Гильермо дель Торо: «Мне хотелось, чтобы «Багровый пик» был таким же возмутительным, как и вдохновивший его жанр»

О СЕКСЕ И НАСИЛИИ В «БАГРОВОМ ПИКЕ»

— Ну, я вообще считаю, что секс и насилие — основа нашей цивилизации, как бы хорошо или плохо это ни было. Что еще важно — для своего времени готические романы были возмутительны, они оскорбляли так называемых носителей хорошего вкуса. Понятно, что современному читателю они кажутся невинными — и буквальная экранизация «Джейн Эйр» сейчас вряд ли способна кого-то возмутить. Мне же хотелось добиться своим фильмом того же эффекта, который эти книги производили на своих современников. Поэтому я и взвинтил насилие и секс до предела. Буду рад, если они кого-то выведут из себя, — значит, я хорошо сделал свою работу.

О КИТЧЕ

— О, еще бы! Но это тоже правила жанра. Я хотел снять настоящую мелодраму, а какая хорошая мелодрама без китча? Без чрезмерных эмоций? В «Багровом пике» каждой из этих эмоций я хотел подобрать и визуальное решение. Вы заметили, как кардинально разнятся по цветам наряды героинь Мии Васиковски и Джессики Честейн? Они служат отражениями их характеров, так же, как и дом Шарпов является отражением их внутреннего мира, тем монстром, который породил их и сделал такими, какие они есть.

О ГЛАВНОЙ ГЕРОИНЕ

— Да, Эдит Кушинг — настоящий бунтарь, нарушитель табу, предписывавших женщине ее времени быть, в сущности, вещью, непременно зависимой от мужчины. Для меня это и правда было важно. Как я уже говорил, мне хотелось, чтобы «Багровый пик» был таким же возмутительным, как и вдохновивший его жанр — а кого можно возмутить сильным героем мужского пола, который спасает героиню от беды? Эдит должна была сама найти способ справиться со злом. Думаю, ее любовь к писательству в этом тоже помогает — настоящий писатель должен быть бесстрашным и при этом восприимчивым. И то, и другое справедливо в отношении моей героини.

(Денис Рузаев, lenta.ru, 15.10.15)