Фабио Мастранджело: «Новая «Летучая мышь» поднимет актуальные проблемы, вызванные COVID-19»
О РОЖДЕНИИ НОВЫХ ОНЛАЙН-ФОРМАТОВ В ТЕАТРЕ
— Они уже зарождаются. Мы начали проводить прямые эфиры, в которых рассказываем о классической музыке и даем возможность зрителю задавать вопросы. В частности, у нас была музыкально-кулинарная программа, в которой я связал настоящий рецепт пасты карбонара с оперой Пуччини «Тоска». Недаром французское словосочетание chef dorchestra (дирижер) частично совпадает с понятием «шеф-повар».
Порой онлайн-встречи проходили в непривычных условиях. Я сидел один в театре площадью 16 тыс. кв. м. В привидения, слава Богу, не верю, поэтому испугаться не удалось. Я готов искать компромиссные варианты, воплощать неординарные идеи как на сцене, так и в прямом эфире. Границы устанавливает только собственная фантазия.
О ВОЗОБНОВЛЕНИИ КОНЦЕРТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ
— 20 июня я был на первых после снятия карантина музыкальных мероприятиях, которые Валерий Гергиев провел в Мариинском-2. Днем состоялся бесплатный концерт для врачей. Вечером — платный, для всех желающих. Мне было тяжело мириться с тем, что в огромном зале из-за соблюдения норм безопасности присутствовало всего 600–650 зрителей. Зато я понял, как важно сейчас возобновить концертно-театральную деятельность. Валерий Абисалович рассказал мне, что все билеты на вечер были проданы в течение часа. Это значит, что люди скучают по живым впечатлениям, жаждут насладиться новыми программами и спектаклями.
Надеюсь, что в сентябре ситуация окончательно стабилизируется и удастся заполнить зал целиком. Но даже если нет, открыть сезон с ограниченным количеством публики лучше, чем не сделать ничего. Нужно оптимистично воспринимать реальность. Я из тех людей, кто смотрит на полупустой стакан и видит его наполовину полным. Придет в зал десять человек или 3 тыс., мы будем играть так, будто находимся в Карнеги-холле и это наш последний концерт. Каждый музыкант во время исполнения отдаст всё, что есть у него внутри.
О ПРЕМЬЕРЕ «ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ» ШТРАУСА В «МЮЗИК-ХОЛЛЕ»
— Новая «Летучая мышь» поднимет актуальные сегодня проблемы. Мы думали, как связать действие оперетты с ситуацией, вызванной COVID-19. Переклички предстанут в комическом ключе, но будут явными. Интересно, что, когда «Летучая мышь» родилась, в Вене переживали похожие времена. «Ан дер Вин» испытывал трудности со зрителями, и директор попросил своего давнего друга Штрауса помочь вернуть людей в театр. Я не говорю, что нужно обязательно ставить «Летучую мышь», для того чтобы привлечь публику в «Мюзик-Холл», но, надеюсь, премьера даст те же результаты.
О СОБЛЮДЕНИИ АВТОРСКИХ УКАЗАНИЙ В ПАРТИТУРЕ
— Свобода — не значит, что дирижер должен менять написанное композитором в партитуре. Но любое исполнение — это и есть свобода. Даже если автор, подобно Малеру, подсказывает дирижеру, как надо играть, она присутствует в динамике. У интерпретатора нет прибора, измеряющего силу звучания, — каждый чувствует ее по-своему. А некоторые композиторы, скажем, Брамс, редко выписывают цифровые обозначения темпов. Как исполнять в этом случае Allegro и Allegro molto? Важно соблюсти и донести до слушателя соотношение между этими темпами. Но насколько Allegro molto нужно играть живее, чем Allegro, решает дирижер.
При этом композиторские указания чрезвычайно важны. На фестивале мы исполним первоначальную авторскую редакцию «Бориса Годунова» Мусоргского. В ней есть нюансы, которые исчезают в оркестровке Римского-Корсакова. Например, одновременно играющие струнные пианиссимо и духовые форте — это настоящая революция в музыке. Такие композиторские штрихи я как дирижер стараюсь подмечать и максимально подчеркивать.
(Анастасия Попова, «Известия», 04.08.20)
