Сборник «Поколение Егора Live.txt» **
2014, «Литературная Россия»
Я ехал в метро на одном из последних поездов к себе на «Планёрную» и слушал в наушниках «Гражданскую оборону». Что-то мрачное, скорее всего, «Прыг-скок» (да, я в курсе, что это не «Гражданская оборона», а «Егор и оп...невшие», но какая разница). Не помню, откуда ехал, но в прескверном настроении, которое только усугубляли стенания Летова в наушниках. Трезвый. Год был 1995-й или 1996-й, наверное.
Я сидел во втором вагоне (я всегда тогда ездил во втором, считая, что первый для лохов) в уголке «купе», где сиденья рассчитаны на троих человек (в вагонах на Таганско-Краснопресненской они как раз были нормального размера, в отличие от вагонов другой серии, где на том же месте умещалось 2,5 пассажира). Напротив сидели два парня в очень приподнятом и задиристом настроении. Их веселило даже моё хмурое выражение лица. «У мужика в ушах музыка играет!» - радостно сообщил один товарищ другому и изобразил некое танцевальное па. «Вот идиот», - подумал я, ибо сложно представить что-нибудь менее танцевальная, чем летовская «Про дурачка». Увидев, что я никак не реагирую на их стремление устроить праздник жизни, они переключились на другие объекты. Ночью в метро странно и интересно: поезд зачем-то подолгу стоит в тоннелях, куда-то едут сосредоточенные работники метро в униформе. Один такой вошёл в наш вагон с лопатой. Чуваков напротив страшно это возбудило. «Мужик, дай лопату, мы будем метро до Митина копать!» - заржали они. «Метростроевец» лопату не дал, тогда они попытались её отнять. После короткой стычки отстоявший лопату дядька дождался следующей станции и убежал в другой вагон, а в нашем таки нашлись приключения для их упорных искателей. Из другой части вагона пришёл решительный мужчина и, невнятно мотивируя свои действия фразой «не мешайте людям отдыхать», вступил в бой с этими двумя. Летов орал про «Прыг-скок», и казалось, что армагеддон пришёл в конкретно взятый вагон московского метрополитена им. Ленина.
Когда доехали до конечной, я загрузился впечатлениями настолько, что мне пришло в голову нечто странное: «Я тут на метро катаюсь, а там, наверно, Шурика убили». Выйдя из метро, я не пошёл домой, а отправился проверять состояние Шурика, всё так же не вынимая наушники. Тушинские пейзажи тоже казались непривычно апокалиптическими. Шурик оказался жив, не очень пьян и даже уже совершенно нетипично для субботы собирался спать. Я развернулся и пошёл домой.
Правдивая история, которую вы сейчас прочитали, вам в той же степени неинтересна, в какой неинтересен для читателей книжный сборник, выпущенный к 50-летию со дня рождения Егора Летова. Писать про Летова, видимо, невозможно - по крайней мере, ни у кого никогда не получалось, - поэтому все пишут о себе. Сборник изобилует эссе, вообще не имеющими отношения к Егору, и воспоминаниями о собственных впечатлениях авторов о музыке «Гражданской обороны». Вершиной этого метода оказался рассказ о том, как автор идеи книги Борис Борисов после концерта Летова пытался познакомиться с девушкой и потерпел неудачу. Гениально, браво, именно это мы и хотели прочитать к 50-летию музыканта.
Впрочем, тексты от Эдуарда Лимонова, Сергея Шаргунова, Романа Сенчина и Дмитрия Чёрного оказались ничуть не более информативными. За их глубокомысленными выводами и оголтелой левой пропагандой, которой изобилует книга, силуэт Летова не становится отчётливым. В принципе, многословием и неконкретностью отличались и большинство статей, опубликованных в последние годы жизни Егора, а уж после смерти «биографы» отвязались окончательно. Настолько, что из двух с половиной сотен страниц книги какой-то интерес представляют три страницы интервью Летова и пара репортажей с его концертов. Вообще репортажей в издании больше, но некоторые похожи на агитку НБП, а в некоторых автор больше пишет о себе, чем о «Гражданской обороне». Это не книга о Летове, а кривое зеркало и сборник фантазий, лишний раз убеждающий в том, что Егора надо слушать, но не надо про него ничего читать. По крайней мере до тех пор, пока кто-нибудь не сумеет написать нормально. Если такое произойдёт, я сообщу отдельно.
Алексей Мажаев,InterMedia
