ЕВГЕНИЙ ХАВТАН
'Я знаю, что когда музыкант участвует в подобного рода марафонах, к этому есть какое-то предубеждение, отношение, что музыканты делают это для пиара. Вот здесь я совершенно искренне заявлю, что здесь не было никакого пиара. Просто когда поступило предложение спеть песню, которая соответствует этому состоянию, попадает в настроение этого концерта, я с удовольствием согласился это сделать. Я совершенно не думал, что эту песню мы будем исполнять раньше, потому что эта песня с нашего готовящегося к выходу нового альбома. И честно говоря, сегодня состоялась одновременно премьера этой песни. Я думал мы споем на 20-летии, на юбилейных концертах, и так сложилось, что нам пришлось сыграть ее раньше. А почему мы здесь: Потому что мы редко играем в такого рода концертах, и я вообще не очень хочу играть в таких концертах, чтобы был повод для таких концертов. Но вот то, что сейчас произошло:. Переполнило уже: что называется, выше крыши: Уже и поэтому было мгновенно принято решение, что обязательно нужно играть и показать свое отношение всем этим гадам, которые стреляли в спину детям, и помочь хотя бы чем-то страдающим людям. Я понимаю, что никакие слова, никакие песни, никакие деньги - они не вернут погибших детей, родственников. Но сам факт того, что мы здесь вместе и участвуем, это не какие-то там большие слова - это просто наше состояние'.

ШУРА БИ-2
'Я не знаю, что мы можем сделать, но если наше появление здесь поможет кому-то и что-то действительно произойдет, переведутся какие-то деньги - это, слава богу, тем самым оправдано. А что делать? Я не знаю, что делать. Надо что-то глобально менять наверху, может быть. А может быть, внутри'.

ГАРИК СУКАЧЕВ
'Если говорить о музыкантах, если говорить о простых людях - то да, это все, что мы можем. Мы можем именно таким образом выразить свою сопричастность к тому, что происходит в нашей стране, в нашей по-прежнему несчастной стране, с нашими детьми, прежде всего, и, вообще, со всеми нашими людьми. Вы знаете, на самом деле предъявлять счет к сегодняшнему правительству было бы, наверное, не совсем справедливо. Я думаю, что если говорить об этом, то нужно говорить о начале 90-х годов - тогда все началось. И когда в 91-м году я приехал домой с баррикад, я ехал за последним БТРом на такси, который вез меня совершенно бесплатно, когда узнал, что я оттуда, с баррикад еду. У меня был маленький ребенок, ему было тогда шесть лет, сейчас ему 19. Когда я уезжал, я написал жене короткую записку, почему я туда еду. К счастью, я вернулся, и они еще спали, и я эту записку порвал и выкинул в мусорное ведро. Но на следующий день Ельцин приехал к Белому дому и встал на БТР, как Ленин на броневик, и произнес речь. Я был там не тогда, когда он произносил речь, а чуть позже. Но уже была видна вот эта ужасающая истерия; гигантское количество провокаторов, которые носились там, и всякая сволочь, которая устраивала концерт, который назывался 'Рок на баррикадах'. И я не стал участвовать в этом концерте, я просто развернулся и уехал домой. И когда я приехал домой, мы сидели с женой дома на кухне, на малюсенькой кухоньке, разговаривали. Я ей сказал: 'Оля, это только начало, мы умоемся кровью. Это начало большой-пребольшой крови в нашей стране'. Я всегда кляну себя, когда вспоминаю эти слова, потому что говорят 'накаркал', я сам себе говорю: 'Почему тебе, дурак, все это лезет в голову и так далее'. Поэтому, если говорить о сегодняшнем правительстве, мы должны предъявить ему счет сегодняшнего дня. Но мы должны понимать, что все началось очень давно, и, собирая деньги, я прекрасно понимаю, что страна погрязла в этих деньгах, что это такое мерило успеха стало: Люди отдают свои маленькие денюжки: Вот все, кто посылает деньги сейчас - это люди хорошие, настоящие и обыкновенные люди. А те, кто платит диверсантам: Мы называем террористами этих людей, которые убили детей и взрослых в школе. А я их не называю террористами, я их называю диверсантами, которые выполняют свою боевую задачу. И вот эти деньги, которыми они финансируются, получают свои зарплаты за то, что они убивают ни в чем не повинных людей, - это результат этого поганого десятилетия, результат этой поганой чеченской бойни. Где ни за что ни про что убивали наших 18-летних ребят, и продавали их - перепродавали. Это результат первого басаевского похода, когда ему дали уйти, и когда они победителями уходили из больницы, в которой, между прочим, были женщины и дети. Это были, наверное, первые маленькие дети, которых мы увидели по телевизору. Ужаснулись, но почему-то не навсегда ужаснулись и стали какой-то обыкновенной человеческой жизнью жить: Но что же мы можем противопоставить? Только самих себя. Наши ребята, которые сейчас погибли, спецназовцы, МЧСовцы, они противопоставляют себя, ставят самих себя, чтобы детей не убили эти изверги. Но фишка в том, что они будут их убивать. Вот в чем дело. И все слишком глубоко завязло, для того, чтобы завтра это кончилось. И я до сих пор почти ни от кого не слышу то, в чем я глубоко уверен и убежден, я говорю не первый год об этом, что мы находимся в Третьей Мировой войне. Мы в ней уже находимся, и она только разгорается. Она еще находится только в своем апогее: Мы еще не дошли до Сталинграда. Мы еще очень далеко от того, чтобы сломать хребет фашистской гадине, очень далеко, но мы должны предъявлять счет к нашему правительству, ко всем людям, которых мы, между прочим, сами и выбирали. И я думаю, что мы прежде всего должны иметь настоящую информацию и реагировать на эту информацию. Все это слишком далеко завязло, вот и все. ХХI век - ужасающий. Начало XXI века - ужасающее. И если оно ужасающее было, начало XXI века, ближайшее годы не сулят нам ничего хорошего. Вот и все'.

