Рецензия на фильм «Сердце пармы»: Объединяй и властвуй
Оценка: 6 из 10
Историческая драма «Сердце пармы» открыла 44-й Московский международный кинофестиваль, в прокат лента выходит 6 октября 2022 года. Режиссёр: Антон Мегердичев. В ролях: Александр Кузнецов, Елена Ербакова, Сергей Пускепалис, Евгений Миронов, Виталий Кищенко, Фёдор Бондарчук и другие.
Спасибо, что не о войне и не про спорт. 44-й Московский международный кинофестиваль открылся историческим эпиком «Сердце пармы» Антона Мегердичева по роману Алексея Иванова. Предыдущим проектом режиссёра был баскетбольный суперхит «Движение вверх», побивший в своё время всевозможные рекорды по броскам в денежную корзину со сборами. Теперь Мегердичев попытался отработать каждый заработанный рубль, сняв свой самый амбициозный, размашистый и по всем меркам дорогой российский блокбастер с элементами фэнтези, призывающий вроде как к благой цели – к единению народов.
События развиваются на Руси во время правления Ивана Третьего (его в небольшом камео играет Фёдор Бондарчук), но не в Москве, а на далёких пермских землях, окружённых пармой – особым видом елово-пихтовых лесов, положивших название сначала книге Иванова, а теперь и её экранизации. Там, рядом с непокорной Казанью, не желающей присоединяться к Москве, расположилась небольшое княжество Чердынь, где правит молодой и благородный князь Михан (Александр Кузнецов). Михан в детстве видел смерть своего отца от рук вероломных язычников, а также видел смерть родителей своей первой любви – девочки Тиче, представительницы другой веры и другого народа. Перед самой смертью отец Тиче благословил дочь и Михана на брак, что, впрочем, произошло только много лет спустя, когда князь возмужал и стал правителем.
Правит Михан противоречиво: будучи уверенным пацифистом и талантливым дипломатом, он наотрез отказывается воевать с недружественными соседями и помогать Москве резать татар, что, впрочем, подрывает веру в князя у его собственного народа – казна-то совсем пуста. Ещё и женился князь русский на иноверке, колдунье, ламии, как называют в языческих племенах пармских земель полуженщин-полу-ирбисов. Да, Тиче (Елена Ербакова) не просто весь фильм ходит голой, она ещё умеет превращаться в яростного снежного барса, отчего у православных начинают трястись поджилки, особенно у крестителя Иона (Евгений Миронов). Но сможет ли любовь объединить народы и сплотить противников перед общим врагом?
Сценарий «Сердца пармы» настолько тяжеловесный, что его словно бы дотошно редактировали седобородые историки, старательно наполняя речь персонажей пачками архаизмов и историзмов. Из-за этого сильно осложняется просмотр – нужно запоминать столько старых терминов и чинов, самих героев и их имена, вдобавок, внешне пармцы выглядят либо неотличимо друг от друга, либо странно анахронично – например, бросаются в глаза крашеные в блонд аки Таргариены русские князья или барбершопные вариации брутальной бороды Кузнецова. Образованные люди, естественно, в диалогах всё поймут и примут, но какой толк от такого этнографического занудства авторов, если мы всё же пришли в кино, а не на лекцию в музей?
За кинематографичность здесь отвечают, во-первых, хорошая работа костюмеров, а во-вторых, зрелищная финальная битва, смотрящаяся на вполне достойном уровне даже для тех зрителей, кто уже успел вернуться в мир «Игры престолов» (но всё же сильно уступая вышедшему ранее «Вярягу» Роберта Эггерса). Как мы прекрасно помним по финальному матчу в «Движении вверх», Мегердичев умеет эффектно ставить напряжённые кульминационные сцены. Самое главное, что в брутальном побоище раскрывается и сам Александр Кузнецов, до этого присутствовавший в кадре с выражением лица актёра, снимающегося в «Трои» Петерсена, а не в отечественной драме о междоусобицах. Оказывается, вымазанный кровью Кузнецов с мечом в руках и огнём в глазах – это совершенно иная природная сила, ради которой стоило высидеть столь неповоротливое и самовлюблённое повествование, которым «Сердце пармы» от себя успевает отвратить уже за первые полчаса.
Одна из главных проблем «Сердца пармы» Мегердичева – это отсутствие, собственно, самого сердца. История получилось холодной, излишне дидактичной, чтобы проникнуться к ней симпатией. Свою негативную лепту сыграла и едва выносимая музыка, с надрывом звенящая большую часть хронометража. Несмотря на элементы фэнтези и даже фолк-хоррора, фильм не докручивает ни в том и ни в другом, как и, впрочем, в заглавной любовной линии, где магия требуется сильнее всего, но в результате поверить в оборотня получается легче, чем в любовь Михана и Тиче.
Такая художественная отстранённость, тем не менее, компенсируется благой попыткой показать равенство вероисповеданий между собой. Одна из самых красочных сцен фильма (кроме той, где Пускепалис бросает детей с крыши Кремля как камешки в воду) – экскурсия для крестителя Иона по Чердыни, где православный храм соседствует с языческими тотемами. Примечательно, что в «Сердце пармы» христианство показано даже более варварским, чем, собственно, вера кочевых народов, которых православные церковнослужители всеми силами хотели искоренить или хотя бы крестить.
Мы видим в фильме всплески насилия, порождённые стремлением одной веры доминировать над другой. При этом мы видим ту идиллию, в которой жили Михан со своей Тичей до прихода на их землю православия. Кино должно учить зрителя толерантному отношению ко всем религиям на свете – отношению, которое, понятное дело, было невозможно в те годы, но и всё еще не достигнуто в наши дни. Важно понимать, что ислам так же прекрасен и так же достоин уважения, как и православие с буддизмом, как и любая другая вера. В «Сердце пармы» есть эта идея возможности мирного сосуществования религий, в основе которой, как и в любой вере, сила чистой и искренней любви, способная скреплять не только частные души, но и целые народы. И если зритель вынесет для себя именно эту мысль, выходя из кинозала, то «Сердце пармы», несмотря на всю свою громоздкость и неповоротливость, было снято не напрасно.
Вадим Богданов, InterMedia
