Гарри Бардин: «Я хочу дать зрителям надежду»

О ЮБИЛЕЙНОМ НАСТРОЕНИИ

— Я в работе. Я всегда боюсь, когда завершаю картину, что мне больше не будет отпущено ни идей, ни смыслов. Но жизнь подбрасывает какую-то идею, и я цепляюсь за нее. Сейчас у меня есть не только идея нового фильма, но уже написан его сценарий и сделана раскадровка ("Болеро" на музыку Равеля). Теперь главная моя забота — собрать на картину деньги.

ОБ ОПТИМИЗМЕ В КАРТИНЕ «СЛУШАЯ БЕТХОВЕНА»

— Эти лязгающие железные механизмы, которые мы придумали с художником Кириллом Челушкиным, олицетворяют нынешнюю государственную машину. Но я хочу дать зрителям надежду. И себе тоже. Вот и директор Каннского фестиваля поблагодарил меня "за симфонию надежды", как он выразился. Без оптимизма и чувства юмора жить нельзя. Особенно в России. Я надеюсь, что здравомыслящие люди, а я с ними, к счастью, знаком, пробьются. Я в это верю.

О ВЕЧНЫХ ЦЕННОСТЯХ

— Я считаю, что человек рождается свободным. Он всегда, при любой власти, стоит перед выбором. Стучать или не стучать, гонимый он или гоняющий, будет он жертвой или преследователем. Важно быть свободным внутри. Для меня это очень важно. Художник должен иметь возможность облекать свою мысль в ту форму, которую считает правильной. Это его мысль и его форма.

О РАБОТЕ В СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ

— Раньше была только цензура, и мы научились говорить эзоповым языком. Конечно, часто ценой инфарктов. Но мы не знали, почем метр пленки. За нее платило государство. Но наступили новые времена, и нас стал волновать вопрос, где брать деньги. Сейчас ситуация осложняется тем, что и цензура появилась, и денег нет. Власть сегодня диктует свои правила игры — молодым придется идти на услужение и быть готовыми к тому, что их будут оценивать по верноподданническим чувствам. От этого во многом зависит, смогут ли они получить деньги от государства или нет.

(Елена Владимирова, «Коммерсантъ», 05.09.16)