СD Land Records. Релиз диска состоялся в сентябре.
Последний романтик нашей сцены Павел Кашин совсем недавно предпочитал выпускать по два альбома в год, сетуя на то, что лейблы отказываются выпускать их чаще — песен-то у него пишется столько, что можно хоть ежемесячно по пластинке штамповать. Однако даже хорошее имеет свойство приедаться, а Кашин стал часто стрелять вхолостую. После действительно великой пластинки "До свидания, время" (2003) Павел выпустил еще несколько, и каждая вроде бы была похожа на предыдущую, но магия действовать перестала. Может, потому, что музыкант эксплуатировал одни и те же мелодические находки, которые в конце концов банально наскучили, а может, текстовые красивости перестали казаться слушателям искренними — однако Кашин вновь превратился в культового, нишевого исполнителя, несовместимого с понятием "широкая аудитория". В этом состоянии он вдруг перестал штамповать неотличимые друг от друга диски и решился на небезынтересный эксперимент — альбом песен на стихи Пушкина и Лермонтова. Собственный ли поэтический кризис тому виной, желание ли популяризировать классику среди меломанов — бог весть, но диск оказался очень спорной и местами смешной работой, ничуть при этом не приоткрывающей завесу загадочности, традиционно висящую в непосредственной близости от Павла.
Песен всего десять, и чистого эксперимента не получилось, ибо часть из них поет не Кашин, а Елена Максимова. Есть ощущение, что автор идеи просто хотел сберечь в глазах зрителя собственный трепетный образ и не выставлять себя на посмешище, исполняя "У лукоморья дуб зеленый" или "Белеет парус одинокий". Конечно, интересно было бы послушать, как бы Павел обыграл эти "стандарты" в рамках своего имиджа — но фантазия отказывается представлять это удачной затеей: как ни прикидывай, получается пародия. Если же классические, извините за выражение, тексты Пушкина и Лермонтова (пусть и на мелодию Кашина) поет безвестная вокалистка — к идейному вдохновителю претензий нет. Он ведь придумал музыку — а дальше получившийся "римейк" пал жертвой г-жи Максимовой, исполнительская манера которой лучше всего описывается терминами "акынство" и "как пономарь". На детсадовских утренниках "Лукоморье" читают куда более живо, чем Елена, поющая с бесстрастностью телесуфлера. Павел Кашин мог бы более творчески подойти к поиску женского голоса — ну и к сочинению мелодий, чего уж там. Если послушать "У Лукоморья" и "Парус" подряд (на диске между ними есть еще один трек), выяснится, что оба произведения композитор положил практически на один и тот же вальсок. Лермонтовской "Из Гете" ("Горные вершины спят во тьме ночной") чуть больше повезло с музыкой, но и ее под видом живой женщины поет какой-то робот.
Те вещи, которые спел сам Павел, оставляют двойственное впечатление. Кашин и Пушкин никак не желают складываться в гармоничное целое — вылезают поочередно то один, то другой, а вдвоем никак не появятся. По большому счету это неудивительно, но все-таки хотелось надеяться на большее "сотрудничество" текста и мелодии. В "Осеннем утре" стих будто бы и вообще не важен за привычной вязью трепещущего кашинского голоса — смысл неявен и не нужен, какие-то слова звучат, да и ладно. Но вдруг Александр Сергеевич милый поднимается в полный рост, заставляя — практически против воли исполнителя - произносить "Сазонов был моим слугою…" Какой Сазонов, при чем тут Сазонов? Может, стихи надо слушать внимательнее? В результате произведение выдает свою синтетическую сущность, распадаясь на куски, которые не сложить. Может, Кашину стоило начать не с Пушкина и Лермонтова, а с какого-нибудь менее титанического Майкова? В песнях же, текст которых с детства известен наизусть, Павла вообще нет: что он может добавить к тому же "Памятнику", кроме неуверенных мелодии и голоса? К композиторским удачам Кашина этот диск вообще не отнесешь — а на фоне великих стихов особенно заметно, что Павел сработал по удивительной формуле "один стихотворный размер = одна мелодия". В лучшем случае ему удалось подмять классику под свою элегическую манеру, но таких случаев на диске раз-два и обчелся — и, может быть, лишь "К Чаадаеву" можно отнести к удачам.
Подумал, не нужно ли добавить балл за смелость эксперимента, но пришел к выводу, что не стоит: смелость оказалась слишком безрассудной и привела к печальным результатам.
Алексей Мажаев, InterMedia

2015, «Монолит»

Группа «Серебро» как-то активизировалась и бомбардирует слушателей синглами – видать, не за горами большой релиз. Хотя полнометражные альбомы выпускать ни к чему, если каждая новая песня, сопровождаемая провокационным клипом, будет вызывать большой резонанс – а ведь «Серебро» и их продюсер Максим Фадеев хорошо знают, как его устроить.

Вышло так, что сначала я послушал сингл «Перепутала» - и он показался мне не более чем милой среднетемповой песней с относительно запоминающимся припевом и типичной девичьей любовной лирикой, в создании которой неплохо поднаторела солистка и соавтор Фадеева Ольга Серябкина. Ну а уже потом я ознакомился с клипом на эту песню.

