Ноэль Гэллахер: «Для меня самое главное — то, что я продолжаю писать музыку»
О ВОСПРИЯТИИ РОССИИ
— Я впервые приехал сюда еще в СССР, в 1989 году. Я тогда побывал в Эстонии, в Таллине, на музыкальном фестивале. Никаких шаблонов у меня не было. В первый приезд в Москву я сразу обратил внимание, что вижу именно то, что ожидал.
Теперь есть интернет, и можно довольно точно представить, как живут люди в другой стране. А когда вам разрешили в массовом порядке выезжать за границу, начала складываться картинка: как русские говорят, как они одеваются, как выглядят. Так что теперь мы вас более-менее понимаем, эра стереотипов закончилась. Я думал, что на Красной площади будет круто — так оно и оказалось. И памятники коммунистической эпохи тоже оправдали мои ожидания.
В Англии центральные улицы во всех городах одинаковые. Можно даже слегка преувеличить и сказать, что большинство центральных улиц в странах Европы одинаковые. В переулках пока еще сохранился местный колорит, но на главных улицах все те же магазины, те же бренды. У Москвы есть своя идентичность, потому что алфавит другой. Это, в общем-то, уникальная черта.
О МУЗЫКЕ
— Записанная музыка в принципе снижает необходимость совместного переживания. Но музыка — это не только записи. Вот, например, сегодня мы будем переживать музыку совместно. Мне повезло, что удается продать немного носителей, чтобы люди послушали и пришли на концерт. А все остальное не так важно. Опять же, музыкальный бизнес так быстро меняется, что совершенно непонятно, где мы окажемся через пять лет. Но не думаю, что стоит сильно беспокоиться об этом. Я за то, чтобы люди покупали музыку, я против стриминга. Но для меня самое главное — то, что я продолжаю писать музыку.
О ЛЕЙБЛЕ CREATION RECORDS
— Независимые лейблы могли легко спасти их хозяева — просто не продаваться мейджорам, и все. Алан Макги принял решение продать Creation Records, потому что он больше не чувствовал себя вовлеченным в процесс. А не чувствовал он этого потому, что подписал несколько групп, которые стали очень успешными, и пришлось расширять штат, нанимать кучу народа. Он вышел на слишком профессиональный уровень — и сам же в этом виноват, мать его. Он один в ответе за эту историю. Я не подписывался на его лейбл ради пары сотен человек в Глазго! Я заключил с его лейблом контракт, чтобы стать рок-звездой номер один. Только ради этого. Мне насрать, что он в результате потерял свой лейбл. Сам виноват.
О НОВОМ АЛЬБОМЕ
— Я все делал сам. Со мной был только звукооператор. Это определенно один из моих самых лучших альбомов. На немчетыре мои самые любимые песни всех времен — «Riverman», «The Right Stuff», «Ballad of the Mighty I» и «The Girl with X-Ray Eyes». Работа шла очень легко. Не знаю, буду ли я продюсером следующего альбома. Если честно, я только на полдороге осознал, что записываю альбом. Мы же просто работали над черновиками.
Продюсирование — не такая уж сложная штука. Я бы хотел развеять этот миф. Продюсеры не пишут музыку. Ну и что, что я сам продюсировал, — фигня это все, нет там никаких особых чудес. Песню написать — вот сложная задача. А продюсером любой дурак может быть. Это просто чувак, который говорит: «Давай сделаем вот так», наигрывает что-нибудь на гитаре, а ты говоришь: «Ага, нормально». Вот и весь секрет. Мне такая роль не нравится. Настоящий талант у того, кто песни пишет.
Что касается аранжировок, опять же, все зависит от песни. Написал несколько аккордов, они мне подсказали, как их надо оформить, — а я все-таки уже много альбомов записал и много чего послушал. Знаю, какие приемы работают… Нет, не люблю слово «работают», скажу по-другому: я достаточно знаю о музыке, и когда мне слышится какой-нибудь психоделический джаз, я знаю, как его нарулить. Мне тут сказали как-то раз: «С нетерпением ждем вашего следующего альбома, вы идете в интересном направлении». А я ответил, что понятия не имею о направлении. Мой следующий альбом… фиг знает, на что он вообще будет похож — может быть, на какой-нибудь из предыдущих. Главное, чтобы песни были хорошие, и мне неважно, как они будут звучать.
(Сергей Киселев, colta.ru, 18.06.15)
