Игорь Крутой: «Извинения Паулса, кроме меня, слышала только Лайма Вайкуле, а его заявление об уходе прозвучало на весь мир»

О «НОВОЙ ВОЛНЕ» БЕЗ РАЙМОНДА ПАУЛСА

- Да, Раймонд отказался участвовать в жюри. Его место займет Тото Кутуньо. Тоже, по-моему, неплохо, - сказал Игорь Крутой в интервью журналу “7 дней”. - Паулс - лицо Латвии, а успех конкурса в Юрмале - во многом результат ностальгии по нашему общему прошлому, когда все пели и слушали одни песни. Паулс - музыкальный символ ушедшей эпохи. 

ОБ УХОДЕ ПАУЛСА

- Из одиннадцати лет фестиваля семь или восемь он уходил. Это была такая игра. С другой стороны, мы говорили о том, что расставаться надо интеллигентно. В момент, когда Раймонд действительно решил бы откланяться, он пожелал бы «Волне» дальнейшего плавания, а мы с почетом и любовью его проводили бы. Увы, красивого прощания не получилось, маэстро предпочел громко хлопнуть дверью.

Отчего? Может, в угоду политическим амбициям… С ним не совсем корректно поступили в Латвии. Разорился банк, где сгорели деньги Паулса. Вероятно, таким образом Раймонд захотел выразить протест. При чем здесь я? И какое банк имеет ко мне отношение? Никакого. Я задал Паулсу тот же вопрос, когда Лайма соединила нас по телефону. Он сказал: «Прошу простить, если обидел». Но эти извинения, кроме меня, слышала только Вайкуле, а его заявление об уходе прозвучало на весь мир.

ОБЩАЮТСЯ ЛИ ОНИ СЕЙЧАС?

- А о чем нам теперь говорить? Я не вправе обижаться на Паулса, отчасти считаю его своим учителем, всегда декларировал уважение к композиторскому и исполнительскому дару маэстро, но все равно сейчас неприятно.

Он не сдержался, наплевал на то, что для меня дорого… Мы же много раз обсуждали с ним тему, я предлагал: «Раймонд, хотите - вместе закроем проект, как вместе его начинали». Нет, отвечал, это важно для молодых. А теперь выясняется, конкурс ничего не дает Латвии, идет экспансия русской музыки, мешая развитию самобытных латышей… Мне Паулс никогда не говорил подобного.

В любом случае он остается большой личностью, но гадать о его метаморфозах не берусь. Был момент, помню, Раймонд обижался, что не влияет на политику фестиваля, а я пытался объяснить, что мне нужно вскарабкаться на елку и кое-что не оцарапать. Найти пропорции, чтобы и рейтинг трансляциям обеспечить хороший, и молодым артистам шанс дать, и звезд эстрады в Юрмалу зазвать. Да, некоторые из тех, кого я приглашал на «Волну» в качестве почетных гостей, раздражали Паулса. Не буду называть фамилии. Он в ответ предлагал устроить вечер современной латышской песни... Впрочем, что теперь оглядываться и вспоминать? Надо смотреть вперед.

О НОВОВВЕДЕНИЯХ «НОВОЙ ВОЛНЫ»

В этом году впервые не только конкурс исполнителей, но и концерты звезд пройдут с живым звуком. Они будут петь, а не открывать рот под фонограмму. Не скрою, часть артистов в результате отпала. Сами поймете, о ком речь, когда увидите трансляции из Юрмалы. И среди тех, кто приедет, немало волнующихся, переживающих. В принципе, людей понять можно: многие звезды слишком злоупотребляют фанерой, отвыкли выступать со сцены живьем. Когда-то с этим надо было начинать борьбу. Наступает своеобразный момент истины. Да, риск есть, но мы были обязаны прийти к такому решению. Иначе зачем все это?

ВЫГОДЕН ЛИ КОНКУРС С КОММЕРЧЕСКОЙ СТОРОНЫ?

- Нет. Прибыль, которую удается получить, несоизмерима с затратами на организацию. Этим ведь приходится заниматься практически весь год. Заканчивается одна «Волна», начинаем готовиться к следующей. Надо разместить в Юрмале тысячу двести человек, привезти телевизионную технику, заказать спутник для передачи сигнала… А поиск конкурсантов по всей России и ближнему зарубежью? За это время можно было бы сделать другие проекты, более привлекательные с финансовой точки зрения. С «Волной» крутимся вокруг суммы семь миллионов долларов. Если выходим за рамки, мне приходится докладывать свое. То меньше, то больше. Такое случалось много раз. В год, когда приезжал Стиви Уандер, минус составил 800 тысяч долларов. Его гонорар? Да, эти деньги не входили в бюджет, я заплатил сам.

Для меня присутствие Уандера было важно, оно поднимало фестиваль на иной уровень. Стиви никогда не выступал на постсоветском пространстве, а к нам прилетел. После его концерта получил SMS от Игоря Бутмана: «Уандер — гений, а ты — крутой».

(«7 дней», 05.07.2013)