юбилейный год. При всей моей нелюбви к слову «юбилей» 40 лет на сцене такая цифра, от которой не отвертишься. Пришлось делать программу и ехать в юбилейный тур. Как раз сейчас со своим шоу я нахожусь в Киеве. К тому же выпустил диск — видео этого концерта под названием «Художник». В общем, год очень насыщенный, трудный, и я жду не дождусь, когда он наконец закончится. От будущего года жду, чтобы он был не хуже, чем уходящий.

ВЕРИТ ЛИ В КОНЕЦ СВЕТА?

-  Я вам приведу простой пример. По телевизору 24 часа в сутки идет реклама: «Наступает конец света! Но вы еще успеете покататься на автомобиле своей мечты». Вот вам и ответ. Это не конец света, а хороший бизнес-проект. А еще говорят: «В Россию конец света не придет, он из нее выйдет».

ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ?

- Мудрецы уже головы себе разбили, пытаясь расшифровать и дать объяснение этому феноменальному человеческому чувству. Но, по-моему, ответ, который бы устроил всех, так и не найден. Боюсь, и я принадлежу к числу людей, которые безуспешно искали ответ на этот вопрос. Думаю, объяснение этому чувству рождается внутри каждого человека. Надо просто прислушиваться к себе.

О СВОЕМ ПЕРВОМ КОНЦЕРТЕ

- Мой первый концерт в статусе профессионала был в деревне Лойма Коми АССР. Мороз стоял лютый, градусов 40. Клуб располагался в здании церкви. Помню, чтобы хоть как-то согреться, мы сначала раскопали дрова, сбили с них лед, потом затопили в церкви печки, которые в результате задымили все здание. Пришлось проветривать, вымораживать и снова топить. Я этот концерт никогда не забуду. Холод стоял жуткий, пришли, наверное, человек сорок. Но это была моя победа! Несмотря на страшный холод, я был одет во что-то экзотическое, уже тогда терпеть не мог строгих концертных костюмов.

О НОВЫХ ПЕСНЯХ

- У меня сейчас огромная проблема с репертуаром. Нет ничего достойного, во что бы можно было вложить силы и энергию. Несколько новых песен, которые появились буквально на днях, — единственное, что удалось накопать из огромного вороха материала практически за целый год.

О ВЕЩАХ

- Признаюсь, шкафы меня буквально выживают из квартиры. Я уже и на аукционах вещи продавал, раздаривал их, даже сжигал. Помню, как-то на даче устроил огромное кострище из старых фотографий, костюмов, обуви. За один раз спалил все 70-е годы. А любимые костюмы те, что появились недавно. На самом деле мне совершенно неважно, выгляжу я модно или нет. Одеваюсь по настроению, лишь какие-то элементы подсказывают модные дизайнеры. Например, сейчас у меня появилась тяга к комбинезонам. Началась такая эпоха комбинезонов.

ПРАВДА ЛИ, ЧТО САМ ШИЛ СЕБЕ ОДЕЖДУ?

-  Это было очень давно, в середине 70-х. Я не мог выходить на сцену в том, что мне предписывалось,- костюме и галстуке, поэтому начал придумывать наряды сам. Правда, никто не брался шить то, что я рисовал. Пришлось самому освоить элементы кроя. Довольно успешно этим занимался. Пять лет ковырялся с выкройками, нитками и лекалами. Лишь в 1980 году у меня появился художник, который стал все мне придумывать. С тех пор я не брал в руки иголку и нитку.

ПРАВДА ЛИ, ЧТО РАЗВОДИТСЯ С ЖЕНОЙ?

-  Неправда! Придумал все это какой-то дурак, чтобы увеличить тираж «желтой» прессы. Остальные подхватили. У нас с Люсей все в порядке. Новый год, как обычно, отпразднуем вместе в нашем доме в Майами.

ЧТО ЕГО МОЖЕТ РАССТРОИТЬ ИЛИ РАЗОЗЛИТЬ?

- Ответ мой очень прост, причина может быть только одна — глупость! Это самое страшное для меня качество в человеке. К сожалению, с ним я сталкиваюсь довольно часто.

