Борис Гребенщиков: «Писать песни на злобу дня – недостойное занятие, превращение священнодействия в рыночную забаву»

16.05.2014 08:27 Музыка Рубрика: Дайджест

О КОНЦЕРТЕ В «АЛЬБЕРТ-ХОЛЛЕ»

- Что может быть нелепее, чем экономить на собственной жизни? Нужно наслаждаться лучшим, что может предоставить тебе мир. А Королевский Альберт Холл – это именно лучшее, зал с великими традициями. Я считаю, что петь на этой сцене – честь для меня. Друзья сказали, что могут помочь организовать здесь наш концерт, и я был рад согласиться. И буду рад, если на концерт придут люди, которые любят нашу музыку. А играть 16 мая будет в точности тот же состав, что до этого играл на Урале, в Москве, Петербурге, Прибалтике и Белоруссии.

Я стремлюсь, чтобы нам было комфортабельно и интересно играть на сцене. Я точно могу сказать, что нам уютно играть, когда на сцене атмосфера сада. Это не капризы примадонны: я просто знаю, что когда вокруг деревья и статуи, мы чувствуем себя более естественно. И из зала это выглядит более естественно, чем когда все происходит на голой сцене. Мне хочется, чтобы это было похоже на сон. Я пытаюсь сделать так, чтобы тем пяти или шести, или десяти людям, которые находятся на сцене, было бы комфортабельно играть настолько, чтобы они забыли про себя и играли музыку. С моей точки зрения, когда люди приходят в зал и видят голую сцену, на которой стоят музыкальные инструменты, – это немного странно. Мне кажется, что люди должны на сцене находиться в своем мире. И этот мир нужно создать, чтобы людям было комфортабельно жить там. Я смотрю из зала и думаю: "Вау! Как здорово им там! Живут же люди!" Для этого нужно, чтобы мы выходили на сцену и понимали: "Вау! Как здорово нам здесь!"

О НОВЫХ ПЕСНЯХ

- Я не стараюсь писать "веселые" или "печальные" песни. Песни пишутся сами, я просто их собираю вместе. И по поводу всего происходящего у меня нет ни оптимизма, ни пессимизма. Это есть так, как оно есть. И то, что я пою сейчас, то, что я не могу не петь – это моя реакция на то, что происходит сейчас. Оценивать я никак не берусь. Песня – это моя реакция на то, что происходит. Это может быть реакция на все, что угодно. Я чувствую так, и я не могу этого не петь.

Упаси меня Господь от соблазна "высказываться в песнях". В древности считалось, что писать песни на злобу дня – недостойное занятие, превращение священнодействия в рыночную забаву. Я тоже считаю, что песни – это великая тайна. И когда я начинаю писать, я обычно понятия не имею, чем она кончится. Меня ведет чувство правильности; появляется фраза или нота, и я чувствую, что это – та правда, которую я искал. Иногда это мучительно, мне не хочется этого писать, но внутри я знаю, что должно быть именно так. И в итоге получается, что песня передает что-то, что есть, но чего мы еще не видим.

ПОЧЕМУ НЕ КОММЕНТИРУЕТ ОТКРЫТО ПОЛИТИЧЕСКУЮ СИТУАЦИЮ?

- Мне, честно говоря, зачастую просто неловко читать высказывания деятелей искусств на злободневные темы – они уверены, что раз они популярны, то могут сообщить народу истину в последней инстанции. А еще и песни к этому подмешивать... Людям вообще свойственно подражать тем, кого они считают авторитетами. Поэтому использовать авторитет популярных людей – дело беспроигрышное; вот только чем больше его используют, тем меньше его остается. Поэтому я и не собираюсь выражать никаких точек зрения. Мне важнее песнями настроить слушателя на такую правильную волну, что точка зрения у него вырабатывается естественно, сама по себе, и она соответствует культуре человечества за последние несколько тысяч лет. Мое дело – писать и петь песни. А комментировать ситуацию (и песни) я оставляю другим.

