Рецензия на фильм Андрея Паунова «Прогулка по воде»: Земля обёрнутая

Оценка: 9 из 10

В рамках второго фестиваля фильмов об искусствеThe Art Newspaper Russia Film Festival показали документальную картину «Прогулка по воде». Режиссер - Андрей Паунов.

Все начинается с рук художника. У Христо они ловкие и немного ассимметричные, с длинными пальцами, тонкой кожей, покрытые пигментными пятнами и мелкими морщинками.

Все начинается с мастерской. В ней синестезически соприкасаются запах краски, ее текстура, шелест листьев бумаги, скрип карандаша по гладкой поверхности.

Христо Явашев и Жанна-Клод де Гийебон - пожалуй, самые известные художники в сфере лэнд-арта. Они родились в один день (он в Болгарии, она - в Марокко), познакомились в Париже в 1958 году и прожили долгую, деятельную жизнь в Нью-Йорке. Среди их проектов - «укутанные» индустриальные объекты и мосты, японские зонтики. Жанна-Клод, однако, ушла чуть раньше, оставив Христо наедине с концептами и идеями. Одна из таких идей - исполинский плавучий «пол», сконструированный на озере с целью воссоздания библейского чуда хождения по воде. Именно о нем и идет речь в фильме.

В 1960-е годы Христо разработал концепцию «ампакетажа» (empaquetage—с фр. «упаковка») - нового формального слова в искусстве, которое заключается в художественном обёртывании арт-объектов в разнообразные материалы.

Эксперимент начался с небольших предметов, но в итоге художникам удалось перейти к более масштабным проектам - упаковке деревьев, машин и зданий. Наиболее примечательные проекты Христо и Жанны-Клод - «обёрнутые» Кунстхалле в Берне (1968), Музей современного искусства в Чикаго (1969), отрезок морского берега близ Сиднея (1969), Новый мост в Париже (1985) и берлинский Рейхстаг (1995). Среди альтернативных ландшафтных проектов Христо — «Бегущая изгородь» в Калифорнии (24 мили стены из ткани), созданная в 1976 году. Между тем, в документальной картине Христо признаётся, что нереализованных проектов позади осталось ещё больше.

Но на этот раз все получится: проект будет воплощён в жизнь. Христо тратит на него собственные деньги и все усилия, у него нет спонсоров и помощников.

Арт-проект с хождением по воде они придумали с женой ещё в 1970 году. С тех пор Христо подготовил эскизы, рисунки, модели, чертежи. Ему даже удалось договориться с властями Итальянского городка, лежащего близ озера, но впереди ещё много испытаний, в том числе удушливая бюрократия, в рамках которой нередко бумаги оказываются важнее реальных людей.

Старина Христо - истинный художник, беспринципный настолько же, насколько принципиальный. Он живёт искусством, а искусство обитает в нем, существование его неотделимо от бытия художником. Неслучайно, разговаривая с детьми на специальной встрече, он предупреждает их, что не существует такой профессии - художником надо быть беспрестанно.

На экране то и дело возникает намеренное или случайное сопоставление работ Христо с бессмертными произведениями искусства. Пейзаж, на фоне которого располагается арт-объект, вторит бэкграунду самой Джоконды, а между склейками нет-нет да и мелькнет очередной шедевр Буонарроти.

Между тем, искусство Христо - это нечто совсем другое. Случайностное и временное в противовес метафизическому и вечному. Свобода вместо нормы, перманентный творческий акт и жизнь вместо бездыханных, намеренно умерщвлённых искусной техникой произведений.

«Наши проекты абсолютно бесполезны, они существуют лишь потому, что я и Жанна-Клод решили, что это необходимо», - признается Христо интервьюеру.

Традиционные формы искусства исключают зрителя, заставляя его пассивно наблюдать. Проект Христо Явашева же, реализация которого документируется настоящей лентой, приглашает наблюдателя не только принять участие в создании произведения искусства, но и стать его непосредственной частью. Люди по нему ходят, сидят, лежат и занимают иные телесные положения. Вместо предполагаемого количества соучастников перфоманса, число посетителей аттракциона удваивается ещё в первой половине дня открытия.

Стандартное времяпрепровождение перетекает в хеппенинг, жизнь и искусство взаимопроникают друг в друга. Под этим же манифестом реализована и сама картина, выполненная будто бы нарочито рукотворно, шероховато, но вместе с тем артистически живо и одухотворённо. Все это обеспечивает до крайности меланхолично-медитативный просмотр, хотя бы отчасти приоткрывая зрителю это большое маленькое искусство.

Анна Стрельчук, InterMedia