Андрей Макаревич: «У меня одна из самых сложных форм бессонницы — работа мозга не останавливается»

НЕ ХОТЕЛОСЬ ЛИ ЕМУ ОТМЕТИТЬ ЮБИЛЕЙ «МАШИНЫ ВРЕМЕНИ» КАК-НИБУДЬ НЕСТАНДАРТНО?

- Как ни печально, все, что с этим связано — достаточно банально. По-другому не получается. Публика ждет концертов с хитовой программой. Значит, надо ее делать и ехать в тур. Выпустить какую-то антологию. Это было не раз и большого энтузиазма у меня не вызывает. Но я чувствую обязанность отблагодарить наших верных поклонников, которые столько лет нас слушают и, кстати говоря, кормят. В принципе, на юбилеях у нас все уже было. Дважды играли на Красной площади, однажды — на территории Лужников. И «Олимпийский» был, и Тушинский аэродром (хотя и не в связи с круглой датой). Можно сыграть на Луне, например. Но это очень дорого. И никому не нужно. И на Северном полюсе не нужно.

ЗНАЕТ ЛИ ОН, КОГДА И КАК ПРЕКРАТИТЬ ИСТОРИЮ «МАШИНЫ ВРЕМЕНИ»?

- Мне кажется, это вопрос вкуса. Не только чутье, но еще какие-то умозаключения, наблюдения, выводы. Я очень мало сплю. У меня одна из самых сложных форм бессонницы — работа мозга не останавливается. Поэтому есть время обо всем подумать. И прийти к каким-то решениям или предложениям.

ОБ УЧАСТИИ В ЗАСЕДАНИИ НОВОГО СОСТАВА ЭКСПЕРТНОГО СОВЕТА ГОСДУМЫ ПО КУЛЬТУРЕ, КУДА ОН СОГЛАСИЛСЯ ВОЙТИ

- Компания собралась достойная. Во всяком случае я всех этих людей знаю, и почти всех очень уважаю. Калягин, Миронов, Хотиненко, Урсуляк, Сельянов, Шумаков, Толстой Владимир Ильич от администрации президента… Дело в том, что готовится закон о культуре, и Елена Ямпольская захотела, чтобы мы в этом участвовали. Обсуждались актуальные вопросы: попытки ограничить интернет, борьба с рэперами, позиционирование отечественного кино по отношению к Западу. Многие же хотят в данной сфере какого-то квотирования. Я был солидарен почти со всеми. Например, нужны ли худсоветы? Конечно, нет. Насчет квот в кино — надо думать. Но не как квотировать, а как поддерживать.

ОБ ОТНОШЕНИЯХ ВЛАСТЕЙ С КУЛЬТУРОЙ

- Я денег у власти не прошу. И, к слову, на заседании Совета, отвечая на вопрос, что делать с молодежной культурой, сказал: вы им не мешайте. Помогать не надо. Они сами справятся. Только не мешайте. Уберите от них ментов, вообще не позволяйте ментам вмешиваться в вопросы культуры. И весь Совет это тут же поддержал.

ПОЧЕМУ ОН СОГЛАСИЛСЯ ВОЙТИ В НОВЫЙ СОСТАВ СОВЕТА ПО КУЛЬТУРЕ?

- Этот состав Совета меня устраивает гораздо больше того, в который я входил раньше. Я делаю то, что считаю нужным, что не идет вразрез с моими представлениями о «хорошо» и «плохо». И меня не волнует, кто там что обо мне думал и предполагал.

Мы ужасаемся деятельности нашей Думы, не вставая с дивана. Ах, что они творят, какие они кретины, что за бредовый закон опять приняли?! А тут тебе предлагается как-то на это повлиять. Ты приходишь и видишь, что действительно, к тебе относятся серьезно. Значит, если есть возможность, используя мой ресурс, поменять что-то в лучшую сторону, я потрачу на это силы и время.

Скажем, пора прекращать идиотизм с возрастной маркировкой произведений и концертов: «6+», «12+»… Я понимаю, что это пустяк, по сравнению с глобальными вещами, которые вокруг происходят. Но хотя бы этот бред убрать из повседневной жизни, уже немножко светлее станет пространство.

О ЗАПРЕТАХ

- Будучи врагом всяческих запретов, я тем не менее сам попросил об одном запрете: давайте запретим орать по телевизору. Запретим орать одновременно нескольким выступающим. Потому что это просто калечит психику людей. Прости меня, но вообще 80 процентов населения Земли — идиоты. Надо это принять, как данность. <...> Да, себя я зачислил в эти оставшиеся двадцать.

О ГРЯЗИ, КОТОРАЯ НА НЕГО ЛЬЁТСЯ В СОЦСЕТЯХ

- Ты утром проснулся, зашел на свою страницу в соцсети, прочел там три хамских реплики и подумал, что весь мир тебя обосрал? А это просто три бота, три говенных бота. И о чем мы говорим? Я на это никогда не обращаю внимания. Кто там за меня, кто — против. Я — не кандидат в президенты, мне не нужен электорат. Я вижу, что сегодня меня читают и ставят лайки гораздо больше людей, чем два года назад. Из чего делаю вывод, что два года назад, к сожалению, я был прав. Благодаря чудовищным ошибкам нашей власти мы попали в говно, в котором сейчас сидим. И люди это начинают понимать.

ГАЛИЧ, ОКУДЖАВА ИЛИ ВЫСОЦКИЙ?

- Галич, хотя… Для меня и Окуджава не ушел в ретро. Он писал о вечном. А Галич о вещах совершенно конкретных. Просто эти вещи начинают снова происходить. Так сложились обстоятельства. А Высоцкий делал человеческие зарисовки. Это тоже не стареет. Люди-то не меняются в каких-то главных своих проявлениях.

(Михаил Марголис, «Лента.ру», 20.02.2019)