ВЛАДИМИР ШАХРИН
'Я не знаю, что мы можем сделать. Я думаю, что это хорошо, что мы не знаем, что сделать. Значит, все-таки мы не готовы к тому, чтобы такие ситуации были в природе, это какой-то чудовищный нонсенс, что этого не может быть, что этого не должно быть. И мы, наверное, и не должны знать, как вести себя в таких ситуациях. Я думаю, в данной ситуации все, что касается искусства: искусство может стать таким хорошим, таким очень правильным демпфером выплеска эмоций человеческих для такой какой-то глобальной нелюбви, которая в данный момент происходит. Да, это могут быть любимые картины, это могут быть любимые фильмы, любимая музыка и музыканты, которых ты любишь. Я не знаю. Мне кажется, от этого может стать немного легче'.
(по материалам пресс-службы 'Нашего радио').

НЕ ПОЖАЛЕЛ ЛИ, ЧТО СТАЛ УЧАСТВОВАТЬ В ПРОЕКТЕ «ГОЛОС»

- Нет! Но в эмоциональном плане здесь, конечно, очень тяжело. От привязанности к людям, от того, что нужно брать на себя ответственность и принимать решение, которое обсуждает потом вся страна. Это ад! Я думаю, что если участник мудрый и умный, то, уходя, он сделает для себя правильный вывод. И будет стараться сделать себя лучше, пытаться исправить ошибки, но не будет обвинять наставника. Признаюсь, у меня даже сон нарушился от переживаний. Порой мне снится, что кто-то из наставников придумал какую-то сумасшедшую вещь. Я просыпаюсь от страха, что ничего не придумал или что у меня что-то не получилось.

ПО КАКИМ КРИТЕРИЯМ ОЦЕНИВАЕТ СВОИХ УЧЕНИКОВ?

- Стараюсь оценивать не только по голосу, но также по энергетике и по тому, что из себя представляет человек. Артист не сможет стать популярным, если он внутри пустой.

СПОРИТ ЛИ С УЧЕНИКАМИ?

- Бывает, что я уговариваю спеть их какую-то определенную песню. А так я им всегда говорю: меня имеют в Интернете, а я имею вас! Но все равно общение происходит на дружеской ноте...

РУГАЕТСЯ ЛИ С НАСТАВНИКАМИ?

- Многое остается за кадром, например, споры с Градским. Недавно он не очень хорошо высказался обо мне. Если бы это случилось лет шесть назад, я бы, наверное, сильно переживал. Но сейчас... Думаю, мы как-нибудь вырулим эту ситуацию.

ПОЧЕМУ ГРАДСКИЙ СКАЗАЛ, ЧТО ОН ПОЕТ СЛАБЕЕ СВОИХ УЧЕНИКОВ?

- Александр Борисович старше, ему кажется, что он мог себе такое позволить. Я считаю это неправильным. Но я не стал вступать с ним в полемику, а оставил это все на его совести. Я его, безусловно, уважаю, но подобные вещи не должны происходить!

НЕ БОИТСЯ ЛИ ВЫРАСТИТЬ КОНКУРЕНТОВ?

- Любой мудрый артист понимает, что ничего в жизни не дается просто так. И со временем любая самая новая звезда все равно станет бывалой, так скажем...

