Гарик Сукачев рассказал, что будет с Михаилом Ефремовым после возвращения (Видео)
Гарик Сукачев стал участником нового выпуска YouTube-шоу #ещенепознер. Вместе с ведущим Николаем Солодниковым певец обсудил свое становление как рок-музыканта, влияние «Зоопарка», «Аквариума» и «Машины времени», распад СССР, акцию «Рок против террора», отношения с Дмитрием Харатьяном, Иваном Охлобыстиным, Петром Тодоровским, Александром Миттой, историю написания песен «Ольга», «Белый колпак», «Моя бабушка курит трубку» и многие другие темы.
По словам Гарика Сукачева, вместе со своими друзьями и коллегами он чаще всего обсуждает в разговорах произошедшее с Михаилом Ефремовым:
- Вот о ком мы думаем, о ком мы говорим, о ком мы сожалеем, - признался певец. - Какой он человек — прекраснейший! Просто характер такой — может наговорить, что угодно. Просто катастрофа, что он оказался связан со смертью неповинного человека. Виновен? Да — виновен. Виноват — надо отвечать! Но это великий русский актер, представитель династии. При этом необыкновенно добрый и отзывчивый. Но — шалопай, и так дальше. Всего понамешано. Этот крест ему нести всю свою жизнь. Мы уже никогда не встретим того Мишаню, которого мы знали. Того самого Мишани не стало, вернется человек изменившийся
Вспомнил Гарик Сукачев период, когда он хотел стать ближе к земле, чтобы реализовать писательские амбиции.
- Мне какое-то время казалось, что я хочу стать большим русским писателем, - рассказал он. - Мне жена сказала, что это блажь, я не поверил. Ради этого мы 12 лет прожили на даче, а жена оказалась права. Но нет худа без добра: там 17 лет назад родилась наша дочь Настя. Как только она пошла в школу, мы вернулись в Москву, и теперь я хочу жить только здесь.
Одним из главных музыкальных произведений своей жизни Гарик Сукачев считает Седьмую симфонию Дмитрия Шостаковича.
- Часть моего детства прошла в Ленинграде, где на 12-й линии Васильевского острова жил ныне покойный брат моей матери дядя Юра, - объяснил он. - Он мне показывал то окно, где брали Леньку Пантелеева. Может быть, питерские историки меня поправят, но я, как не питерский человек, верил ему на слово.
