Рецензия на фильм «Эйфель»: Фанера над Парижем

Оценка: 7 из 10

Историческая мелодрама «Эйфель» выйдет в российский прокат 14 октября 2021 года. Режиссер: Мартин Бурбулон. В ролях: Ромен Дюрис, Эмма Маккей, Пьер Деладоншам и др.

Париж, 1886 год. Французский инженер Гюстав Эйфель находится в зените славы. Имя ему удалось сделать на возведении особого рода ажурных кружевных мостов. А американцы вручили ему высокую награду за укрепление внутренних опор Статуи Свободы, благодаря чему монумент сумеет простоять не одну сотню лет. Но, как и любой творческий человек, Эйфель не зацикливается на достигнутом, а лелеет все новые амбициозные проекты.

Сам он бредит строительством метро в Париже. Но властям, как обычно, важно пустить пыль в глаза, поэтому к выставке 1889 года они поручают ему возвести башню с рекордной высотой в 300 метров. Эйфель всячески пытается откреститься от этой миссии. Но вдруг внутри него что-то щелкает — и он с энтузиазмом берется за поручение. Ларчик открывается просто: на одном из высоких приемов он встречает свою старую любовь, пути с которой у него разошлись еще около двадцати лет тому назад.

Биография Эйфеля меньше всего подходит для формата «Каравана историй». Рационализатор будто бы всецело растворен в своих творениях, главное из которых, как назло, нарочито лишено личностного начала. Однако, работавшая над фильмом команда, действительно оттолкнувшись от башни как от наиболее очевидного триггера, начала добросовестно изучать его биографию и штудировать личную переписку. Таким Макаром удалось набрести на некую Адриенн, с которой инженер крутил роман в 60-х годах прошлого века, а потом с большой долей вероятности пересекался и во время строительства башни. Домыслить вновь вспыхнувшие через десятилетия чувства было уже делом техники…

Как и в большинстве других фильмов подобного рода, главным героем данного фильма является не Эйфель, а его детище. Башню было решено показать с необычных ракурсов — в ходе ее строительства. Она и является основным барометром состояния своего автора. Эйфель колеблется — на столе у него появляется невнятный уродец в виде первоначального макета строения. Эйфель испытывает трудности — остовы только начатого каркаса сиротливо торчат. Эйфель побеждает — башня окрашивается в пурпурные «царские» цвета.

Этого явно недостаточно, чтобы привлечь к экранам охочую до спецэффектов и твистов молодежь. И тут на помощь создателям фильма приходят не самые простые условия его создания. «Эйфель» менял продюсеров, пережил кромсания сценария и прерывания съемок в пандемию. Странным образом все эти форс-мажоры сыграли ему на руку. Фильм получился таким же лоскутным и неровным, как и метания съемочной группы в процессе его производства.

История его создания слишком сильно «зарифмовалась» с эпопеей возведения башни. Поэтому даже проблема поиска денег и обвинения в нерентабельности перенеслась на экран будто бы из закадровых переговорных. А роскошные исторические интерьеры выглядят так, будто бы назло всем встречным ветрам продюсеры выложили перед зрителем самые козырные карты. Все это резко контрастирует с феноменальной незадачливостью изобретателя, которого карикатуристы честят как «Демона над Парижем», но зрителю на ум приходит совсем иная ассоциация, связанная с «фанерой над Парижем». И от этого Гюстав Эйфель только становится нам ближе.

Денис Ступников, InterMedia