Гарик Сукачёв: «Я абсолютно городской человек»

О ШТРАФАХ

- Как всегда, за нарушение скоростного режима. Пришло 5 тысяч рублей, но есть время, чтобы быстро заплатить в два раза меньше — 2 500.

О МОСКОВСКОМ МЕТРО

- С 1992 года не был в метро. Но раньше нравилась вся Кольцевая линия и первые станции, построенные еще при Сталине. Я все их помню, когда-то все изъездил. Самая любимая станция — «Маяковская» с ее удивительными мозаиками.

О ПРОБКАХ

- Если я на мотоцикле, то вообще не коротаю время. Когда на машине — слушаю какую-нибудь говорильню, если есть настроение — аудиокниги. Если его нет, то листаю радиоканалы.

О НЕЛЮБИМОМ МЕСТЕ В МОСКВЕ

- Не буду говорить, потому что это просто неприлично. Даже в самых нелюбимых местах нашего прекрасного города живут люди, для которых это самое любимое место на земле.

О МОСКВЕ

- Москва — эклектичный город, который стоит на семи холмах. Тут нет ни одной прямой улицы, постоянно меняется пейзаж. Даже в центре города соседствуют здания XVIII–XIX веков и цековский дом 1972 года, а напротив еще какая-нибудь хрущевка. Это офигенно красиво. Эклектика вызывает у меня чувство восторга.

О ТУШИНЕ

- Я вырос в хрущевке, мы там с мальчишками играли в войнушку. А вокруг — все в зелени. Мы, кстати, ее собственными руками сажали. Я ходил каждый день через здания, которые утопали в вишне, пахло необыкновенно, в мае шел снег, листочки беленькие. А потом на моих глазах перед Олимпиадой сносили дома необыкновенной красоты, которые строили пленные немцы. Потом в новостройки переехало много людей, и это стало выглядеть для меня уныло. Этот снегопад остался в прошлом. Но по советским меркам квартиры были хорошие — просторные, с лоджией. Там можно было лыжи поставить, соленья с огурцами, санки и дедушкин мотороллер. Хотя бы раз в год я приезжаю туда специально, останавливаюсь около своего дома и просто стою. Вижу две березки, которые посадил, кустики — выглядит все необыкновенно живописно.

ХОЧЕТСЯ ЛИ ЕМУ УБЕЖАТЬ ИЗ ГОРОДА

- Никогда, я абсолютно городской человек. Один раз сбежал за город и прожил там почти десять лет, свято верил, что стану дачником, буду старым чокнутым профессором и скажу жене: «Оля, где мои тапочки?» Когда дочь росла, я маялся на даче. Как только она пошла в школу, сразу оттуда смотался и ни секунды не пожалел об этом.

(The City, 19.04.2023)