Что тут сказать: вне видеоряда песня работает процентов на 30 и кажется вполне проходной. Но клип нужно посмотреть как можно быстрее – мало ли что взбредёт в голову коллективному Человеку Запрещающему; там, где здравомыслящий зритель увидит красивых девок с необычной тягой к чёрному юмору, охранитель непременно узреет пропаганду суицида и агрессивную сексуальность. Гармоничным фоном к видеоклипу, от которого невозможно оторвать глаз ни «разрешителю», ни «запретителю», служит песня «Перепутала». С этой картинкой она неумолимо оккупирует мозг, и, услышав её где-нибудь, вы, может, и не сразу вспомните, кто поёт, но обрадуетесь песне, как родной. Но только в таком порядке: без видео – необязательный трек, с видео – хит сезона.

Алексей Мажаев,InterMedia

Витас запустил конкурс для поклонников на создание авторской версии видеоклипа «Мне бы в небо». Весной этого года артист снял клип на эту песню с певицей Ксеноной, с которой они ее исполняли дуэтом, и музыканты остались довольны результатом. Однако сейчас перед релизом нового альбома Витаса «Мне бы в небо» подготовлена соло-версия песни, и певец предложил всем творчески заинтересованным людям сделать свою версию клипа именно на ее сольный вариант.

Творения поклонников Витас будет отсматривать сам. В свой день рождения он выберет победителя из числа претендентов и возьмет его с собой на концерт в Пекине с новой программой «Скажи, что ты любишь», который состоится в будущем году.

«Яндекс.Музыка». Релиз диска состоялся в июле.

«Получилось, что мы не появлялись с новыми песнями более семи лет, - объяснял «спикер» «Ивана Купалы» Алексей Румянцев, когда работа над «Родиной» вышла на финишную прямую. - Во многом это связано с тем, что в нашем случае работа над новыми песнями, работа над новыми альбомами, она достаточно трудна. Проводится очень тщательная реставрационная работа, которая позволяет нам получать фольклорные записи в том качестве, в котором они пригодны для использования в наших треках. Такой процесс, к сожалению, отнимает очень много времени и с каждым новым разом, с каждым новым альбомом количество затраченного времени, к сожалению, увеличивается в геометрической прогрессии. В таких трудах как-то очень быстро и незаметно пролетело семь лет, и наконец-то альбом готов». После этого оптимистичного разъяснения прошла еще пара лет, и «Родина» наконец-то вышла. В кропотливом творческом подходе «купальцев» со времен премьеры «Костромы» (1999) мало что изменилось – но как же поменялся ландшафт вокруг! Когда аутентичная этно-музыка в электронном обрамлении дебютировала в конце «лихих 90-х», это интересовало всех. «Наше радио» утянуло песни «Купалы» в свою норку, MTV с помощью группы облагораживало эфир на фоне киркоровых и рук вверх, новость о появлении концертного состава обошла едва ли не первые полосы газет, а уж о возрождении национальной культуры с помощью «Ивана Купалы» не кричал только ленивый… Музыканты, будь они чуть поразговорчивее, могли бы стать мега-звездами и не сходить с обложек, даже не слишком стараясь записывать новые альбомы. Но они предпочли на десяток лет уйти в себя и углубиться в творчество – чтобы выплыв с «Родиной», обнаружить, что теперь это искусство здесь мало кому интересно, а главной музыкальной новостью за полгода является 40-секундный танец на месте бывшего бассейна.

Не будем здесь вспоминать о «возрождении национальной культуры» - уж больно сильную зевоту вызывает это словосочетание. Не будем ругать 90-е: как минимум, по степени любопытства ко всему новому и необычному они дадут большую фору нынешнему и прошлому десятилетиям. «Иван Купала» стал жертвой двух крайностей: сначала их подняли даже на те щиты, на которые они и не думали взбираться. А сейчас на все их эксперименты взирают с пресыщенным равнодушием. И MTV давно не интересуется музыкой, и аутентичный фолк вернулся в культурные резервации. Туда же со своим новым альбомом отправился и «Иван Купала».

При нормальном состоянии умов, страны и шоу-бизнеса возвращение группы стало бы, может, и не триумфальным, но заметным, а кропотливость и перфекционизм только добавил бы к ним уважения. «Иван Купала» - крепкий проект, удачно нашедший свою нишу и с каждым альбомом звучащий все интереснее и профессиональнее. Великолепна обложка «Родины»: летящий в небе домик с клочком земли – прекрасная метафора здорового отношения к корням. Фольклорное пение бабок дополнено на пластинке фрагментами народных сказок в их же исполнении. Голоса вокалисток, кстати, весьма напоминают те, что произвели такой фурор во времена «Костромы»; даже если бабушки другие, это не отменяет гуманистического посыла: пусть старушки живут долго и записывают с «Иваном Купалой» еще десяток альбомов. Что касается аранжировочных приемов, то они стали гораздо разнообразнее: после радости узнавания быстро приходит понимание, на что, собственно, было «незаметно» потрачено десять лет. У «Купалы» появились и восточные мотивы (см. «Балабай» или «Гамелан»), и много музыки a la Enigma, и просто сами по себе сильные мелодии. А такие треки, как «Коток», «Жито», «Лося» и «Родина», были бы уместны и звучали бы свежо и красиво на волне практически любого формата.

Алексей Мажаев, InterMedia