ЧТО ЖДЕТ ПОБЕДИТЕЛЕЙ ШОУ?

- В Британии благодаря подобному проекту два человека стали поп-идолами. Поэтому и у нас большую звезду ждать нужно.

(Life Showbiz, 19.12.12)

О КАРАОКЕ-КЛУБАХ

- Был у меня горький опыт. Как-то на гастролях хозяева караоке-клуба пригласили меня поужинать. Конечно, я не смог удержаться и попытался спеть одну из своих песен. Уже не помню, то ли это была «Ярмарка», то ли «Куда уехал цирк». В результате я забыл слова, и караоке поставило мне «тройку». Больше я таких попыток не повторял.

ОБ ИТОГАХ 2012 ГОДА

- Это был так называемый юбилейный год. При всей моей нелюбви к слову «юбилей» 40 лет на сцене такая цифра, от которой не отвертишься. Пришлось делать программу и ехать в юбилейный тур. Как раз сейчас со своим шоу я нахожусь в Киеве. К тому же выпустил диск — видео этого концерта под названием «Художник». В общем, год очень насыщенный, трудный, и я жду не дождусь, когда он наконец закончится. От будущего года жду, чтобы он был не хуже, чем уходящий.

ВЕРИТ ЛИ В КОНЕЦ СВЕТА?

-  Я вам приведу простой пример. По телевизору 24 часа в сутки идет реклама: «Наступает конец света! Но вы еще успеете покататься на автомобиле своей мечты». Вот вам и ответ. Это не конец света, а хороший бизнес-проект. А еще говорят: «В Россию конец света не придет, он из нее выйдет».

ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ?

- Мудрецы уже головы себе разбили, пытаясь расшифровать и дать объяснение этому феноменальному человеческому чувству. Но, по-моему, ответ, который бы устроил всех, так и не найден. Боюсь, и я принадлежу к числу людей, которые безуспешно искали ответ на этот вопрос. Думаю, объяснение этому чувству рождается внутри каждого человека. Надо просто прислушиваться к себе.

О СВОЕМ ПЕРВОМ КОНЦЕРТЕ

- Мой первый концерт в статусе профессионала был в деревне Лойма Коми АССР. Мороз стоял лютый, градусов 40. Клуб располагался в здании церкви. Помню, чтобы хоть как-то согреться, мы сначала раскопали дрова, сбили с них лед, потом затопили в церкви печки, которые в результате задымили все здание. Пришлось проветривать, вымораживать и снова топить. Я этот концерт никогда не забуду. Холод стоял жуткий, пришли, наверное, человек сорок. Но это была моя победа! Несмотря на страшный холод, я был одет во что-то экзотическое, уже тогда терпеть не мог строгих концертных костюмов.

О НОВЫХ ПЕСНЯХ

- У меня сейчас огромная проблема с репертуаром. Нет ничего достойного, во что бы можно было вложить силы и энергию. Несколько новых песен, которые появились буквально на днях, — единственное, что удалось накопать из огромного вороха материала практически за целый год.

О ВЕЩАХ

- Признаюсь, шкафы меня буквально выживают из квартиры. Я уже и на аукционах вещи продавал, раздаривал их, даже сжигал. Помню, как-то на даче устроил огромное кострище из старых фотографий, костюмов, обуви. За один раз спалил все 70-е годы. А любимые костюмы те, что появились недавно. На самом деле мне совершенно неважно, выгляжу я модно или нет. Одеваюсь по настроению, лишь какие-то элементы подсказывают модные дизайнеры. Например, сейчас у меня появилась тяга к комбинезонам. Началась такая эпоха комбинезонов.

ПРАВДА ЛИ, ЧТО САМ ШИЛ СЕБЕ ОДЕЖДУ?

-  Это было очень давно, в середине 70-х. Я не мог выходить на сцену в том, что мне предписывалось,- костюме и галстуке, поэтому начал придумывать наряды сам. Правда, никто не брался шить то, что я рисовал. Пришлось самому освоить элементы кроя. Довольно успешно этим занимался. Пять лет ковырялся с выкройками, нитками и лекалами. Лишь в 1980 году у меня появился художник, который стал все мне придумывать. С тех пор я не брал в руки иголку и нитку.

ПРАВДА ЛИ, ЧТО РАЗВОДИТСЯ С ЖЕНОЙ?

-  Неправда! Придумал все это какой-то дурак, чтобы увеличить тираж «желтой» прессы. Остальные подхватили. У нас с Люсей все в порядке. Новый год, как обычно, отпразднуем вместе в нашем доме в Майами.

