Макс Покровский («Ногу свело»): «Я пока не могу прерывать процесс зарабатывания на хлеб»

О ЮБИЛЕЙНОМ КОНЦЕРТЕ В КРЕМЛЕ

— Хороший вопрос. Менеджеры Кремлевского дворца сами вышли к нам с предложением еще год назад. И разделяют с нами весь материально-морально-организационный груз юбилея. А то, что Кремль — тяжелая площадка, я в курсе. Зато какое официозное место. Если бы не Кремль, я, наверное, и не вспомнил, что мы панки. Собственно, «чистопородными» панками мы не являемся, скорее — полукровки. Но именно панки-полукровки. И не воспользоваться моментом сыграть на контрасте группы и зала было бы, наверное, опрометчиво.

О «СИДЯЧИХ» СОЛЬНИКАХ

— Много. И мы раскачиваем такие залы. Не уверен, что с Кремлем получится достичь того эффекта, какой происходит у нас в залах поменьше, в ДК уездных городов. Но попробуем поднять и его. Например, с помощью «хора» барабанщиков. Опробовали этот элемент в конце лета на концерте «Наши в городе» на Васильевском спуске. Нам очень понравилось. В Кремле число барабанщиков увеличим и присоединим к ним горнистов. Не пионерских. В идеале хотелось бы ребят с альпийскими горнами. Но в России чуть ли не единственный человек хорошо владеет этим инструментом. Придется сочетать с традиционными горнами. Продвинем мультикультурную идею: японские барабанщики, альпийский горн, российские горнисты и непонятного происхождения коллектив «Ногу свело».

ОБ ОТНОШЕНИЯХ С МУЗЫКАНТАМИ ИЗ ОРИГИНАЛЬНОГО СОСТАВА ГРУППЫ

— Белой завистью завидую Диане Арбениной. Но Светлана Сурганова является действующим артистом. И «Секрет» совершил в свое время удачный реюнион. Но, опять же, там каждый участник после распада группы оставался в музыке, а фронтмены являются медийными лицами. У нас нет нескольких по отдельности громких имен в составе, чтобы их воссоединение носило коммерческий характер. Возможно, я говорю нахально и самоуверенно, но, думаю, это так. Кроме того, с участниками первого состава «Ногу свело» мы сейчас настолько далеки друг от друга, что нет причин объединяться даже на один вечер. Мы — совершенно разные люди, и у меня нет с ними никаких отношений. Иногда это лучше, чем плохие отношения.

О ВАЖНОСТИ МЕНЕДЖМЕНТА

— Вообще я считаю, что конкуренция музыкальных групп процентов на пятьдесят состоит из борьбы менеджментов. Это не значит «что ни спой — все нормально, главное — как раскрутят». Музыка, бесспорно, важна. Но работа менеджмента — тоже. И вот этой работой я был максимально не удовлетворен фактически все тридцать лет существования «Ногу свело».

О СОТРУДНИЧЕСТВЕ С МИХАИЛОМ ГУЦЕРИЕВЫМ

— Мое сотрудничество с Гуцериевым началось, когда нас познакомил человек, совершенно не имеющий отношения к шоу-бизнесу. Он был работником нефтяной компании. Гуцериев в тот период решал, с кем и как он хочет записывать свои песни. Тут под руку подвернулся я. Это была уникальная ситуация, которая уже не повторится никогда. Гуцериев находился в состоянии поиска. И я тоже. Мне стало очень интересно. Такие песни, как «Азия-80», «Московские пробки», «Крокодиловый народ» — я бы в «Ногу свело» не сделал. Думаю, и с Гуцериевым сейчас такого уже никто не сделает.

О ДВИЖЕНИИ В НАПРАВЛЕНИИ ХИП-ХОПА

— Ну, появилась же у нас песня «Лето в гетто», тоже с элементами хип-хопа. Не исключаю и дальнейшего продвижения в этом направлении. Я сейчас более открыт предложениям, чем прежде. Мне уже не нужно доказывать, что я могу сделать в составе «Ногу свело» и вне его. У меня появилось умение находить людей под субпроекты, работать с продюсерами, с приглашенными музыкантами. Если я пою песню не целиком, а в ней звучит, и не менее ярко, еще чей-то голос — меня это не ломает. А когда-то я даже бэк-вокала в композициях «Ногу свело» не хотел. Все должно быть спето только мной. Такой юношеский максимализм.

О ЖИЗНИ МЕЖДУ РОССИЕЙ И АМЕРИКОЙ

— Примерно половину времени я провожу в России. Остальное — в Америке. Перееду ли я туда совсем? Не знаю. Многое зависит от нашей дочки Таси. Что она захочет? Сейчас мы даем ей то образование, которое сочли нужным, — комплексное музыкальное образование в специализированной школе в Нью-Йорке. Факультативно она еще посещает занятия органной музыкой. Учит английский язык, знакомится с другим социумом, эстетикой. А дальше — посмотрим, как мы в Америке приживемся, найдем ли себя в профессиональном плане. Всю свою музыку и видео я сейчас делаю в Нью-Йорке. Иногда мне что-то присылают туда через интернет ребята из «Ногу свело». Постепенно хочу понять, могу ли я давать концерты в Америке не для русскоязычной аудитории. У меня есть достаточное число песен на английском. А на мой акцент там всем плевать. Есть у меня в Америке и боевой коллектив, с которым я только что с успехом проехал тур по стране, но для русскоязычной публики. Если бы, к примеру, я ничего не делал в России и постоянно находился в Штатах, то уже выстроил бы там стабильный рабочий график. Но я продолжаю выступать в России. Она для меня приоритетна. Во-первых, потому, что здесь моя основная аудитория, которую я люблю. Во-вторых, мне надо есть. Я пока не могу прерывать процесс зарабатывания на хлеб. И счастлив, что музыка является моей единственной работой. Мне не нужно брать отгулы, чтобы ездить на гастроли.

(Михаил Марголис, lenta.ru, 29.11.2018)