Юлия Савичева: «Я чувствую, что иду в правильном направлении»

О ДЕТСТВЕ В 90-Е

— Жили мы небогато. Ведь, когда концертов не было, денег не хватало. Как говорится, то пусто, то густо... Бывало, я за кем-то одежду донашивала. Мы даже вещами в переходе торговали. Бегали от милиционеров... Было мне на тот момент всего десять лет, поэтому помню все достаточно смутно. Чаще, конечно, торговали родители. Помню, что мы постоянно переезжали с квартиры на квартиру, папа договаривался с какими-то своими многочисленными знакомыми, благо он такой человек, который умеет нравиться, умеет дружить... Многие нам помогали просто так, не за деньги. Часто это выручало. При этом ни я, ни мои родители не считали себя ущербными. Мы же музыканты! Мне повезло вырасти в артистической семье, я изнутри наблюдала за тем, как происходило становление Макса Фадеева и его коллектива, Линды, других проектов. Совершенно необыкновенная атмосфера! Помню веселые поездки на природу всей нашей командой музыкантов и артистов. Было очень душевно, жаль, что сейчас такие посиделки не повторить. С одной стороны, появилось огромное количество возможностей, а с другой — не стало душевности какой-то, что ли...

О ССОРЕ С МАКСИМОМ ФАДЕЕВЫМ

— Я сначала тоже удивлялась и думала: как же так могло произойти? Лишь потом поняла, что такое случается, если вклиниваются посторонние. Вы даже не представляете, какие есть люди в мире шоу-бизнеса! Сложно поверить, но они как будто гипнотизируют, владеют какими-то чуть ли не магическими трюками, заговорами... Плюс чувствуют, какого человека можно провести. Макс — он как ребенок! Ранимый, чуткий, добрый, доверчивый. Порой говорят: внешность обманчива. Вот в случае с Максом так оно и есть. В результате случилось то, что случилось. Он не устоял, когда такие люди окружили его, и я просто не смогла уже ничего с этим сделать. Как в стену долбилась, а он просто мне не верил, и все. Вот так было.

О ВОССТАНОВЛЕНИИ ОТНОШЕНИЙ С МАКСИМОМ ФАДЕЕВЫМ

— Когда я подписала расторжение контракта, передо мной положили документ — запрет на исполнение песен... Помню, я вышла, в глазах — слезы, посмотрела на небо и подумала: это такое испытание, я должна его пройти. Взяла себя в руки, стала работать над новым материалом. На то, чтобы как-то восстановиться в профессии, ушел год. Нам с мужем пришлось очень тяжело, какое-то время жили на гречке с курицей. Была обида, не скрою. Но я понимала, в какой Макс ситуации. Очень хотела, чтобы все улеглось, чтобы пена сошла и меня смогли услышать. Так и произошло. Макс со временем сам увидел, кто был прав, кто виноват, кто говорил правду, а кто врал. Он отдал мне все песни, а через какое-то время мы вновь стали общаться. Я начала ему писать сообщения. Первое время он не реагировал. Но потом диалог возобновился. Помню момент, когда Макс пригласил меня выступить на одном своем мероприятии, и я с удовольствием согласилась. И после этого мы уже созвонились, несколько раз по три часа разговаривали.

О НАГРАЖДЕНИИ «ЗОЛОТЫМ ГРАММОФОНОМ» В 2021 ГОДУ

— Да, это правда, десять лет не было наград. Я еще рада и потому, что это мой первый самостоятельный «Граммофон». Я добилась успеха своими силами, своей головой, знаниями, с помощью команды, которую я собрала. Причем эти люди не сразу появились, кто-то уходил, кого-то я сама увольняла. Пришлось многое осознать. Жизнь — она учит. Почему я говорю, что всему нужно учиться самой — методом проб и ошибок. Иначе не поймешь, как это работает, и не взлетишь высоко… С песни «Сияй» все это началось, а дальше был «Эверест», и все лучше и лучше у меня получается. Верю в успех песни «Майский дождь» — мы сделали релиз в феврале, чтобы к маю эта песня влюбила в себя всех! Я чувствую, что иду в правильном направлении и у меня много всего впереди.

(Елизавета Карпушкина, «7 Дней», 06.08.22)