О ТАТУИРОВКАХ

- Просто однажды я почувствовал, что мне это нужно и сделал первое тату. Это было ровно двадцать лет назад. Охоту не отбил и поэтому позже сделал себе еще и еще. В конце концов их теперь восемь штук, причем на разных местах моего тела. Время шло, мода менялась. Вначале были изображения животных, потом орнаменты, иероглифы. Когда я понял, что превращаюсь в лоскутное одеяло, решил соединить все татуировки некой эстетикой рисунка, которая бы закрыла все мое разностилье. Теперь у меня одна большая татуировка, которая начинается от пяток и заканчивается у затылка.

ОБ ОТНОШЕНИЯХ С ЛАЙМОЙ ВАЙКУЛЕ

- Мы никогда не были с Лаймой дружны, поскольку дружба предполагает совместное времяпрепровождение. У артистов просто такой возможности нет. Мы с Лаймой в приятельских отношениях, не более того. Когда встречаемся где-нибудь на гастролях или на телевидении, здороваемся, смеемся, хихикаем и... разъезжаемся в разные стороны. Однажды у нас с Лаймой был действительно удачный дуэт. Мы с ней сходились тембрально, по фактуре и даже по движениям. Но дуэт — это уникальный живой организм, который найти и сохранить очень тяжело. А нынешнюю тенденцию, когда двух известных артистов «сливают в один стакан», делая дуэты, я не приветствую. Не знаю, с кем бы я сегодня мог вместе спеть. Наверное, такого исполнителя нет.

КТО СЛЕДИТ ЗА ЕГО ПИТАНИЕМ И ДИЕТОЙ?

- Никто за мной не следит, а диета у меня одна: закрыть рот! Я никогда не придерживался никаких норм. Уезжая на гастроли, питаюсь в гостинице, в которой живу. Бывая в Киеве, всегда останавливаюсь у своих старинных друзей Вали и Коли. Они невероятно хлебосольны.

КАК ВОССТАНАВЛИВАЕТСЯ ПОСЛЕ РАБОТЫ?

- Лежа. Укладываюсь на диван с книгой или смотрю кино и наливаю себе в бокал сухое вино. Не люблю слушать музыку, когда отдыхаю. Увы, по жизни мне приходится слушать столько бездарной музыки, которую мне присылают, что я от нее страшно устаю. Теперь для меня тишина — лучшая из композиций.

О ПОДДЕРЖАНИИ ФОРМЫ

- Единственная моя нагрузка — это сорок минут тренировки в любом месте, где бы я не находился. В свое время купил два ремня (американская система), которые крепятся за любую дверь. С их помощью можно работать с собственным весом. Это то же самое, что возить с собой 40 килограммов гантелей. У меня есть определенная система упражнений, которую выполняю каждый день. Без этого я уже давно оплыл бы. Все-таки возраст уничтожает упругость тела.

О ЛЮБИМЫХ МЕСТАХ ОТДЫХА

-  Мне кажется, что в прежней жизни я был островным жителем. Всегда хочется на острова, даже летом, когда очень жарко. Я уже был на Гавайях, Виргинских островах, Майорке, Мальдивах, Канарах. Теперь прицеливаюсь на Сейшелы. С каждого острова привожу какую-нибудь безделушку. Кстати, вот вам и коллекция: я собираю острова...

(«Факты и комментарии», 17.12.12)

О ПРЕДСТОЯЩИХ РОЖДЕСТВЕНСКИХ КОНЦЕРТАХ

— Мы готовим к Рождеству именно акустический сет, он будет очень красивый, будет звучать акустическая арфа. Еще у нас будет сюрприз. Я сейчас на связи с замечательной женщиной — художественным руководителем детского ансамбля гусляров. У нас будет 6 маленьких детей с гуслями. Мне кажется, что это будет красиво, когда на сцене стоит одна большая кельтская арфа и вокруг 6 маленьких гуселек. Этот колокольчиковый звон инструментов — очень волшебный рождественский звук. У нас будет сказка!
А когда еще можно сделать что-то волшебное, как не на Рождество? Поэтому мы каждый год и стараемся. И еще одна завлекалочка — мы выпускаем рождественский мини-альбом. Он состоит из 5 песен, на этой неделе у нас заканчивается запись, все треки прописаны, наступает момент сведения, дизайнер уже рисует эскиз обложки. Мини-альбом называется «Радость моя».

