Ольга Серябкина («Серебро»): «Когда работаешь с Максимом Фадеевым, совершенно не нужно читать контракт»

КАК ПОПАЛА В ФИЛЬМ «САМЫЙ ЛУЧШИЙ ДЕНЬ» ЖОРЫ КРЫЖОВНИКОВА?

— Жора позвонил нам в офис и предложил встретиться. Начал спрашивать, есть ли у меня киноопыт и т.д. Я сказала, что нет, но мне интересно попробовать, потому что он действительно классный режиссер. Потом начались пробы. Я честно проходила все этапы и не знала, что на эту роль было огромное количество претенденток. Я-то думала, что я одна-единственная! Берегли меня, наверное, чтобы не нервничала. Потом я узнала, кто еще пробовался на эту роль — это действительно крутые актрисы. Конечно, мне это польстило. Поскольку я не умею играть, спросила Жору: «Что мне делать?» Он говорит: «За тебя все сделала природа. Просто будь естественной. Ты — это она». Это был главный мой лозунг. Не то что мы с ней похожи, моя героиня и я — два разных человека. Для того, чтобы хорошо ее сыграть, я должна была представить, что с ней было раньше. Я ее внутренне сделала собой: вошла в ее кожу, можно сказать. Все время съемок я даже разговаривала с друзьями как-то по-другому, потому что чувствовала себя не Олей Серябкиной, а Алиной Шепот.

СТРАШНО ЛИ БЫЛО ВНИМАТЬСЯ В КИНО?

— Конечно! Ты вдруг понимаешь, что кино — это серьезный процесс. Плюс ко всему со мной играют Дима Нагиев, Инна Чурикова, Михаил Боярский. Самый сложный день был, когда снимали мои сцены с Инной Чуриковой. Я ее обожаю, смотрела практически все фильмы с ней. Сцена была очень эмоциональная: мне нужно было входить в конфликт, даже кричать на нее. Это такой психологический барьер! У меня ведь нет в голове тумблера, как у профессиональных актрис: кнопку нажал — ты поплакал, нажал другую — поругался, покричал. Мне было, наверное, сложнее, чем всем актерам в этом кино, потому что за мной нет актерской школы. А самая первая сцена была с Димой. Я так волновалась, что забыла все.

ПОЧЕМУ ПРИГЛАСИЛИ ДУБЛЕРШУ НА ОТКРОВЕННУЮ СЦЕНУ?

— Начнем с того, что у группы «Серебро» нет задачи рекламировать свое тело. То, что мы делаем в клипах, диктует музыка. Она провокационна, но у нас нет такого, что, допустим, Максим Фадеев говорит: «Девчонки, а ну-ка быстро надели короткие юбки!» Из нас троих я всегда самая раздетая, но не потому, что мне кто-то это велел. Просто я так чувствую. Для меня музыка — это и есть секс. При этом за все время моей творческой деятельности мне не поступало ни одного нелицеприятного предложения — потому что я никогда никого не зазываю. Что касается той сцены… Она должна была быть в сценарии, и мы действительно искали дублершу. Потом я приняла решение, что буду сама сниматься — казалось, так честнее будет. Но позже Жора решил, что в этой сцене нет необходимости, а просто спекулировать на голой груди не входило в задачи.

КАКАЯ ОНА ДОМА?

— Разница в том, что я дома без косметики хожу. Дома все то же самое, только там я… Чуть более медленная, так скажем.

О КНИГАХ

— Я очень много читаю. Чаще всего я это делаю на гастролях. Очень люблю поэзию. Мой любимый поэт — Есенин. Люблю Ахмадулину, Ахматову, очень нравится Гумилев. Самое любимое время — начало ХХ века, до Второй мировой войны. Еще недавно прочитала Анатолия Собчака. Думала, будет неинтересно, но оказалось, потрясающе написано. Читала недавно Ремарка, люблю Мураками. Мне больше нравится Рю Мураками, а есть еще Харуки. Они не братья, пишут совершенно по-разному. У Харуки вышла новая книга — я ее хочу почитать сначала на русском языке, а потом на английском.

О ШКОЛЕ

— Окончила с тремя четверками, остальные пятерки. Но не все любила. В каком-то классе у меня по физике должно было стоять два. Пришел мой папа и попросил тройку накарябать. Но я знаете как? Не мытьем, так катаньем. Я в школе была активист: пела, выступала. При этом делала упор на русский, литературу и английский — там что-то мне еще нравилось.

РАССТРАИВАЮТ ЛИ ЕЕ ЗЛОБНЫЕ КОММЕНТАРИИ В СОЦСЕТЯХ?

— Все зависит от того, как человек аргументирует. Напишет: «Ты дура», ну и что? Или «Вы плохо поете». Ну я скажу: «Чувак, приходи на концерт. Тебе понравится». А ему понравится!

ЛЕГКО ЛИ ПРОЩАЕТ ОБИДЫ?

— Тут есть две степени. Допустим, близкий человек нагрубил, наорал. Всякое же бывает, да? Для меня это ерунда. А если человек меня предал, то я его прощаю, но всегда стараюсь отпустить. Он выходит из моего сердца, и будто бы и не за что его прощать. Конечно, я попереживаю. Я на самом деле ранимый человек, мнительный. Меня легко задеть, когда знаешь ключики. А если предают… Вот совсем свежая история. У меня был друг. Мы с ним дружили около десяти лет. Говорят, мужчина и женщина не умеют дружить, а мы называли себя родственниками и классно общались. А потом он совершил поступок, который я считаю предательством. Сказала ему: «Надеюсь, это того стоит». Через год он мне написал: «Давай обратно дружить, я был неправ, я же близкий был тебе человек…» Я понимаю, что на него уже не злюсь. Я бы, может, даже хотела с ним заново дружить. Но сердце мое уже пустое. Мне кажется, самоеужасное, когда сердце опустошается и ты ничего к человеку не чувствуешь.

ЗАДУМЫВАЕТСЯ ЛИ О БУДУЩЕМ?

— Я привыкла жить сегодняшним днем. Когда ты живешь планами на будущее, ты пропускаешь то, что ты видишь сейчас. Конечно, это не значит, что я такой дурачок, который дожил до вечера и рад. Вы имеете в виду детей и семью?

МОЖНО ЛИ ЕЙ ВЫХОДИТЬ ЗАМУЖ ПО УСЛОВИЯМ КОНТРАКТА?

— Я не читала свой контракт. Когда работаешь с Максимом, совершенно не нужно этого делать. Если я захочу выйти замуж и родить ребенка, я это сделаю завтра же. Вопрос в том, что я Максима никогда не подведу. Просто ему об этом скажу. Думаю, он ответил бы мне так: «Ну давай запланируем, когда это лучше сделать». Мы не в тюрьме и не в кабале, у нас все делают, что хотят. Я живу сердцем и считаю, что пока не готова к детям и семье. Я живу музыкой. Это то, что меня вдохновляет, то, почему я пишу стихи. Музыка — моя огромная любовь.

БУДЕТ ЛИ СКРЫВАТЬ СВОЮ СВАДЬБУ ОТ ОБЩЕСТВЕННОСТИ?

— Я не сторонник жизни напоказ. С другой стороны, я не знаю, кто будет мой муж. Может, получится так, что это невозможно будет скрыть. Я не люблю ничего загадывать. Никогда не мечтала постоять в белом платье. Если его не будет, мне и не нужно. Для меня важнее суть. Я могу себе представить свою жизнь и с человеком публичным, и с человеком, далеким от музыки. Но пока такого человека нет.

(Сергей Ефимов, Teleprogramma.pro, 16.12.15)