Дельфин: «Нас, очевидно, готовят к войне»

О ТОМ, КАК ЕГО НЕ ПУСТИЛИ НА УКРАИНУ

— К этому я подсознательно был готов, уже когда в самолет садился. То есть нас уверяли, что все будет хорошо и отлично, но я до последнего сомневался. И на границе уже все прошло спокойно, без эксцессов. Пограничники очень порядочно со мной себя вели, и наоборот, как-то хотели помочь. Чувствовалось немножко, что им самим не очень ловко. Понятно, закон есть закон, но закон абсурдный — и те люди, которые его принимали, тоже здравым смыслом не награждены.

СТАЛ ЛИ НОВЫЙ АЛЬБОМ ЕГО РЕАКЦИЕЙ НА ПОЛИТИЧЕСКИЕ НОВОСТИ

— Ну, он же должен был быть стилистически выдержан. Пришлось переключиться немножко, всплыть на поверхность из внутренних каких-то состояний, оглянуться вокруг, посмотреть на это глазами только что всплывшего человека и ужаснуться. И высказаться не за и не против — а просто обозреть то, что происходит, чтобы потом, может быть, опять уйти на дно.

О ТЕЛЕВИДЕНИИ

— Телевизор — очень мощный раздражитель. Достаточно пару-тройку раз в неделю посмотреть — так бодрит! Люди, смотрящие это постоянно, становятся заведомо руководимыми индивидуумами. Мне интересно, что глобально в мире происходит, но сильно не хочется погружаться — это разрушает и отвлекает от самого себя. Начинает проникать в твои мысли, как-то интерпретироваться и так далее. От информационного фона сложно куда-либо деться, даже если выключить все электроприборы

О КАКОЙ ВОЙНЕ ОН ПОЕТ В НОВОМ АЛЬБОМЕ?

— Наверное, речь идет в целом о современной войне, которая зачастую неоправданна. И люди, которые в ней участвуют, особенно в качестве исполнителей приказов, — это просто люди, исполняющие совершенно определенную, чужую волю тех, кто ими манипулирует. Причем даже не как людьми, а как какой-то субстанцией.

О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЕ, В КОТОРОЙ ЗАЛОЖЕНО ЖЕЛАНИЕ ВОЕВАТЬ

— Природа зачастую как раз и выстраивается государством. И если государство так ставит акценты, что тот, кто воюет, — герой, а, условно говоря, поэты или там хирурги — не такие герои… Это же все можно регулировать, выстраивать, смещать акценты. Я вообще сегодня подумал, что армия как таковая должна быть отделена от государства— как церковь. Чтобы светская жизнь не была с этим никак связана.

Потому что сейчас по городу развешаны рекламные биллборды «Юнармии» с изображением детей, а по телевизору предлагают выбрать название поинтереснее для наших новых ядерных ракет. Почти каждый день доносятся новости о том, какие мы крутые вояки и всех победили. И все в таком духе. Нас, очевидно, готовят к войне.

ЧТО ИЗНЕНИЛОСЬ В ЕГО ПОЛИТИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДАХ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ШЕСТЬ ЛЕТ?

— На самом деле, ничего не изменилось. Я по-прежнему занимаю наблюдательную позицию. Больным стало совсем плохо, а те, кто, казалось, были здоровы, тоже сильно захворали. Новая пластинка — ни в коем случае не участие в этих процессах, а скорее несколько раздраженный комментарий к происходящему. Не стояло задачи как-то лихо высказаться на злобу дня. А если бы она стояла, то, поверьте мне, это не звучало бы так тихо и скучно.

О РЕАКЦИИ СМИ НА ЕГО НОВЫЙ АЛЬБОМ

— Некоторые предыдущие записи имели большую художественную ценность. Но для того, чтобы донести их до максимального числа слушателей, приходилось вести долгие и нудные переговоры с различными СМИ об информационной поддержке. A с новым материалом даже просить никого не надо — все обращаются первыми. «Свежее жареное дерьмо, налетай!» По сути, такое поведение тоже является частью плана по подготовке к войне.

О СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ РЭПЕ

— Если судить по тому, что до меня долетает, — да, он изменился, хотя пацанское направление никуда не делось. Но появилось и другое. Сейчас очень много подростковых околосексуальных аллюзий, но это абсолютно нормально. Я тоже занимался в свое время подобным. Может быть, из этих людей в будущем, когда они повзрослеют, получится что-то более интересное.

(Александр Горбачев, «Медуза», 25.03.18)