О ПРАЗДНИКАХ

- Новый год для моих детей — всегда два, а то и три праздника. Мои дочки еще крошечки, старшей — 4 года, младшей — полтора. Поскольку мы всегда едем на католическое Рождество в Ирландию к родственникам мужа, так как дети — католики. Мы идем к мессе, причем старшенькая Нина почему-то чрезвычайно набожна, она мне рассказывает, как за ней следит Дева Мария, приходит к ней в снах и помогает. Потом к Новому году мы приезжаем в Россию, соответственно, традиционный Новый год с апельсинами под елочкой происходит здесь, и православное Рождество мы тоже празднуем.

ЧТО ПРИГОТОВИТ К СТОЛУ НА НОВЫЙ ГОД?

— Мы запекаем обычно свиной окорок с чесноком в духовке. Фаршируем икрой вареные яйца, делаем «селедку под шубой», печем пирожки, вернее, как любая семья с корнями в Краснодаре, жарим пирожки на сковородке. У родственников мужа это естественно рождественская индейка.

О ПОДАРКАХ

— У меня бывают совершенно прекрасные подарки. Муж дарил мне и кобыле седло на Новый год. У нас всегда с мужем такие подарки: на день рождения — горнолыжные ботинки, на Новый год — седло. Лучший подарок был от мужа на Новый год 5 лет назад — билет бизнес-класса, чтобы лететь вместе с ним в Новую Зеландию на две недели. Ему предстояло лететь по работе, и он решил взять меня с собой. Это было здорово.

КАК УДАЕТСЯ СОВМЕЩАТЬ НАУЧНУЮ КАРЬЕРУ, МУЗЫКУ И ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ?

— Когда я защищала кандидатскую диссертацию, у меня еще не было мужа, и рожать детей было не от кого. Но мои родители поженились сразу после того, как закончили университет. Они оба писали и защищали кандидатские диссертации, когда уже была я, и ничего, справились. Мне кажется, что в данном случае не должно быть вообще никакой корреляции. Если хочется детей, пусть будут дети. Если хочется кандидатскую, ее всегда можно сделать, у нас прекрасное законодательство о декретном отпуске и отпуске по уходу за ребенком. Это все можно сделать. У меня есть подруга, у нее двое маленьких сыновей, и она защитила кандидатскую вскоре после рождения младшего сына, писала ее всю беременность и защитила, когда ребенок был совсем маленьким.
Я всегда, когда приезжаю с гастролей, обязательно выделяю себе1-2 полностью свободных дня, чтобы побыть с детьми, погулять, съездить в парк им. Горького, сходить со старшенькой в Детский музыкальный театр. Я достаточно внимательная мама, которая следит за тем, что дети делают. Я помню интервью в журнале с Волочковой, которая родила дочку и поехала тут же по гастролям. Там была фраза, которая меня совершенно потрясла: «Я приезжаю с гастролей, а они мне говорят, что Ариша уже ходит». Это так грустно! Такая хорошая девочка. Там была фотография девочки с безумно грустными глазами. Я стараюсь делать все, чтобы у моих детей не было грустных глаз.

О СОВРЕМЕННОМ ОБРАЗОВАНИИ

— Сейчас мне кажется, что единственный шанс избежать развала, это увеличение количества частных школ, которые занимаются либо по индивидуальным модулям, либо поднимают хорошо сделанные советские учебники, по которым учились и мы. Плюс Homeschooling, экстернат и гибкие программы, потому что то, что сейчас происходит в государственных школах, — новые системы, новые программы, новые придумки и подготовка к ЕГЭ, который я вообще считаю архизлом — это ужасно. Я не собираюсь своих детей отдавать в нынешние российские школы, если только это не вариант экстерната или не вариант частной школы со специфической программой.

О СВОЕМ УВЛЕЧЕНИИ ЛОШАДЬМИ

— Как только выдается свободное время и свободна моя тренер, мы тут же едем на конюшни, где стоит моя кобыла. Она мне очень много дает. Даже если бывает перерыв в месяц, она все равно невероятно много мне дает, потому что животное очень славное, она очень меня любит, и я ее люблю. Она очень ласковая, умная, талантливая лошадь. С ней приятно заниматься. И вообще лошадь — это волшебное животное, они невероятно красивые, невероятно теплые в буквальном смысле, поскольку температура тела у лошади 38°. Даже если ты приехал на конюшню больной, с насморком, ты обнимаешь лошадь, нюхаешь ее, греешься об нее, и лошадь тебя лечит.

(«Аргументы и факты», 13.12.12)