Джими Хендрикс - «Начать с нуля. Моя собственная история» ***
2015, Издательство «Э»
На обложке есть слово «автобиография», вызывающее вопросы. Хендрикс написал немало абстрактных стихов, раздал порядком интервью и даже вёл дневники, которые почти все растерял - но автобиографию он, скончавшийся в 27 лет, написать не успел. Скорее всего, даже задуматься о её написании не успел. Впрочем, эти вопросы издатели снимают уже во вступлении к книжке. Это не биография и не автобиография, а талантливый монтаж, осуществлённый Питером Нилом и Аланом Дугласом. Они работали над биографическим фильмом о Хендриксе, перекопали множество источников и решили скомпилировать повествование из публичных высказываний Джими. Их набралось достаточно, чтобы максимально полно представить события 27-летней жизни человека, которого считают лучшим гитаристом в истории рок-музыки. Определённым минусом подобного формата стало отсутствие подробностей смерти Хендрикса: короткое сообщение из «Нью-Йорк Таймс», и всё. Так что тем, кто читает биографические книги и статьи только ради страниц, где описывается, сколько ехала «скорая», здесь ловить нечего.
Ещё одним героем издания стал дизайнер. Связного повествования всё равно не очень получилось, а вёрстка только усугубляет эффект «рваности». Верстальщику здесь дали «поиграть шрифтами» в своё удовольствие, в результате он меняет гарнитуру, кегль, цвет порой по нескольку раз на одной странице. К этому привыкаешь, конечно, но, на мой вкус, шрифтовых эффектов могло быть и поменьше. Особый пример дизайнерских причуд можно видеть прямо на обложке: слова «Начать с нуля. Моя собственная история» написаны белым по белому, и найти их можно только на ощупь или наклонив книгу под углом.
Ну что же, вернёмся к герою. Спустя 45 лет после смерти Джими Хендрикса уже можно признаться, что его помнят скорее как легенду из «клуба 27», чем как музыканта: помнят наркоманию и сжигание гитар, а не мелодии - да он и не был мелодистом, для Джими музыка скорее была инстинктом и он ценил в ней энергию, а не мотив. Книга, сама того не желая, объясняет, почему так произошло. Из высказываний Хендрикса вырисовывается образ не очень счастливого человека, перенёсшего множество трудностей, работавшего бог знает где за доллар и только на сцене ощущавшего себя в своей тарелке. Весьма интересно читать его письма из армии, когда он честно пытался стать настоящим десантником, некоторые интервью и сохранившиеся дневниковые записи. Крайне любопытно также наблюдать за тем, как нищего музыканта меняет неожиданная слава. Он, конечно, пытается убедить всех и самого себя в том, что он всё тот же Джими, но это не очень получается. «Когда к тебе приходит успех, на плечи ложится масса ответственности. Не все из нас выдерживают» - эту сказанную ненадолго до смерти фразу можно было бы сделать эпиграфом. Но в главах о последних трёх годах жизни Джими это едва ли не самое здравое высказывание музыканта: почти все остальные страницы он мечется, рассказывает о своих музыкальных планах, которые уже сложно отличить от фантазийных мечтаний, путано рассуждает о божественной природе музыки, жалуется на утомлённость гастрольной гонкой и устройство шоу-бизнеса... Поскольку читатель точно знает заранее, чем кончатся эти судорожные попытки разобраться с собой, то последние страницы выглядят даже более трагичными, чем медицинское заключение о болезни и смерти Джеймса Маршалла Хендрикса.
Алексей Мажаев, InterMedia
