Алена Хмельницкая: «Я ушла рожать и не вернулась»

О ТОМ, КАК ПОПАЛА В БОЕВИК «С ХОЛОДА»

— Самим себя предлагать не принято, тут без помощи агента не обойтись. Ты ведь даже не понимаешь, куда кидаться. Я человек реалистичный, совсем не думала, не гадала о каких-то международных проектах. Но у актерских агентов есть некий чат с иностранными агентами, в том числе агентами Netflix.

И вдруг поступил такой запрос в нашу страну: нужна актриса примерно моей возрастной категории (плюс-минус 50 лет), такой-то типаж… <…> Сейчас, наверное, после 35 уже непонятно, кому сколько лет, да и не важно. Тем не менее есть некий типаж, описание персонажа, описание характера. Мой агент послала мои фотографии, ссылки на фильмы, на соцсети. Видимо, авторов фильма мой образ устроил, и они прислали пробы. Я должна была сделать две сцены — на русском языке и на английском. Не очень люблю самопробы (это когда сам себя на телефон снимаешь), но мне не нужно было говорить на безупречном английском, ведь я играю русскую. Да и старшая дочь Саша очень мне помогла. Она стала мне прекрасным партнером, потому что сцена была диалоговая и сложная.

О СЪЕМКАХ «С ХОЛОДА»

- Я психовала жутко, потому что никогда не играла на иностранном языке, и это оказалось не так просто, как мне казалось, поэтому было бесчисленное количество попыток. Я не первый раз столкнулась с языком, естественно, и на французском, и на английском я нормально на бытовом уровне говорю. Но играть на иностранном языке — это надо приноровиться.

Потом, когда я уже снималась, я поняла, что мне нужно вызубрить текст вплоть до междометий, чтобы вообще не вспоминать ни о чем. И только тогда я уже могу играть, входить в роль. А когда ты прочитала по три раза, тебе кажется, что выучила, но на самом деле этого недостаточно. Поэтому у меня были жуткие затыки, я злилась на себя страшно, что не могу выговорить что-то.

О СЪЕМКАХ В МАДРИДЕ

— Я там провела три месяца, а съемочная группа — еще больше. Так получилось, я заболела коронавирусом в прошлом январе и не смогла прилететь в назначенный срок. И съемки задержали, но не из-за меня, а потому что в Мадриде была страшная метель, выпал снег, по главной улице люди ходили на лыжах, все играли в снежки. Такого не бывало никогда. А тем временем я выздоровела, пришла в себя и через три недели присоединилась к группе. Но я была в таком плохом состоянии на самом деле…

Меня накрыли, как это бывает после ковида, депрессия, апатия жуткая, не хотелось ничего. Это какое-то химическое воздействие вируса. И я безумно благодарна судьбе за этот проект, который заставил меня включиться в жизнь, плюс язык, плюс другая страна на три месяца. Это была такая крутая реабилитация. В Мадриде я уже окончательно пришла в себя.

О СВОЕЙ ГЕРОИНЕ

— Это всегда интересно: отойти от себя, делать что-то, чем ты не являешься. Но я вообще хочу сказать, что меня достаточно часто и у нас приглашают на роли таких жестких дам. Видимо, так меня видят, есть у меня во внешности такая стальная нота, что ли. Это совсем не я на самом деле. Но играть мне было кайфово, особенно в пластическом гриме, состарившем меня лет на 20. Мне было в этом возрасте еще комфортнее, что ли.

ОБ УХОДЕ ИЗ «ЛЕНКОМА» В 1994 ГОДУ

— Я ушла рожать и не вернулась. Помните, какие сложные были времена? Кино остановилось, сериалы еще не начались. Не вернулась я, потому что понимала: у меня просто нет перспектив в «Ленкоме», я вряд ли еще получу роли. «Ленком» обожаю до сих пор. Но тогда мне нужно было уйти в какое-то свободное плавание.

О РАБОТЕ ДИРЕКТОРОМ БУТИКА В 90-Е

— Да, было такое. Саше исполнился год, когда я поняла, что хочу работать, а в киноиндустрии пусто. В театры меня не звали. Может быть, зря я не предлагала себя. Но почему-то мне представилось, что я смогу быть хозяйкой модного магазина. Это все для меня было так театрально в моем представлении, я думала, что все это прекрасно, легко и я с этим чудесно справлюсь. Мои друзья Андрей Деллос и Антон Табаков, у которых в то время были клуб «Сохо», дискотека «Пилот», захотели сделать бутик и салон красоты.

Они обратились ко мне, с тем чтобы я кого-то им порекомендовала. А я радостно закричала, что сама всем займусь, очень хочу попробовать. И три с половиной года просуществовал мой бутичок чудесный. За это время ушли все иллюзии по поводу того, что это легко и красиво. Но зато такой опыт, который мне очень пригодился.

О БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ

— В благотворительности очень важна огласка, особенно когда речь идет о больших суммах. Плюс я обращаюсь к своим коллегам, друзьям, артистам, шоу-бизнесу, ко всем. И, конечно, меня за счет популярности больше слышат. И, конечно же, это огромная ответственность. Потому что за все эти сборы, за всех детей я отвечаю своим лицом.

О НАСТАВЛЕНИЯХ ДОЧЕРИ ПРИ ВЫБОРЕ АКТЕРСКОЙ ПРОФЕССИИ

— Большую роль играет везение. Я, конечно, за то, чтобы все-таки получить образование, а не просто начинать сниматься. Тем более сейчас возможностей учиться мастерству множество. Поэтому если все-таки мы, родители, увидим в ней талант, то вперед, дай бог, чтобы все получилось. Но если она захочет в артистки просто вслед за мамой и папой, я попробую направить ее куда-нибудь в другое русло. Хочется оградить своего ребенка от разочарований. Плюс у моих детей заключается в том, что они видят изнанку профессии, все сложности и трудности.

(Дарья Терновская, Денис Корсаков, «Телепрограмма», 16.02.22)