Рецензия на фильм «Запретная кухня»: Моя большая мультикультурная стряпня

Оценка: 6,5 из 10

Лирическая комедия «Запретная кухня» вышла на цифровых платформах 7 мая 2020 года. Режиссёр: Фернанду Гроштейн Андради. В ролях: Ноа Шнапп, Дагмара Доминчик, Марк Марголис, Александр Ходж и другие.

Двенадцатилетний потомок израильтян и палестинцев Эйб находится меж двух огней. Мусульманские и иудейские бабушки и дедушки норовят разорвать пай-мальчика, наперебой знакомя его со своими религиозными устоями. Поняв, что всем все равно не угодить, Эйб решает примирить родственников посредством кулинарных изысков. Но готовит он пока из рук вон плохо, хотя и убежден в обратном.

Понабраться уму-разуму Эйб решает у бразильского повара Чако. Опытный кулинар начинает с самых азов и шаг за шагом ведет ученика к кулинарному совершенству. Несмотря на это, проблемы в семействе Эйба нарастают как снежный ком.

В современном мире кулинарным премудростям уделяется не так уж много внимания. Вечно спешащим жителям мегаполиса проще утолить голод дешевым фастфудом из ближайшего ларька, нежели тратить уйму сил и времени, стоя у горячей плиты часами напролёт. Поэтому, наверное, и фильмы на гастрономическую тему либо оказываются комедиями (сериал «Кухня»), либо вырастают почти до уровня философской притчи (драма «Пряности и страсти»).

«Запретная кухня» ближе ко второй категории, но с поправкой на элементы романа воспитания. Не стоит удивляться, что обучение добродушного Эйба у требовательного Чака местами напоминает уроки мастеров боевых искусств. Вот только эту линию создатели фильма не вполне доводят до своего логического конца, постоянно отвлекаясь на неразрешимые мультикультурные противоречия.

Спору нет, тема большая и важная, но какого-то внятного решения проблемы нам так и не предложено. Параллель между изысканной стряпней и прихотливыми обычаями разных народов в фильме очевидна. Особенно убедительно она смотрится, когда в начале фильма перед юным героем оказывается три торта: два красивых и пышных с мусульманским и иудейским начертанием его имени — и неказистый с просторечной формой Эйб.

Попытки сбросить национальный колорит с парохода современности приводят к забавным казусам. Пожилые родственники Эйба до хрипоты спорят, кто изобрёл фалафель — мусульмане или иудаисты. Между тем, у зрителя это блюдо наверняка будет ассоциироваться прежде всего, с хипстерами, которым, кстати, фильм со своей расслабленной атмосферой и должен понравиться больше всего.

Денис Ступников, InterMedia