Дмитрий Шепелев (муж Жанны Фриске): «Я могу понять людей, которых раздражало внимание к нашей семье»

О СЫНЕ

- Платон прекрасен. Самое лучшее событие за последний год, наша отрада. Он уже ходит. Даже не ходит - бегает! И поэтому все на стреме - чтобы он никуда не забежал, не нырнул в мусорное ведро. Не съел какой-нибудь грибок, не проглотил камушек. Последнее, что он выкинул: его уже искупали, спать пора. И тут бабушка говорит: не могу его найти, нет нигде Платона! А он спрятался в камине. Сидел там тихонько, пробовал на вкус угли и мазался золой. Пришлось заново его купать.

За этот год я приноровился к отцовству и, как любой молодой папаша, много чему научился: кормить, переодевать, гулять, укладывать спать... Ну и хитростей много разных освоил. Например, гонки по дому в детском кресле. Вы знали, что это останавливает слезы? Или вот еще. Как быстро определить, где в памперсе перед, а где зад? Я подскажу. Сзади всегда какой-нибудь взрыв нарисован, драндулет или бабочка, а спереди обязательно супермен или что-то не очень взрывоопасное. Проверьте.

О СОБАКАХ  

- Недавно сын сидел на полу с яблоком в руках. Пытался откусить. Понятно, пока у него это не особо выходит. Он засмотрелся на что-то, отвернулся. В эту секунду подошел лабрадор, тихо так, аккуратно слизнул яблоко целиком и так же незаметно испарился. Представьте, как удивился Платон. Так что собаки, мне кажется, очень рады. Я, кстати, считаю, что без них полноценного детства не бывает. Вот у моих родителей собаки не было никогда. И я впервые в жизни пошел гулять с собакой, когда мне было 28 лет. Это был один из самых счастливых дней для меня.

О САМОЧУВСТВИИ ЖАННЫ

- Определенно она чувствует себя лучше, чем полгода назад. И для нас это, конечно, огромная радость. Мы живем одним днем и не думаем о том, чем мы займемся через два года, куда поедем отдыхать следующим летом. Мы поняли, что важно радоваться тому, что есть здесь и сейчас. Потому что завтра может и не быть. Причем это любого человека касается. То, что Жанне лучше, означает, что впервые за этот год наша семья может быть вместе. Не нужно куда-то лететь, переезжать и совершать какие-то резкие действия для того, чтобы спасать человека. Это дает нам возможность наконец все свободное время посвящать друг другу. Я могу одновременно обнять и Жанну, и сына. Это самое важное.

ОБ ОТНОШЕНИИ К БОЛЕЗНИ

- Я из тех, кто предпочитает думать, что, во-первых, все будет хорошо, а во-вторых, все будет так, как должно быть. Есть вещи, которые я не могу изменить, и Жанна не может изменить. Да, нам остается какие-то вещи принять, но это не значит смириться. Знаете притчу про лягушку, которая взбивала молоко, пока не получилось масло? Весь этот год мы были такими лягушками. И кажется, у нас что-то получается. Я не могу сказать «у нас все круто, ребята, скоро мы вернемся». Но мы верим в это и радуемся каждому дню.

ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО СКРЫВАЛИ БОЛЕЗНЬ?

- Мы не из тех людей, которые выставляют свою личную жизнь напоказ. Эта ситуация не стала исключением. Она, конечно, застала нас врасплох. В этот момент мне пришлось принимать решения за нас двоих. Приходилось отвечать на вопросы «А почему она не прилетит завтра на выступление?», «Где она, мне нужно с ней поговорить?» и тому подобное. Я принял решение никому ничего не объяснять. Полностью сконцентрировался на одном - на здоровье своей жены.

Через некоторое время поползли какие-то слухи, да. Но мне было наплевать на слухи, нам было не до того, что пишут желтые газеты и что думают те, кто их читает. Когда спустя полгода нашей борьбы с болезнью это стало главной новостью таблоидов, было ощущение, что на меня упал рояль. Но тут двоякая ситуация. С одной стороны, есть вещи, которыми очень тяжело делиться с другими. С другой - когда вы говорите об этом вслух, появляются люди, которые могут вам помочь.