ЧТО ЕГО МОЖЕТ РАССТРОИТЬ ИЛИ РАЗОЗЛИТЬ?

- Ответ мой очень прост, причина может быть только одна — глупость! Это самое страшное для меня качество в человеке. К сожалению, с ним я сталкиваюсь довольно часто.

О ТАТУИРОВКАХ

- Просто однажды я почувствовал, что мне это нужно и сделал первое тату. Это было ровно двадцать лет назад. Охоту не отбил и поэтому позже сделал себе еще и еще. В конце концов их теперь восемь штук, причем на разных местах моего тела. Время шло, мода менялась. Вначале были изображения животных, потом орнаменты, иероглифы. Когда я понял, что превращаюсь в лоскутное одеяло, решил соединить все татуировки некой эстетикой рисунка, которая бы закрыла все мое разностилье. Теперь у меня одна большая татуировка, которая начинается от пяток и заканчивается у затылка.

ОБ ОТНОШЕНИЯХ С ЛАЙМОЙ ВАЙКУЛЕ

- Мы никогда не были с Лаймой дружны, поскольку дружба предполагает совместное времяпрепровождение. У артистов просто такой возможности нет. Мы с Лаймой в приятельских отношениях, не более того. Когда встречаемся где-нибудь на гастролях или на телевидении, здороваемся, смеемся, хихикаем и... разъезжаемся в разные стороны. Однажды у нас с Лаймой был действительно удачный дуэт. Мы с ней сходились тембрально, по фактуре и даже по движениям. Но дуэт — это уникальный живой организм, который найти и сохранить очень тяжело. А нынешнюю тенденцию, когда двух известных артистов «сливают в один стакан», делая дуэты, я не приветствую. Не знаю, с кем бы я сегодня мог вместе спеть. Наверное, такого исполнителя нет.

КТО СЛЕДИТ ЗА ЕГО ПИТАНИЕМ И ДИЕТОЙ?

- Никто за мной не следит, а диета у меня одна: закрыть рот! Я никогда не придерживался никаких норм. Уезжая на гастроли, питаюсь в гостинице, в которой живу. Бывая в Киеве, всегда останавливаюсь у своих старинных друзей Вали и Коли. Они невероятно хлебосольны.

КАК ВОССТАНАВЛИВАЕТСЯ ПОСЛЕ РАБОТЫ?

- Лежа. Укладываюсь на диван с книгой или смотрю кино и наливаю себе в бокал сухое вино. Не люблю слушать музыку, когда отдыхаю. Увы, по жизни мне приходится слушать столько бездарной музыки, которую мне присылают, что я от нее страшно устаю. Теперь для меня тишина — лучшая из композиций.

О ПОДДЕРЖАНИИ ФОРМЫ

- Единственная моя нагрузка — это сорок минут тренировки в любом месте, где бы я не находился. В свое время купил два ремня (американская система), которые крепятся за любую дверь. С их помощью можно работать с собственным весом. Это то же самое, что возить с собой 40 килограммов гантелей. У меня есть определенная система упражнений, которую выполняю каждый день. Без этого я уже давно оплыл бы. Все-таки возраст уничтожает упругость тела.

О ЛЮБИМЫХ МЕСТАХ ОТДЫХА

-  Мне кажется, что в прежней жизни я был островным жителем. Всегда хочется на острова, даже летом, когда очень жарко. Я уже был на Гавайях, Виргинских островах, Майорке, Мальдивах, Канарах. Теперь прицеливаюсь на Сейшелы. С каждого острова привожу какую-нибудь безделушку. Кстати, вот вам и коллекция: я собираю острова...

(«Факты и комментарии», 17.12.12)

О ПРЕДСТОЯЩИХ РОЖДЕСТВЕНСКИХ КОНЦЕРТАХ

— Мы готовим к Рождеству именно акустический сет, он будет очень красивый, будет звучать акустическая арфа. Еще у нас будет сюрприз. Я сейчас на связи с замечательной женщиной — художественным руководителем детского ансамбля гусляров. У нас будет 6 маленьких детей с гуслями. Мне кажется, что это будет красиво, когда на сцене стоит одна большая кельтская арфа и вокруг 6 маленьких гуселек. Этот колокольчиковый звон инструментов — очень волшебный рождественский звук. У нас будет сказка!
А когда еще можно сделать что-то волшебное, как не на Рождество? Поэтому мы каждый год и стараемся. И еще одна завлекалочка — мы выпускаем рождественский мини-альбом. Он состоит из 5 песен, на этой неделе у нас заканчивается запись, все треки прописаны, наступает момент сведения, дизайнер уже рисует эскиз обложки. Мини-альбом называется «Радость моя».

