(О СВОИХ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ ПЕРСОНАЖАХ)
"Первую отрицательную роль я сыграл в картине Александра Полынникова "Возьми меня с собой". Когда мне дали сценарий, я расстроился: "Саш, там положительный герой совсем неинтересный!" — "Я тебе и не предлагаю, хочу, чтобы ты режиссера играл". — "Как ты себе это представляешь?" — "Ты — блондин с голубыми глазами, с этой своей улыбкой — никто же никогда не подумает". С этого все и началось. Мои отрицательные персонажи довольно интересные люди. Мне любопытно бродить по лабиринтам человеческих заблуждений".
(О ПОРОКАХ И ДОБРОДЕТЕЛЯХ)
"Я думаю, что человек — это такой замес, в котором есть все. Когда Бог нашу планету населял, он вдохнул туда и добродетели, и пороки. Каждому живому существу самому надо выбирать, что вычерпывать из себя, а с чем идти по жизни. Я занимаюсь такой профессией, которая называется актерством, и могу много чего в себе найти. Главное, чтобы как в игрушке: вынул — и тут же обратно вставил, иначе быстренько станешь пациентом Кащенко".
(ПРИЛИПАЮТ ЛИ АКТЕРСКИЕ МАСКИ К ЛИЦУ)
"Я тешу себя иллюзией или тупой бездарной уверенностью, что ко мне не прилипает, потому что, мне кажется, я это оставляю на сцене или в кадре. Иначе, играя Актера в "На дне", Брюскона в "Лицедее", Хлудова в "Беге" или "Отца" Стриндберга, можно повеситься, сойти с ума либо застрелиться. В любом случае это насилие и тяжелый физический труд. А доброжелатели пусть думают, что артисты исключительно по ресторанам или по бабам ходят".
(КАК ВЖИТЬСЯ В ОБРАЗ)
"Когда мне дали роль Ежова в "Детях Арбата", я смотрел хронику той поры. С другой стороны, чтобы играть каторжника, не надо на каторге год проводить. Иногда необходимо что-то подсмотреть, чтобы глаз настроить. У Рязанова в "Тихих омутах" наши персонажи с Александром Абдуловым были хирургами. Снимали в Боткинской больнице и спрашивали врачей: "А как это тут у вас?" — чтобы имитировать. Это запоминается и потом выстреливает. Все равно мы и обезьянничаем, и подсматриваем. Поэтому не спрашивайте меня: как вам жизнь из окна автомобиля?"
(ОТ ЧЕГО ЗАВИСИТ ЛЕГКОСТЬ РАБОТЫ С РЕЖИССЕРОМ)
"Это зависит только от одного — от доверия. Если доверяешь, пойдешь за ним как цуцик. Тебя будут тянуть, в какой-то момент можешь убежать на этом поводке, присесть, обкакаться, описаться, но если есть доверие, как у щенка, то никаких трудностей. Театр — это всегда поиск, а артистам иногда хочется легких путей: вы мне скажите как, и я сделаю — вместо того чтобы помучиться, побросаться от стенки к стенке!"
(МОЖЕТ ЛИ РЕЖИССЕР СОЗДАТЬ У АРТИСТА КОМПЛЕКСЫ)
"Может. Он все может. Ведь это люди, перед которыми ты раскрываешься. Что такое репетиция? Ты раздеваешься донага, и когда в этом состоянии тебе что-нибудь резкое скажут, могут быть последствия. Однажды, когда я был еще студентом, произошла такая история. Я играл на занятиях этюд, и педагог Людмила Владимировна Ставская вдруг говорит: "Стоп! Смоляков, ты книжки читаешь?" — "Читаю. А почему такой вопрос?" — "Да глаза тупые!" Я закомплексовал на самом деле. Тогда не было видео, а в зеркало на себя смотреть бесполезно. Я не успокоился, покуда не снялся в кино и не понял, увидев себя со стороны, что у меня все-таки в глазах две мысли, да есть".
(О ЗАВИСТИ)
"Есть энное количество людей, за которых я безумно рад. В определенной степени это можно назвать и завистью. В хорошем смысле позавидовал моему товарищу Вовке Машкову после фильма "Ликвидация". Он использовал весь спектр актерских возможностей, он просто купался в этой роли".
(ОБ УЖАСАХ АКТЕРСКОЙ ПРОФЕССИИ)
"Ужас для меня один. Хочешь не хочешь, а если пришли зрители — надо играть. Я не кокетничаю, просто иногда бывает, что нет сил, нет желания — мало ли что в жизни может произойти — иди! Зритель, заплативший за билет, ни в чем не виноват. Это не то чтобы насилие, но все-таки ломка себя".
(О СВОЕМ ВОЗРАСТЕ)
"Во-первых, никто не дает, а во-вторых, я не чувствую. Если мне предложат играть Ромео, я скажу: ребята, нет! Совесть надо иметь! Вот если бы лет 30 назад мне такое предложение сделали, я бы согласился. Нужно трезво к себе относиться. Так что вопрос возраста меня не волнует. Благополучно перехожу в другую категорию. В "Отцах и детях" отцов играю, а еще лет десять назад мог бы и Базарова рвануть. Я не моложусь, не собираюсь прибегать к хирургическим способам. Знаю, что этой актрисе 70 лет, а она пытается выглядеть на 30! Мне неловко, я теряюсь и не знаю, как с ней общаться".
("Московский комсомолец", 22.04.09)

Актерская игра Хоакина Феникса в «Мастере» Пола Томаса Андерсона в любом случае будет оценена премией  «Оскар», считает Vulture, впрочем, сам актер пренебрежительно отзывается о призе Американской киноакадемии.

Так, он сообщил в интервью изданию Interview: «Думаю, что это полная чушь. Я не хочу быть частью этого. Я в это просто не верю. Это морковка, но худшая на вкус из всех, что я пробовал. Это полностью субъективная награда… И самая глупая вещь во всем мире».

Брэд Питт признался, что упустил возможность поработать с актрисой Айшварией Рай в картине «Троя», но заявил, что всегда хотел записать танцевальный номер в стиле Болливуда.

Таким образом, популярный голливудский актер присоединился к Тому Крузу и Хью Джексону, звездам, которые в свое время выражали желание работать в Болливуде.

— Индийский кинематограф, кажется, неплохо развивается. Я бы с радостью поработал в Болливуде, в этих картинах много драмы и цвета. Пока неизвестно, когда я решу отправиться в Болливуд и сняться в этом танцевальном номере со всеми актерами на заднем плане, — сообщил в интервью Брэд Питт.

Исполнитель роли доктора Ватсона в обеих картинах Гая Ричи о знаменитом сыщике Джуд Лоу сообщил в интервью Collider, что он и Роберт Дауни-младший были бы не прочь сняться в третьей части «Шерлока Холмса». 

Напомним, что вторая серия собрала в мировом прокате более $540 млн, а студия Warner Bros. уже наняла сценариста Дрю Пирса («Железный человек») для работы над третьей серией.

— О третьей части уже идут разговоры, я знаю, что обсуждается сценарий, но Дауни и я, мы очень занятые парни. Впрочем, мы бы хотели сняться в третьей серии. Мы очень счастливы работать вместе, — сообщил Джуд Лоу.

(Totalfilm.com, 18.09.12)