О РЕАКЦИИ НА ИЗВЕСТИЕ

- Конечно, были те, кто сказал «как жаль, как жаль» и исчез. Но были и другие, которые нам очень помогали. Словами, связями, деньгами... Я сейчас ощущаю потребность вернуть ту заботу, то внимание и то добро, которые мы ощутили. Вернуть и помогать тем, кто оказался в такой, как мы, ситуации. Я готов к созданию благотворительного фонда, готов рассмотреть любые предложения, делиться нашим опытом и помогать. Это один из хороших уроков, который я получил за это время: важно отдавать.

О СБОРЕ СРЕДСТВ НА ЛЕЧЕНИЕ

— Я могу понять людей, которых раздражало внимание к нашей семье. Не всем повезло так, как повезло нам, не все обладают таким ресурсом, чтобы бороться за жизнь и здоровье. Но если предлагают помощь, неужели кто-то в нашей ситуации отказался бы от нее?

Произошла утечка информации, пресса подняла шум, и я решил позвонить Константину Эрнсту с просьбой, чтобы нам не посвящали эфир «Пусть говорят». А после разговора с ним мы с Жанной приняли решение сделать заявление. Мы были первыми в нашей стране, кто сказал открыто о болезни не когда она уже миновала, а когда все еще очень и очень серьезно. И не жалеем об этом. Предложение о сборе денег поступило от «Русфонда» и «Пусть говорят». В результате собрали почти 68 миллионов рублей. Эта сумма значительно превышает затраты на лечение Жанны. Благодаря этим деньгам «Русфонд» спас жизнь уже семи детей. Это очень важно. И я очень горжусь своей женой. Она сделала то, на что никто в России не решался. Признаться, чтобы помочь другим.

О ПРЕОДОЛЕНИИ ОТЧАЯНИЯ

- Я не буду говорить о своей роли в истории. Вы знаете, Жанна - удивительная. Я не то что не видел таких женщин… я не встречал таких мужчин! Любой знает, что есть минуты отчаяния, когда кажется, что ты спишь и все, что происходит, - дурной страшный сон. Год назад я пережил это. И в те не самые простые минуты я видел, что человек, который нуждается в помощи других, в поддержке, в теплых словах, абсолютно спокоен. Я думал: ведь это я должен ей сейчас помогать! А она своим спокойствием помогала мне. Называйте это как угодно: приятие, мужество. Я уверен, что она переживает точно так же, как переживал бы любой человек на свете. Но Жанна не просто женщина, она - гармония. Есть вещи, которые мы не можем изменить. Но этому спокойствию у нее можно только поучиться. Она - фантастическая.

О НАСТОЯЩЕМ ВРЕМЕНИ

- Мы живем очень уединенной, обычной жизнью. Главная ценность для нас сейчас - проводить время с нашим сыном. Потому что этой возможности мы были лишены в течение года - сначала она, потом я. И мы наконец оказались вместе. Мы гуляем, купаемся. Завтракаем и обедаем. Вот что мы делаем. Мы втроем можем держаться за руки.

<...> Ходим в продуктовый магазин, на детскую площадку. Иногда путешествуем по городу. Можем позволить себе выйти в кафе или ресторан. Мы никого не стесняемся и не опасаемся. Да, есть любопытные  люди. Но не хочется проводить свою жизнь в страхе. Что нам скрывать? Да все вы знаете уже. Что вы не видели? Все видели. Нам нечего прятать.

О ЧУВСТВЕ БЛАГОДАРНОСТИ

- В течение года мы встретили огромное количество людей, которым мы должны сказать спасибо. Приведу пример. Один из наших американских врачей вызвался сопровождать нас из США в Европу. Взял увольнительную с работы, оставил почти на неделю молодую жену и грудного ребенка и полетел. Он не взял за это деньги, а просто сделал это от чистого сердца. В Нью-Йорке десятки людей писали нам и предлагали свои квартиры, чтобы остановиться, машины, просто помощь. Я должен сказать им большое спасибо. Иногда кажется, что ты совсем один со своей бедой. Но обязательно найдутся те, кто придет на помощь.

Я никогда не думал, что почувствую острую необходимость, именно необходимость написать книгу. Не о телевидении и шоу-бизнесе, а о том, с чем нам пришлось столкнуться и через что пройти, чтобы побороть эту страшную болезнь. О том, что случилось с нами, о том, как не терять веру в самих себя и в тех, кто рядом с вами. И о том, что нужно любить каждый день - не важно, черный он или уже светлый.

(Сергей Ефимов, «Комсомольская правда», 08.05.14)