О ПРАЗДНИКАХ

- Новый год для моих детей — всегда два, а то и три праздника. Мои дочки еще крошечки, старшей — 4 года, младшей — полтора. Поскольку мы всегда едем на католическое Рождество в Ирландию к родственникам мужа, так как дети — католики. Мы идем к мессе, причем старшенькая Нина почему-то чрезвычайно набожна, она мне рассказывает, как за ней следит Дева Мария, приходит к ней в снах и помогает. Потом к Новому году мы приезжаем в Россию, соответственно, традиционный Новый год с апельсинами под елочкой происходит здесь, и православное Рождество мы тоже празднуем.

ЧТО ПРИГОТОВИТ К СТОЛУ НА НОВЫЙ ГОД?

— Мы запекаем обычно свиной окорок с чесноком в духовке. Фаршируем икрой вареные яйца, делаем «селедку под шубой», печем пирожки, вернее, как любая семья с корнями в Краснодаре, жарим пирожки на сковородке. У родственников мужа это естественно рождественская индейка.

О ПОДАРКАХ

— У меня бывают совершенно прекрасные подарки. Муж дарил мне и кобыле седло на Новый год. У нас всегда с мужем такие подарки: на день рождения — горнолыжные ботинки, на Новый год — седло. Лучший подарок был от мужа на Новый год 5 лет назад — билет бизнес-класса, чтобы лететь вместе с ним в Новую Зеландию на две недели. Ему предстояло лететь по работе, и он решил взять меня с собой. Это было здорово.

КАК УДАЕТСЯ СОВМЕЩАТЬ НАУЧНУЮ КАРЬЕРУ, МУЗЫКУ И ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ?

— Когда я защищала кандидатскую диссертацию, у меня еще не было мужа, и рожать детей было не от кого. Но мои родители поженились сразу после того, как закончили университет. Они оба писали и защищали кандидатские диссертации, когда уже была я, и ничего, справились. Мне кажется, что в данном случае не должно быть вообще никакой корреляции. Если хочется детей, пусть будут дети. Если хочется кандидатскую, ее всегда можно сделать, у нас прекрасное законодательство о декретном отпуске и отпуске по уходу за ребенком. Это все можно сделать. У меня есть подруга, у нее двое маленьких сыновей, и она защитила кандидатскую вскоре после рождения младшего сына, писала ее всю беременность и защитила, когда ребенок был совсем маленьким.
Я всегда, когда приезжаю с гастролей, обязательно выделяю себе1-2 полностью свободных дня, чтобы побыть с детьми, погулять, съездить в парк им. Горького, сходить со старшенькой в Детский музыкальный театр. Я достаточно внимательная мама, которая следит за тем, что дети делают. Я помню интервью в журнале с Волочковой, которая родила дочку и поехала тут же по гастролям. Там была фраза, которая меня совершенно потрясла: «Я приезжаю с гастролей, а они мне говорят, что Ариша уже ходит». Это так грустно! Такая хорошая девочка. Там была фотография девочки с безумно грустными глазами. Я стараюсь делать все, чтобы у моих детей не было грустных глаз.

О СОВРЕМЕННОМ ОБРАЗОВАНИИ

— Сейчас мне кажется, что единственный шанс избежать развала, это увеличение количества частных школ, которые занимаются либо по индивидуальным модулям, либо поднимают хорошо сделанные советские учебники, по которым учились и мы. Плюс Homeschooling, экстернат и гибкие программы, потому что то, что сейчас происходит в государственных школах, — новые системы, новые программы, новые придумки и подготовка к ЕГЭ, который я вообще считаю архизлом — это ужасно. Я не собираюсь своих детей отдавать в нынешние российские школы, если только это не вариант экстерната или не вариант частной школы со специфической программой.

О СВОЕМ УВЛЕЧЕНИИ ЛОШАДЬМИ

— Как только выдается свободное время и свободна моя тренер, мы тут же едем на конюшни, где стоит моя кобыла. Она мне очень много дает. Даже если бывает перерыв в месяц, она все равно невероятно много мне дает, потому что животное очень славное, она очень меня любит, и я ее люблю. Она очень ласковая, умная, талантливая лошадь. С ней приятно заниматься. И вообще лошадь — это волшебное животное, они невероятно красивые, невероятно теплые в буквальном смысле, поскольку температура тела у лошади 38°. Даже если ты приехал на конюшню больной, с насморком, ты обнимаешь лошадь, нюхаешь ее, греешься об нее, и лошадь тебя лечит.

(«Аргументы и факты», 13.12.12)