Иван Охлобыстин: «Не может быть в России фильма о сверхчеловеке, потому что у нас каждый считает себя таковым — только налей»

О СОГЛАСИИ НА РОЛЬ В ФИЛЬМЕ «ВРЕМЕННЫЕ ТРУДНОСТИ»

— Сразу. Во-первых, это настоящее кино, в котором есть морально-нравственная и волевая составляющие. Во-вторых, мне вообще нравятся фильмы, которые могут стимулировать людей к чему-то прекрасному.

О СВОЕМ ГЕРОЕ

— Он — обычный. Мне абсолютно понятен. Женщина, которая долгое время преподает нашим с женой детям, имеет своих двух сыновей, и один из них с ДЦП. Когда началась критика фильма и моего героя, мы с ней разговорились, и она сказала, что критикующие просто не понимают, о чем говорят.

Любая женщина, имеющая такого ребенка, всё отдаст ради того, чтобы им занимались. Статистика показывает, что 70% детей, которые все-таки встают на ноги, как правило, находятся под наблюдением отца. То есть отец занимается их лечением.

О ЖЕСТОКИХ МЕТОДАХ В ФИЛЬМЕ

— Да, жестокие. Но и болезнь, извините, не аллергия. Что-то нужно предпринимать в таких ситуациях. Зрительская реакция на «Кинотавре» в отличие от реакции критиков была другая — стоя аплодировали. Может быть, широкая публика тоже примет его хорошо.

О ВАЖНОСТИ ОСТРЫХ ТЕМ В КИНЕМАТОГРАФЕ

— А как же! Помните «Белый Бим Черное ухо» Станислава Ростоцкого или картину Динары Асановой «Пацаны»? Периодически должны появляться фильмы, поднимающие сложную болезненную тематику, решающие острые вопросы. Потому что есть много детей одиноких, много несчастных пар, полно одиноких мужчин и женщин.

Если это подлежит обсуждению в культуре, то сразу же вызывает общественное обсуждение, и тогда быстрее находится правильное решение. По сути, режиссеры в данном случае делегируются народом, чтобы, художественно оформив эту просьбу, донести ее напрямую до вышестоящих организаций, дабы те хоть что-то сделали.

Наш режиссер Михаил Расходников очень проникся темой инвалидов с ДЦП, глубоко изучил вопрос. У него чистое сердце. Он не делал себе политического или еще какого-то капитала на этой проблеме, просто хотел привлечь к ней максимум внимания. Режиссеры у нас, в отличие от голливудских, снимают не за деньги. У нас все искусство — от сердца, а не от кошелька.

О ТЯГЕ РОССИЙСКИХ КИНЕМАТОГРАФИСТОВ К ГОЛЛИВУДСКИМ СТАНДАРТАМ

— Это глупость. У нас же есть с Голливудом схожие вещи в кинокультуре — актерская школа Михаила Чехова, например, но в остальном подход разный. Например, не может быть в России фильма о сверхчеловеке, потому что у нас каждый считает себя таковым — только налей.

Конечно, в целом наш кинематограф финансово, административно и технически не готов к реализации крупных и сложных проектов. Поэтому снимается либо «мыло», что я, кстати, не осуждаю, либо предпринимаются смешные попытки сделать сверхгероев, либо авторы впадают в чернуху. Но есть и очень маленький сегмент, где, смею думать, находится, наш фильм, когда люди действительно хотят что-то сделать от души. Чтобы был некий художественный акт.

О ПОБЕДЕ ИНТЕРНЕТА НАД КИНО

— Думаю, интернет заберет вообще всё. Это технически целесообразно, поэтому не подлежит осуждению. Театр останется, потому что это живой контакт с аудиторией. А кино будет как театр «Кабуки» сейчас. И это хорошо! Интернет и телевидение заберут внешнюю составляющую, а кино займется внутренними проблемами общества.

(Анастасия Рогова, «Известия», 13.09.2018)