Я не считаю, что я такая важная в мире фигура, что власти какой бы то ни было страны должны прислушиваться к моему голосу, поэтому и не высказываюсь. Не люблю брехать попусту. При этом я сотрудничаю с организацией Amnesty International и время от времени подписываю письма в защиту несправедливо заключенных в тюрьму людей. И дважды мне приходили письма благодарности от людей, которые в результате деятельности Amnesty были освобождены. Читать такие письма – большая радость.

Моя позиция не менялась в течение 50 лет. Все, что я делаю, делается в одном русле, и это русло никогда не менялось. А хорошая песня как зеркало, каждый находит в ней что-то созвучное себе. Мне приходилось видеть людей со всех политических сторон – справа, слева, откуда угодно, – которые подходили и говорили: "Спасибо за ваши песни. Это помогает нам делать то, что мы делаем". Значит, песни получились правильными. Как аптекарь, я не имею права отказывать людям в помощи.

ОЩУЩЕНИЯ ОТ РОССИЙСКОЙ ГЛУБИНКИ

- Я не езжу в глубинку. Я провожу там большую часть своей жизни. Я иногда заезжаю в Петербург - или в Лондон, или в Нью-Йорк, или в Париж. Но, в основном, последние 25 лет я нахожусь в русской провинции. И мое ощущение от России прекрасное, потому что в ней не переводятся живые люди. А что касается маньяков, которые хотят войны любой ценой с кем бы то ни было, как бы то ни было, которые хотят убивать не таких, как они – их всегда хватает, но они обитают поближе к власти, в больших столицах. Их почему-то значительно меньше в маленьких городах. Сумасшедших везде хватает. Просто ход человеческой истории - доказательство того, что, по счастью, не они определяют ход жизни. И мои путешествия показывают, что большая часть этой прекрасной страны все же совершенно нормальна.

О ПРЕДЧУВСТВИИ БЕДЫ

- Боюсь, что именно этого эффекта и добиваются подлинные устроители всего этого гиньоля (как бы их ни называть). Разжечь все возможные негативные чувства и загнать в безысходный мрак. Поэтому единственно возможная верная реакция – не поддаваться. Знаю по себе: тоже поначалу не мог не поддаться – и понял по результатам, что играю этим на руку тем, с кем не хочу иметь ничего общего. Я не за какую-то сторону – я за людей, их право на жизнь, мир и человеческое достоинство - и против нацизма, ненависти и агрессии между людьми, какими бы возвышенными словами это зло не прикрывалось.

О РОК-Н-РОЛЛЕ И ВОЗРАСТЕ

- Положа руку на сердце, торжественно клянусь, что в юности я ни на секунду не задумывался, что я буду делать в 60 лет. Я и сейчас не представляю себе, например, что со мной будет через полгода. Слишком много всего хочется сделать сейчас, мне не до завтра. Что же до "играть рок" – меня очень смущает слово "рок". Однажды на каком-то подмосковном фестивале я столкнулся с культурной формулой "пиво, титьки, рок-н-ролл" – и заметил, что не хочу иметь к этому феномену никакого отношения. Поэтому сойдемся на том, что я пишу и пою песни – а это можно делать хоть в 90 лет, если руки держат гитару.

О МОЛОДЁЖИ

- Я не имею никакого права ворчать на другие поколения; я сам был таким, как они; я помню, как старшие пытались добиться от меня, чтобы я жил так, как им нужно, и как изобретательно я уходил от их гнета - поэтому я отлично понимаю теперешних. Они имеют полное право совершать все положенные глупости, даже если мне это не нравится. Что же до раздражения, то меня не раздражает, а скорее печалит отсутствие желания читать книги во многих известных мне – и прекрасных во всем остальном - людях младше меня, но это их собственный выбор. Человечество всегда делится на образованных и необразованных людей; если человек выбирает примкнуть к необразованному большинству, то это естественный отбор. Воспитывать я могу только собственным примером.

(Александр Кан, Русская служба Би-Би-Си, 15.05.14)