Рецензия на альбом «Лягушонка зелёного» «Последнее танго в Рязани»: Смеяться после слова «лопата»
2025, Unipop Music.
Оценка: 6 из 10.
Инди-музыкант Антон Макаров чрезвычайно плодовит – только его основной проект «Диктофон» выпускает альбомы чаще, чем мы успеваем их слушать. Но вы знаете, если бы эти пластинки были гениальными, мы бы успевали, нахваливали и просили ещё. Пока же некоторые музыканты думают, что количество перейдёт в качество или что слушатели критики сами найдут в тоннах произведённого контента что-то стоящее. Бывает, что и находят, но вообще это не очень выигрышная стратегия: сдаётся мне, что, если показывать песен поменьше, зато более интересных, это быстрее приблизит творца к мировой гармонии.
В общем, «Диктофон» идёт со скрипом, но Макаров не унывает и предлагает новый проект в перспективном жанре, который в советские времена назывался «шуточные песни», позже – «камеди-рок», а теперь, видимо, «камеди-инди». Независимый юмор хорош тем, что он не обязан быть смешным для всех. Кому не понравится – тот просто не догоняет прикола. Но наверняка найдутся и те, кому понравится. Я видел хорошие отзывы про «Лягушонка», значит, музыкант творил не зря. Оставившие положительные отзывы люди, вероятно, смогли бы объяснить общественности, чего же, собственно, в альбоме смешного, но это бессмысленно: если знать, после какого слова смеяться, эффект уже не тот.
Мне же проект показался скорее претенциозным, чем остроумным. Название альбома на что-то намекает… но зачем? По-моему, интеллектуалы обшутили название фильма с Брандо ещё 50 лет назад. А, собственно, бренд «Лягушонок зелёный»? Сразу вспоминается Кермит, но тот лёгок и саркастичен, а макаровский – натужен и тяжеловесен. Ирония абсурда вроде как таится в текстах, но, чтобы её найти, нужно прям рыть и копать, ибо структура композиций не предполагает лёгкого слушания. В мелодическим плане этот всё тот же угрюмый, уставший от самого себя инди-рок, которому наплевать, сколько рифм к слову «Ира» придумает Антон Макаров и почему Зухра так страдает без кумыса. Все семь песен диска названы женскими именами, что вроде как предполагает какую-то концептуальную шутку – но её саму исполнитель сформулировать не смог.
Алексей Мажаев, ИнтерМедиа