Манижа: «Во время подготовки к «Евровидению» я несколько раз падала в обморок от напряжения»
О ВОЗРАСТЕ
— Для меня 30 — это классное напоминание, как много хорошего случилось в моей жизни. Я считаю себя нормальным, здоровым человеком. Живу в гармонии с собой и окружающими. Я благодарна, что и негативные, и позитивные вещи происходят в моей жизни, они помогают мне сохранить себя.
ОБ УЧАСТИИ В «ЕВРОВИДЕНИИ»
— Последний месяц мне дался очень тяжело. Я потратила много эмоций и сил при подготовке к конкурсу. В Роттердаме мы находились с 6 мая, у нас было около 50 прогонов, во время которых мы проходили номер от начала до конца, и каждый — на максимуме эмоциональной отдачи. "Русская женщина" требует очень много сил, когда ты на сцене. Могу дать и трехчасовой концерт, но не так устаю, как от исполнения моей конкурсной песни.
Я хорошо помню финал, в конце выступления у меня задрожал голос от ощущения, что все заканчивается. Когда вышла за кулисы, не могла стоять на ногах — я очень сильно плакала, у меня была истерика. До этого не чувствовала, как устала.
Во время подготовки, за сценой, я несколько раз падала в обморок от напряжения, от изоляции, от того, что постоянно в маске. Я сильно похудела за неделю до финала: в какой-то момент мне показалось, что в мой комбинезон может поместиться еще один человек. Когда вернулась в Москву, видимо, начала заедать стресс и сейчас вернулась в прежнюю форму.
О ФОРМАТЕ КОНКУРСА
— Конечно, это сказка. Праздник, яркое событие — сам факт, что «Евровидение» состоялось после годового перерыва. Артисты и сопровождающие плакали, когда слышали аплодисменты в зале — все уже забыли, что это такое.
О ВОЛНЕ ХЕЙТА ИЗ-ЗА ЕЕ УЧАСТИЯ В «ЕВРОВИДЕНИИ»
— Он есть, но уже высосанный из пальца, я на него не реагирую. Вначале, конечно, он был очень личностный, задевал не только меня, но и членов моей семьи, друзей. Я бы не хотела еще раз это испытать, даже имея такую броню, как сейчас.
О РАСХОДАХ НА УЧАСТИЕ В КОНКУРСЕ
— Более десяти миллионов рублей нам это обошлось. Первый канал оплатил заявку (за участие в конкурсе и его трансляцию. — Прим. ред.), и это огромные деньги: перелет и проживание в гостинице. Но вещатель не отвечает за сам номер. Кроме того, в этом году нужно было снять резервное выступление, если бы участники «Евровидения» не приехали в Роттердам. В этом случае зрители увидели бы записанные ролики, как это произошло с Австралией. Сделать такое видео — тоже финансовая нагрузка. Ее мы с Первым каналом поделили пополам. Они предоставили техническую часть: студию, микрофоны, свет и так далее. За это большое спасибо.
О СТРАХЕ ПОТЕРЯТЬ УСПЕХ, КОГДА СХЛЫНЕТ АЖИОТАЖ ПОСЛЕ «ЕВРОВИДЕНИЯ»
— Я его не потеряю, потому что глупо считать, что после «Евровидения» ты будешь собирать стадионы. Один конкурс не даст тебе этого — нужно работать. Я много трудилась, чтобы попасть на Евровидение. Теперь понимаю, что нужно так же продолжать, чтобы были стадионы. Я верю, что у меня будет европейский тур. И уверена, что сохраню русский язык в своих песнях и иностранцы будут их слушать.
О СЕМЬЕ
- Моя семья была очень высокопоставленной, что называется, голубых кровей: всю жизнь работали на благо культуры и образования. Но из-за войны в Таджикистане остались ни с чем. Мама без копейки в кармане оказалась в Москве. Это было непросто. Сейчас мы очень бережем гармонию, которая есть.
(Екатерина Чеснокова, РИА «Новости», 08.07.21)
