«Телевизор» - «Концерт в Амстердаме» **
2015, «Геометрия»
Есть такой психологический тест: из нагромождения букв «пациент» должен вычленить слова, и первые три, которые он «увидит», будут означать его психологическое состояние: человек в депрессии непременно вытащит «боль», «страх» или «мрак», а оптимист поймает «счастье», «добро» и «демократию». В общем, покрутив в руках очередное переиздание «телевизоровских» залежей, я перевернул диск, и первой бросилась в глаза надпись: «Сыт по горло». А ведь и правда, подумалось. Сколько ж можно слушать эти мало отличающиеся друг от другу по наполнению и идентичные по оформлению переиздания? Даже если поставить в ряд эти красно-чёрные бокс-сеты, из их корешков никакая картинка не сложится. И вообще, если выбирать из переизданий «Телевизора», интерес в большей степени представляют диски 90-х и 2000-х. Среди них были невыпущенные из-за разногласий с издателем, а также те, которые остались почти неизвестными в силу слабой популярности группы. Между тем, публицистический дар Михаила Борзыкина на тех пластинках раскрылся в полной мере, местами даже с перебором, однако крылатыми его выражения вроде «газпромбайтера» так и не стали.
Как ни удивительно, но впервые изданная запись концерта 1988 года довольно чётко объясняет, почему это произошло. В конце 80-х «Телевизор» котировался наравне с «Кино», «Алисой» и «ДДТ», а кое в чём их и превосходил - в отважности текстов, например. В Советском Союзе, пусть и перестроечном, при фразах типа «Твой папа - фашист» и «Рыба гниёт с головы» по привычке вздрагивали и ждали, когда придёт милиционер, выключит рубильник и арестует смутьяна. Поэтому к песням «Телевизора» долго относились как к запретному плоду, хотя никто его уже не запрещал. С этой точки зрения концерт в Амстердаме можно воспринимать как акт чистого искусства - там милиционер на сцену точно бы не пришёл. И о чём же нам это издание говорит? Во-первых, о том, что на волне перестройки в Европу съездили некоторые русские рок-музыканты, а во-вторых, о том, что их там воспринимали явно как экзотических дикарей с Востока. В Амстердаме, где советская гниющая рыба и фашистский папа никому не интересны, «Телевизор» предстал не ниспровергателем основ, а средней руки музыкальной группой, пытающейся играть что-то типа IDM, но не совсем убедительной мелодически. Пение фактурного фронтмена, кажется, не очень сочетается с музыкальным сопровождением, большинство песен откровенно утомляют, а политически окрашенные композиции, если их послушать в Амстердаме или 27 лет спустя, удивляют разве что тем, что когда-то производили сильное впечатление.
В отличие от других героев Ленинградского рок-клуба, «Телевизор» свой тогдашний успех не монетизировал. Полагаю, что причиной для этого стала не только бескомпромиссная позиция Борзыкина, но и его скромные композиторские возможности. Возможно, если бы он действительно пошёл в публицисты, то у его статей было бы больше «лайков», чем недавней песни «Ты прости нас, Украина», которая, казалось бы, должна была стать предметом бурного обсуждения, но прошла совершенно незамеченной
Алексей Мажаев (InterMedia)
