Рецензия на фильм Ксавье Долана «Матиас и Максим»: Возвращение в родные края
Оценка: 7 из 10
Канадская драма «Матиас и Максим» выходит в российский прокат 14 ноября 2019 года. Режиссёр: Ксавье Долан. В ролях: Ксавье Долан, Габриэль Д’Альмейда Фрейтас, Пьер-Люк Фанк, Энн Дорваль и другие.
В последнее время канадский режиссёр Ксавье Долан пристрастился к экспериментам. В 2014-м году на экраны вышла «Мамочка», практически целиком снятая в нестандартном квадратном формате изображения, а также ставшая первым фильмом режиссёра, в котором он не припас роли для самого себя. Затем последовала экранизация пьесы Жана-Люка Лагарса «Это всего лишь конец света» с исключительно французским кастом, а не канадским, как прежде. После чего случилась многострадальная и не раз попадавшая под нож в монтажной комнате «Смерть и жизнь Джона Ф. Донована», ставшая дебютом Долана на неродном английском языке. Лента про переписку суперзвезды и обычного школьника в очередной раз доказала: то, что звучит романтично на французском, на английском языке, скорее всего, будет пошло и вульгарно. До мирового проката, включая Россию, «Донован» добрался только в 2019-м (после сокрушительной критики на кинофестивале в Торонто в 2018 году картину отложили на полку), отчего «Матиас и Максим» – уже второй фильм Ксавье Долана, который штурмует наши кинотеатры за полгода.
На этот раз всё обошлось без экспериментов. Герои говорят на французском, сам Долан присутствует в одной из главных ролей, а вокруг одни канадцы. Никакой пьесы в основании, исключительно оригинальный сценарий. Без жанровых уклонов и новых сюжетов. Можно сказать, Ксавье Долан вернулся в родные края – на территорию трогательных, пусть и излишне сентиментальных, историй любви, в центре которых молодёжь, не понимающая своего места в мире и познающая собственную сексуальность.
Компания молодых людей прекрасно проводит время на вечеринке в доме одного из них – выпивают, шумят, танцуют до упада, рассказывают истории. Среди них и два главных героя: весёлый, взбалмошный Максим (Ксавье Долан) с отличительным родимым пятном на правой щеке и застенчивый, тихий Матиас (дебютант в кино Габриэль Д’Альмейда Фрейтас) с бородой и в ярком свитере. Мужское веселье прерывает сестра одного из ребят, которая в соседней комнате снимает короткометражный фильм в качестве своей студенческой работы. Девушка – яркая личность, она носит броскую модную одежду и разговаривает на странном гибриде французского и английского языков. Причём каждое внезапное проявление английской речи пробуждает в окружающих чувство недоумения: «Говори на понятном языке», — твердят ей всё время. Что это может быть, если не самоирония Долана, прекрасно понимающего, что чисто голливудская «Смерть и жизнь Джона Ф. Донована» вышла не тем, на что он рассчитывал изначально.
Начинающей кинематографистке требуются два парня для её фильма. Максим соглашается помочь, а Матиас проигрывает спор, в результате чего получает вторую главную роль. К удивлению обоих им предстоит поцеловаться на камеру. Интимный и важный момент для всего фильма Долан, будучи умным и опытным кинематографистом, естественно, оставляет за кадром, дразня зрителя воспоминаниями героев о нём весь остаток фильма. Однако это всего лишь пролог восьмой картины канадского постановщика, основная же сюжетная канва развивается у героев параллельно друг другу.
Максим, готовящийся через неделю уехать жить в Австралию, страдает от токсичных отношений с собственной матерью. Эта сюжетная линия возвращает зрителя к режиссёрскому дебюту «Я убил свою маму», в которой Ксавье начал изучать природу подобных отношений, затем продолжил в «Мамочке» и теперь снова вернулся к данной теме в «Матиасе и Максиме».
Матиас же погружается в работу, босс прочит ему повышение, но перед этим ему необходимо оказать приём молодому бизнесмену из США. Матиас встречает в аэропорту энергичного, заряженного американца Кевина МакАфи (Харрис Дикинсон) – персонажа, олицетворяющего маскулинность во всех её смыслах, которую редко увидишь в фильмах Долана. Присутствие Дикинсона на экране как рукой снимает меланхоличное настроение фильма, тянущееся с того самого рокового поцелуя, привнося в происходящее лёгкие нотки юмора и даже какого-то сексуального задора, не посещавшего Долана со времён «Воображаемой любви».
Возможно, главная проблема картины – что после столь трепетных и настоящих историй любви Элио и Оливера («Назови меня своим именем»), Марианны и Элоизы («Портрет девушки в огне»), Энниса и Джека («Горбатая гора») в эмоциональную связь Матиаса и Максима совершенно не веришь. Между Доланом и Фрейтасом нет никакой химии, никакого сексуального напряжения, никаких проявлений реальных чувств, от которых могла бы образоваться искра, воспламеняющая повествование. В какой-то момент и вовсе складывается ощущение, что того непоказанного поцелуя на самом деле не было. Долан уже доказал, что он не по годам талантливый режиссёр (мощный дебют в 19 лет, а затем два мастер-класса в режиссуре – «И всё же Лоранс» и «Мамочка»), но здесь, пожалуй, впервые Долан-режиссёр капитулирует перед Доланом-актёром. Вот только опять же – блистает он преимущественно в драматических сценах с матерью, а не в романтической линии из названия фильма.
«Матиас и Максим», при всех недочётах и откровенно портящим общее впечатление слащавом конце, хочется назвать одним из лучших фильмов Ксавье Долана. Парадокс объясняется тем, что искренность намерений режиссёра и его коронная эмоциональность, из-за которой его фильмы находят отклик у самой разной аудитории – от девочек-подростков до многоуважаемых членов жюри Каннского кинофестиваля, – никогда не были столь чистыми и невинными, как здесь. Это маленькое кино о маленькой любви. И пусть сама любовь показана скорее через запотевшее окно подвального помещения, с точки зрения кинематографа у «Матиаса и Максима» хватает сцен, врезающихся в память, как необычной формы пятно на щеке героя.
Вадим Богданов, InterMedia
